Чтение онлайн

В Индии закон о стимулировании экспорта готовой продукции был принят еще в начале 1990-х гг. и дает замечательные результаты.

В частности, он дал толчок офшорному программированию, и сейчас Индия экспортирует программы для ЭВМ на сумму 24 млрд долл. в год, вчетверо выше экспорта военной продукции России.

В этой сфере следует проводить селективную политику. Я уже писал, что у нас экономическая политика во многом фискальная, а не стимулирующая. Главную роль в ней играет не Минэкономики, которое должно отвечать за развитие, а Минфин. А.Л. Кудрин, которого я давно знаю и которому симпатизирую, — большой умница. Но в данном случае — место определяет положение человека. Он не хочет никаких исключений, никаких налоговых льгот, потому что это «черные дыры», через которые могут утечь деньги. Никто не верит в эффективность бюджетного контроля. Пусть будет хуже, но пусть все платят одинаково, а что из-за этого сдерживается развитие — что же делать, таковы реалии.

Кроме того, нам нужно коренным образом изменить политику по отношению к курсу рубля. Мы находимся в крайне опасном положении — курс рубля непрерывно укреплялся при относительно высокой инфляции, он явно завышен, по моим расчетам, раза в 1,5. Это сильно стимулирует импорт товаров в Россию. За первое полугодие 2007 г. экспорт вырос менее чем на 10 %, а импорт — на 40 %, в том числе из стран дальнего зарубежья — на 50 %. Это значит, что импортные товары вытесняют отечественную продукцию: идет деградация легкой промышленности, на 40 % завозится продовольствие, во многом заместили продукцию машиностроения, химической промышленности и т. д. Будучи в Хабаровске, я спросил, какой машиностроительный завод могу посмотреть, мне интересно. Но мне сказали, что ни одно машиностроительное предприятие города, который раньше был одним из центров машиностроения, хорошо не работает. Из трех судостроительных заводов два совсем не работают, третий на грани закрытия. Есть, правда, небольшое электротехническое производство, они вроде бы что-то начинают делать. Так дела обстоят не только в Хабаровске.

И на этом фоне — огромный приток относительно дешевого импорта. Кроме того, укрепление рубля мешает диверсифицировать экспорт — он делает невыгодным экспорт готовой продукции.

— Какие факторы Вы считаете решающими при разработке стратегии экономического роста?

— Главное — не цели наметить и темпы придумать. Важно понять структуру и движущие силы, условия и факторы экономического и социального развития. Если говорить о рисках, я Вам отвечу так: капиталистические страны научились жить без кризисов перепроизводства. Если Вы вспомните недавнюю историю — 1950-е, 1960-е, даже 1970-е гг., в этих странах бывало падение ВВП и промышленности по 5–7% в год. Сейчас рецессия — 0 %, если минус 1 % — плохо дело. Конечно, отдельные сферы и отрасли при кризисе сокращаются (строительство, металлургия, автомобилестроение и др.).

Но они не умеют пока избегать финансовых катаклизмов, причины которых коренятся в финансовой системе мира. Финансовая система — это худшее, что есть в мировом хозяйстве. Что означает изменение курса доллара по отношению к евро на 60 % (с 0,9 до 1,45)? Представьте, какую потерю прибыли получили те, кто работает на рынок США, и как это стимулирует экспорт из США. При таких колебаниях возникают большие трудности. Во многом благодаря заниженности курса китайского юаня по отношению к другим валютам Китай заполонил весь мир своими дешевыми товарами, вызывая деградацию легкой промышленности и многих других отраслей в отдельных странах.

Нам надо слезать с «нефтяной и газовой иглы» и создавать более устойчивые условия и факторы роста, т. е. жить за свой счет. Нужно, чтобы темпы развития страны зависели от нас с Вами, а не от «дяди». Тогда мы будем меньше подвержены влиянию мировых кризисов, в том числе финансовых. Сейчас внешний долг предприятий, организаций и банков РФ приблизился к 400 млрд долл. благодаря огромному притоку иностранных инвестиций. Это колоссальная сумма — треть ВВП. При этом госдолг России сокращен до 45 млрд долл. и подавляющая часть долга — децентрализована по предприятиям и организациям.

«Газпром» приблизительно должен 46 млрд, «Роснефть» — больше 30 млрд. И многие частные организации влезали в долги. Они разместили на западном рынке огромное количество корпоративных облигаций, и это тоже долги.

Почему так происходит? Потому что в России нет заемных фондов «длинных денег», и, к сожалению, государство этой проблемой не занимается. Вот смотрите: долг «Газпрома» — 46 млрд в среднем под 8 % годовых, а золотовалютные резервы страны в год дают доход в 3 %. Почему бы под обеспечение золотовалютных резервов Центральному банку не дать Газпромбанку и другим банкам заем в 46 млрд, а те, в свою очередь, дадут «Газпрому» под 6 % годовых. «Газпром» не был бы должен никому из иностранцев и сэкономил бы деньги, а государство на этом заработало бы. Долг в 400 млрд долл. — это более 30 млрд долл. ежегодных отчислений за рубеж в виде процентов, отъем этих средств из ВВП, а значит — из фонда потребления населения и из инвестиций. Хорошо ли это, когда у государства без использования в руках находятся валютные резервы в 600 млрд долл., в том числе золотовалютные резервы — более 450 млрд долл.?

Одним словом, ставка на собственные силы, на собственное развитие, за счет своих источников роста — путь в будущее для России.

Роль масс-медиа в формировании общественного мнения в последнее время настолько возросла, что стала в определенном смысле одной из доминант этого процесса. Беседа главного редактора «ЭС» Александра Агеева с научным руководителем Института экономики РАН, академиком РАН Леонидом Ивановичем Абалкиным посвящена взаимовлиянию СМИ и тенденций современности.

— В России СМИ называют «четвертой властью». За информационными потоками, рассчитанными на массовое потребление, стоят некие движущие силы. Есть люди, которые все это планируют, придумывают контент, идеи, лозунги и в конечном итоге направляют работу масс-медиа. И есть заказчики содержания этой огромной и вроде бы бесформенной массы. Даже в Интернете просматриваются какие-то целенаправленные стратегии. Каково Ваше видение мотиваций, целей, интересов игроков, организаторов контента?

— В 1990-е гг. я специально изучал проблему воздействия информации на общественное сознание, прочел огромное количество литературы, и в частности книгу Сергея Московичи «Век толп». Автор пришел к очень интересным выводам, размышляя о том, как происходит трансформация толпы в публику. С ростом образования, культуры, усилением потока информации влияние СМИ становится настолько сильным, что сегодня это не «четвертая власть», а скорее первая. Даже международные конфликты сейчас решаются за счет формирования средствами массовой информации определенного общественного мнения.

Я читаю цикл лекций по истории русской экономической мысли в Плехановской академии и как-то раз упомянул одну из лекций Николая Яковлевича Данилевского, где он говорил о роли ежедневных газет, создающих определенные взгляды и являющихся своеобразными «акушерами общественного мнения». А ведь это 1860-е гг. Нет еще ни радио, ни телевидения, ни Интернета. Данилевский писал, что убеждения суть стройная система логически связанных между собой мыслей, предполагающая наличие значительной степени умственного развития и умственного труда. Поэтому основная масса публики даже в самых образованных странах собственных убеждений не имеет. Убеждения навязываются обывателю через прессу — когда читатель получает ответ на волнующие его вопросы, он говорит: «О, ну как же, я и сам об этом думал». Тот, кто хочет иметь собственные убеждения, должен быть готов к умственному труду. В противном случае он останется частью толпы.