Чтение онлайн

Мы бы оставили без внимания публикацию, исходящую от иного мыслителя западного толка, но Александр Дугин широко и неоднозначно вошел в среду русских читателей, и интеллектуальные последствия его публикации для некоторых из них могут оказаться неожиданными и тяжкими. Само время и судьба неизменно призовут всех к ответственности.

По всему видно, — и в человеческой среде, и особенно в природной среде, — что Солнечная система, а с ней и наша Земля, переводятся в режим новых состояний, Природа обретает новые качества. И она охранит тех, всех, кто будет им соответствовать. А хаос возьмет свое.

— Сказанное вами, однако, не означает, что хаос не должен быть предметом научного внимания?.. Ведь и А.Дугин с иронией приводит известную формулу: «Классическая наука заканчивается там, где начинается хаос».

— Хаос для науки — объективный и закономерный предмет изучения. И чего бы она стоила, если бы его не изучала, обходила своим вниманием эти реальные качества мира.

— «По извечному закону чести наука обязана бесстрашно встречать каждую проблему, которая ей преподносится жизнью», — эти слова, сказанные в прошлом веке, приводит Е. П. Блаватская в «Разоблаченной Изиде». Но создается впечатление, что современная наука в лице своих маститых представителей закрывает глаза на некоторые явления жизни…

Хаос является неотъемлемой частью Природы, но он находится в пределах своего существования. Доктор технических наук Сирин высказывает новую версию единства мира и его самоорганизации. Он выдвигает концепцию информационного отображения, по которой энтропия (как поток элементарных актов хаоса) и информация (как поток элементарных актов упорядочения) находятся в непрерывном и неразрывном взаимодействии. В системе его предположений энтропия создает барьеры «проваливанию в прошлое» и таким образом поощряет эволюционное движение. Обобщая, можно сказать, что Хаос и Космос находятся на службе Эволюции. Но поскольку разум человека охватывает и Космос и Хаос (разум инвариантен также относительно Добра и Зла), то для определенных носителей разума доступен процесс незаконного прорыва в прошлое. Но это не природное свойство хаоса, а свойство данной конкретной личности, коллектива, в конечном итоге — инфернального эгрегора. Извечное противоречие Хаоса и Космоса снимается эволюционным продвижением в Беспредельность. При этом полюса абсолютного ВСЕ и абсолютного НИЧТО крайне далеки для прижизненного состояния человечества Земли.

Притягательность абсолютного НИЧТО имеет своих приверженцев. Но легкость достижения этого полюса — только кажущаяся. Тому, кто выбрал этот путь, разрушаться тоже придется вечно!

Касаясь общих структур Вселенной, можно утверждать, что наряду с кажущимся сохранением вещества и энергии, наполняющих формопроявленный мир, существует и закон сохранения ее воспринимаемого качества. Поэтому мы далеки от патетики вселенской гибели. Мы живем в реальности взаимодействия Космоса и Хаоса, в координатах эволюционных и инволюционных потоков.

Но, отделившись от Природы и пребывая лишь в социальных и интеллектуальных полях и структурах, можно потерять нить вечно живого Космоса.

— И в происходящем видеть только КОНЕЦ МИРА…

— Оставьте мертвым хоронить своих мертвецов. Космос освобождается от отживших и бесперспективных форм — в том числе и человеческих, от отжившей цивилизации. Деревья сбрасывают листья ради новых листьев.

— Классическая наука относит случайные явления к сфере хаоса. Значит ли это, что космос детерминирован, как заводной механизм?..

— Случайность — это один из методов изображения хаоса средствами человеческого разума. Элементы случайности есть, конечно, и в космосе, где существует пространство для мифа, для свободного выбора, для поступка, поиска и элементов творчества за пределами общих тенденций.

— И все же — если хлопанье крыльев бабочки в Японии вызывает снежную лавину в Перу, а движение женских ножек по Уолл-стрит является причиной биржевого кризиса, то принадлежат ли эти связки событий сфере хаоса, или их следует отнести к сфере космического всеединства?

— В этих примерах показывается, что все, что происходит, происходит единственным образом. Более того, именно в единстве содержится возможность самоорганизации мира, его космической кооперации.

— То есть все эти события — от мира сего…

— Но хлопанье крыльев бабочки и снежная лавина за тысячи кило метров от них могут иметь связь в тонких реальностях мира, далеко не хаотичных. Так что дело не в хаосе как таковом, а в психологии и ее практическом преломлении, в мыслительных возможностях и в обобщениях интеллектуалов о Вселенной по фрагментарным ее характеристикам. В «Агни Йоге» утверждается, что человеческое сердце является посредником между Физическим и Тонким мирами. Отказ от эмоциональных мощностей, качеств и связи с Тонким миром и есть начало крупного психологического хаоса.

— А где вы его диагностируете у теоретиков хаоса?

— Но они же интересуются следствиями физического плана (лавина, биржевой кризис), причины которых могут быть в невидимом для них тонком плане, мощных эмоциональных системах и интеллектуальных полях (в «Агни Йоге» говорится: «Не устраивайте землетрясений»).

— Но хаос у них — из тонких материй…

— Нет, из собственных состояний, собственного характера, чувств и мышления. Хаос-то внутри них, а потом они его обосновывают внешними факторами.

— Чистому — все чисто. Хаотизированному — хаотично… Но Дугин же собирает ополчение ПРОТИВ ХАОСА, в этом — пафос его статьи.

— То, что он пытается найти альтернативу наступлению хаоса в сценарии МИРОВОГО ИСКУПЛЕНИЯ (Новый Иерусалим), говорит о том, что он находится в русле и западной культуры мысли, и западной культуры восхождения к Духу, в которой Природа и материя либо пассивны, либо подлежат завоеванию, либо эфемерны и хаотичны. Мы же отстаиваем паритетность творчества БОГА, ПРИРОДЫ и ЧЕЛОВЕКА. Необходима еще одна координата развития человечества — ПРИРОДОСОГЛАСИЕ.

Имеющиеся в рассуждениях и выводах Дугина признаки функционального язычества свидетельствуют о его органическом невыпадении из концепции природотворчества, что и объединяет нас в мыслительном и жизненном потоках.

— Вот на этой объединительной ноте мы, пожалуй, и закончим нашу беседу…

— И назовем ее — «КОСМОС».

Август 1993 г.