Чтение онлайн

«Черт с ним, — подумал Олег, — я на все готов, лишь бы он от меня отвязался. Переселение духов? Ради Бога! Все равно эта дурь скоро кончится».

— И как только это нечто переместится в тебя, — горячо продолжал Владимир Сергеевич, — ты мне сможешь сообщить, что меня ждет, а значит, и что мне делать. Я, конечно, не могу тебя принуждать, а только прошу. Ты подумай, ведь это чертовская ответственность! Она мне оказалась не по силам, но ты человек молодой, не изъеденный жизнью. Может быть, дар принесет тебе счастье?

Олег где-то читал, что с сумасшедшими лучше не спорить.

— Ну так ты согласен? — пытливо заглядывая в глаза юноше, спросил прорицатель.

Тот молча кивнул.

— Отлично! — закричал прорицатель. — Отлично!!! Я знал, что ты согласишься, я в тебе не сомневался! И ты не пожалеешь. Не пожалеешь, жизнью клянусь!!! Ну а я… а мне… — Он не договорил и стал метаться по комнате.

— А если не получится? — спросил Олег.

— Может, и не получится, — уныло сказал прорицатель, — даже скорей всего не получится, но попробовать все равно надо, в конце концов это последний мой шанс, а ты тем более ничего не теряешь. Так, нужен мел и свечка.

— Сейчас найду, — сказал Олег и пошел на кухню.

«И очень просто, — мысленно смеялся он, — всего-то мел и свечка — и превращение состоится, я сам стану прорицателем».

Он нашел кусочек мела и вынул из-за старухиной иконки тонкую церковную свечу.

— Замечательно, — обрадовался прорицатель. — То, что надо!

— Значит, нужно очертить круг, встать в него, что же дальше? — Он наморщил лоб. — Дальше… дальше?.. Ах, да! Зажечь свечу, я держу свечу, а ты держишь меня за руку и смотришь мне в глаза. А потом мы одновременно должны дунуть на свечу.

— И все? — усомнился Олег. — Что-то уж больно просто. И заклинаний говорить не нужно?

— По-моему, какие-то слова произнести необходимо, — размышлял вслух прорицатель, — но какие? «Что было мое, пусть станет твое!» — нет, не то. Кстати, ты крещеный?

— Нет, — ответил Олег, — а что?

— Это хорошо, к крещеному человеку может и не пристать, впрочем, я не уверен. Так что же говорить?.. «Возьми мой дар». Опять не то… «Во дает!» — мысленно хохотал Олег.

— А может быть, надо сказать по-латыни? — ввернул он.

— Нет, не думаю, — ответил прорицатель, — скорее всего на русском языке. Ладно, но будем ломать голову. Остановимся на «что было мое, пусть станет твое».

«Как в картах, — подумал Олег. — Было ваше — стало наше…»

— Времени совсем не остается, — лихорадочно бормотал Владимир Сергеевич, — я чувствую приближение преследователей. Быстрее! — Он начертил круг, зажег свечку, взял за руку Олега.

— По моей команде вместе задуем свечку. Олег кивнул. Они вошли в круг, и Владимир Сергеевич впился взглядом в Олега.

Только сейчас парень ощутил, какие необычные глаза у прорицателя: глубокие и как бы постоянно меняющие свой цвет. Они забирались в самые глубины сознания. Олег почти физически ощущал проникновение в каждую клеточку своего мозга.

«А может, он вовсе и не сумасшедший», — неожиданно пришла мысль.

— Что было мое, то стало твое! — торжественно произнес Владимир Сергеевич и чуть заметно кивнул на свечку: мол, дуй!

Олег что есть силы дунул, свеча потухла.

Несколько секунд оба стояли молча, прислушиваясь к себе. Ничего особенного Олег не ощутил, и ему снова стало смешно. Он попытался освободить руку, которую судорожно сжимал прорицатель: сначала вежливо и осторожно, а потом грубо вырвал ее.

— Ну что, — спросил прорицатель, — чувствуешь что-нибудь?

— Ничего, — сообщил Олег, — абсолютно ничего.

— А я… — сказал прорицатель и не договорил. На пороге появилась живописная группа. Здесь было несколько милиционеров, Козопасов и знакомый Олегу молчаливый человек, который вместе с Караваевым приезжал за ним в Монастырь.

— А вот и мы! — весело сказал Козопасов. — Нет, вы только посмотрите на них. Ну прямо два голубка! Воркуют себе… Придется вас разлучить, граждане. Вот вы, — он кивнул Владимиру Сергеевичу, — пожалуйте с нами, в родную, так сказать, голубятню. Да и вас, молодой человек, не мешало бы вернуть поближе к вашему дружку, коли вы такие неразлучные! Ну давай, давай! — дернул он за рукав прорицателя. — Бегать он вздумал, клады искать! Странная вы публика — психи. А вам, — он насмешливо посмотрел на Олега, — наговорил, должно быть, о разных чудесах, о том, что может предсказывать будущее! Будущее! Его нечего предсказывать, оно и так ясно: прямой дорогой к коммунизму!

Прорицатель, сгорбившись, шагнул к двери. И в эту минуту все кончилось. Олегу стало ужасно жаль этого человека, кем бы он там ни был: больным или гением. Он уже забыл абсурдность всего только что произошедшего, забыл дурацкую свечку и свою злобу.

Толпа, сопровождающая прорицателя, вместе с ним вывалилась из дома. Следом, как был в тренировочных брюках, в тапочках, без шапки, выскочил из дома и Олег. Группа отворила калитку и вышла на заснеженную улицу. А здесь было как в праздник. Неяркое декабрьское утро было в самом разгаре. Легкий морозец щипал щеки, над домом курился дымок. Несмотря на воскресенье, на улице было полно народа. Видимо, все уже знали, что идут арестовывать беглеца из Монастыря, и вышли посмотреть на редкое зрелище.

Владимир Сергеевич шел впереди всех, как-то неловко кренясь на один бок. Шапка, которую кто-то нахлобучил ему второпях, криво и нелепо сидела на его голове. Весь вид его: и лицо, и походка — говорили, что это больной человек. Ти-хореченцы с жадным любопытством всматривались в незнакомое лицо, пытаясь разглядеть в нем нечто зверское.

Неожиданно, оттолкнув идущего рядом милиционера, прорицатель бросился бежать. Это был совершенно бессмысленный поступок, потому что бежать было некуда. Рядом ни подворотни, ни переулка, куда можно было свернуть, скрыться.

Народ на улице закричал. Женщины завизжали, а ребятишки и мужчины, понимая всю бессмысленность подобного поступка, заулюлюкали.

Но прорицатель бежал необыкновенно резво, и наблюдавший эту сцену Олег решил, что догнать его будет нелегко.

В эту минуту раздался выстрел. Прорицатель неловко споткнулся и упал посреди улицы. Потом он на секунду поднялся на одно колено и поглядел куда-то назад. Олег понял, что ищет глазами его. Не помня себя, он побежал к прорицателю, растолкал толпу и пробился к телу.