Бесплодные земли
Шрифт:
— Торопливость претит моей тонкой натуре, — невозмутимо парировал Кэл, но все же открыл «Чарли Чу-Чу», чтобы взглянуть на цену, проставленную карандашом на форзаце. — Не новая уже книжка, но этот отдельно взятый экземпляр на удивление хорошо сохранился. Детишки обычно чего только ни вытворяют с любимыми книжками. По-хорошему, она стоит двенадцать зеленых…
— Обдирает по-черному, — вставил мужчина, читавший «Чуму», и второй рядом с ним рассмеялся. Кэлвин Тауэр пропустил эту реплику мимо ушей.
— …но мне не хотелось бы так тебя разорять в такой чудный день. Пусть будет семь баксов. Плюс, конечно, налог. Загадки можешь забрать за так. Считай это скромным подарком мальчишке, который седлает коня и несется исследовать новые земли в последний день настоящей весны.
Джейк достал кошелек и открыл его не без тревоги, опасаясь, что там окажется не более трех-четырех «гринов». Однако, сегодня ему везло. Пятерка и три по доллару. Он отдал деньги Тауэру. Тот небрежно сунул купюры в карман, а из другого достал сдачу мелочью.
— Хочешь, побудь еще, Джейк. Раз уж ты все равно здесь, присядь у стойки и выпей чашечку кофе. Ты глазам своим не поверишь, как я сейчас разобью в пух и прах жалкую Киевскую Защиту нашего уважаемого Эрона Дипноя.
— Надейся! — воскликнул мужчина, читавший «Чуму»… вероятно, Эрон Дипной.
— Я бы с радостью, только я не могу. Я… мне нужно еще в одно место зайти.
— О'кей. Счастливой дороги, если только она — не в школу.
Джейк улыбнулся.
— Нет… не в школу. Это дорога к безумию.
Тауэр от души рассмеялся и снова поднял очки на лоб.
— Неплохо сказано! Очень даже неплохо! Может быть, в конечном итоге наше юное поколение вовсе не катится в ад… а, Эрон? Что скажешь?
— Катится-катится, будь уверен, — сказал Эрон. — Этот мальчик — просто счастливое исключение из общего правила. Может быть.
— Не обращай на него внимания, на старого циника — пердуна, — вздохнул Кэлвин Тауэр. — Отправляйся в дорогу, Гиборен-Скиталец. Эх, где мои десять-одиннадцать лет… В такие чудные дни, как сегодня, я часто мечтаю стать снова мальчишкой.
— Спасибо за книжки, — сказал ему Джейк.
— Нет проблем. Мы для этого тут и сидим. Заходи как-нибудь.
— Обязательно.
— Теперь ты знаешь, где нас найти.
Да, подумаллось Джейку. Знать бы еще, где найти себя.
Выйдя из магазина, он встал посреди улицы и открыл книгу загадок на первой странице, где было коротенькое псевдонаучное предисловие.
«Загадки, возможно, древнейшая из старых игр, в которую мы играем и по сей день», — так оно начиналось.
«Еще в Древней Греции боги и богини поддразнивали друг друга при помощи хитроумных загадок, а в школах Древнего Рима ими пользовались повсеместно как учебным материалом. Даже в Библии есть несколько замечательных загадок. Одна из самых известных — та, которую загадал филистимлянам Самсон в день свадьбы своей с Дилидой:
„Из ядущего выщла еда, А из сильного — сладость тогда!“
Он загадал эту загадку „тридцати брачным друзьям“ на свадьбе, уверенный, что они не сумеют ее разгадать. Но те запугали Далиду и уговорили ее вызвать у мужа ответ. Самсон пришел в ярость, и за то, что они над ним так посмеялись, он перебил их всех… в старые времена люди относились к загадкам гораздо серьезнее, чем теперь!
Да, кстати, ответ на загадку Самсона — и на все остальные загадки, приведенные в этой книге — вы найдете в последней главе. Но прежде чем заглянуть туда, сначала попробуйте догадаться сами, такая у нас к вам просьба!»
Джейк обратился к последней главе, почему-то заранее зная, что никаких там ответов нет. И точно: за страницей с надписью ОТГАДКИ было лишь несколько рваных краев и сразу за ними — форзац. Кто-то вырвал все страницы с отгадками.
Джейк на мгновение задумался. А потом, подчиняясь неожиданному порыву, который был вовсе и не порывом, а чем — то другим, непонятным, он вернулся в «Манхэттанский ресторан для ума».
Кэлвин Тауэр поднял голову, оторвавшись от шахматной доски.
— Ты передумал, Гиборен-Скиталец, и решил все-таки выпить кофе?
— Нет. Я просто хотел спросить, вы не знаете, случайно, ответ на одну загадку.
— Давай посмотрим. — Тауэр сделал ход пешкой.
— Ее загадал Самсон. Такой сильный дядька из Библии? Загадка такая…
— «Из ядущего вышла еда, — продекламировал Эрон Дипной, развернувшись к Джейку на табурете, — А из сильного — сладость тогда!» Эта?
— Да, эта. Вы, случайно, не знаете…
— О-о, когда-то я увлекался музыкой. Вот послушай. — Запрокинув голову, он пропел мелодичным и сильным голосом:
Самсон и лев сошлись в бою, Самсон взгромоздился на спину ко льву. Львы, как известно, добычу терзают когтями, А Самсон льва прикончил голыми руками! А спустя пару дней приходит Самсон, И вот Рой пчел в трупе львином и мед.Эрон подмигнул Джейку и вдруг рассмеялся, увидев его изумление.
— Ты получил свой ответ, дружок?
Джейк смотрел на него широко распахнутыми глазами.
— Вау! Хорошая песенка! Вы откуда ее узнали?
— Эрон знает их все, — сказал Тауэр. — Он шатался по Бликер-стрит до того еще, как Боб Дилан выучился извлекать из своего «Хонера» и другие ноты, кроме открытой «соль». По крайней мере, он так утверждает.
— Это старый спиричуал, [3] — пояснил Эрон Джейку, а потом повернулся обратно к Тауэру. — Кстати, мой пухлик, вам шах.
— Не так быстро, — Тауэр сделал ход слоном. Эрон тут же его «скушал». Таэур что-то буркнул себе под нос… что-то, подозрительно похожее на «у, блядь».
3
Негритянский духовный гимн.