Чтение онлайн

— Может быть, у него есть свой ключ, — задумчиво проговорил Роланд. — Возможно такое, как ты считаешь?

— Да, мне кажется, у него есть ключ. Только этого мало. — Тяжело вздохнув, Эдди убрал последний свой «голубец» в карман. На потом. — Но он, по-моему, этого не знает.

Они пошли дальше, по левой колее. Эдди с Роландом сменяли друг друга, толкая по очереди коляску, в которой сидела Сюзанна. Коляска подпрыгивала на ухабах, ее то и дело швыряло из стороны в сторону, и время от времени им приходилось приподнимать коляску, чтобы перетащить ее через камни, торчавшие из земли, точно старые почерневшие зубы. Но они все равно продвигались быстрее, чем за всю последнюю неделю. Дорога шла в гору. Раз оглянувшись через плечо, Эдди увидел, что лес у них за спиной постепенно уходит вниз широкими уступами наподобие ступеней пологой лестницы. На северо-западе, вдалеке, виднелась полоска воды. Там были скалы, прорезанные сетью глубоких трещин. И по ним протекала река. С удивлением Эдди понял, что это — то самое место, которое они окрестили своим «полигоном», теперь почти скрытое в мареве сонного летнего дня.

— Смотри, куда едешь, парниша! — резко окликнула его Сюзанна. Эдди опять повернулся вперед. Как раз вовремя, чтобы не въехать коляской в Роланда. Тот, как выяснилось, встал на месте и внимательно вглядывался в гущу кустарника слева от колеи.

— Предупреждаю: еще раз подобное повторится, и я у вас отбираю водительские права, — съязвила Сюзанна.

Эдди, следящий за направлением взгляда Роланда, пропустил ее реплику мимо ушей.

— Что там такое?

— Сейчас поглядим. — Роланд повернулся, приподнял Сюзанну с коляски и усадил ее себе на бедро.

— Опусти тетку обратно, силач… дама сама в состоянии передвигаться. И не хуже вас, мальчики, если хотите знать.

Роланд осторожно опустил Сюзанну на заросшую травой колею. Эдди внимательно вглядывался в чащу леса. День уже близился к вечеру, и свет его путался в паутине переплетенных теней, но вскоре ему показалось, что он что-то видит. Внимание Роланда, похоже, привлек большой серый камень, едва различимый за буйной порослью дикого винограда и ползучих побегов.

С неуловимой змеиной грацией Сюзанна скользнула в заросли у края дороги. Роланд и Эдди последовали за ней.

— Указатель какой-то, да? — Опираясь на руки, Сюзанна внимательно изучала прямоугольную каменную плиту. Когда-то камень стоял вертикально, но теперь пьяно склонился набок, точно древнее покосившееся надгробие.

— Да. Дай мне нож, Эдди.

Передав ему нож, Эдди присел на корточки рядом с Сюзанной. Роланд тем временем принялся остервенело срезать побеги дикого винограда, оплетавшие каменную плиту. Под ними открылись стершиеся буквы, выбитые в камне. Стрелок не успел очистить и половины, а Эдди уже догадался, что там написано:

Сюзанна первой нарушила затянувшееся молчание.

— И что это значит? — тихо спросила она, и в ее голосе явственно слышался благоговейный страх. Взгляд ее возвращался опять и опять к серому каменному постаменту.

— Это значит, что первый этап пути мы почти прошли, — ответил Роланд с лицом задумчивым и серьезным, возвращая нож Эдди. Мы и дальше, я думаю, будем держаться этой древней проезжей дороги… вернее, если так можно сказать, она будет держаться нас. Она тоже идет по пути Луча. Уже скоро мы выйдем из леса. Я ожидаю больших перемен.

— А что еще за Срединный Мир? — спросил Эдди.

— Одно из самых великих и самых больших королевств, чье владычество в прежние времена было почти безграничным на этой земле. Царство надежды, знания и света… всего, за что и мы тоже боролись у нас в стране, пока ее не накрыла тьма. Когда-нибудь, если у нас будет время, я расскажу вам все древние саги… те, которые знаю. Из них, как из множества нитей, сплетен гобелен сказаний. Очень красивый и очень печальный. Как повествуется в древних легендах, когда-то у самой границы Срединного мира стоял большой город… не меньше, наверное, чем ваш Нью-Йорк. Сейчас он, должно быть, лежит в руинах. А то, может статься, даже руин от него не осталось. Но там могут быть люди… или чудовища… или и те, и другие. Так что нам надо держаться настороже.

Он протянул вперед искалеченную правую руку и прикоснулся к надписи на камне.

— Срединный Мир, — медленно произнес стрелок. — Кто бы мог подумать…

Он не договорил, но Эдди понял, что он хотел сказать.

— И с этим уже ничего не поделаешь, да?

Стрелок покачал головой.

— Ничего.

— Как, — неожиданно обронила Сюзанна, и оба, Роланд и Эдди, пристально на нее посмотрели.

Еще часа два оставалось, наверное, до заката, и путешественники, не тратя времени даром, отправились дальше. Дорога по-прежнему пролегала на юго-восток, вдоль Луча, только теперь в нее влились еще две дорожки поменьше, тоже густо заросшие травой. Вдоль второй, сбоку, тянулись остатки когда-то высокой каменной стены, теперь — обвалившейся и покрытой мхом. Неподалеку, среди руин, расположилось ушастики. Дюжина толстых зверюг. Они, не таясь, наблюдали за путниками любопытными глазками с золотым ободком. Эдди еще подумал, что они чем-то напоминают присяжных, у которых уже готов приговор подсудимому: смерть.

Дорога теперь стала шире, рельефней. Дважды они прошли мимо строений, давно заброшенных и опустевших. Второе здание, сказал Роланд, когда-то, наверное, было мельницей. Сюзанна сказала, что выглядит оно жутковато. Там, должно быть, живут привидения.

— Я бы не удивился, — ответил на это стрелок таким спокойным и даже небрежным тоном, что Эдди с Сюзанной действительно стало жутко.

Наконец стало совсем темно, и им поневоле пришлось остановиться. Лес заметно поредел. Легкое дуновение бриза, сопровождавшие их весь день, превратилось теперь в мягкий и теплый ветер. Впереди местность по-прежнему поднималась в гору.

— Дня через два доберемся до гребня, — сообщил Роланд, — тогда и увидим.

— Что мы увидим? — спросила Сюзанна, но Роланд только плечами пожал в ответ.

В тот вечер Эдди снова занялся резкой, не ощущая, однако, истинного вдохновения. Былая уверенность и настоящая радость, которыми он преисполнился в тот знаменательный день, когда из куска древесины начали проступать первые очертания ключа, теперь иссякли. Пальцы казались каким-то оцепенелыми и неуклюжими. Впервые за эти последние месяцы он с тоскою подумал о том, как бы было кстати вколоть себе порцию героина. Совсем немножко. Какая-нибудь пятидолларовая упаковочка — и никаких проблем с этим дурацким ключом. За полчаса бы его закончил.

— Ты чему улыбаешься, Эдди? — спросил Роланд. Он сидел с той стороны костра; между ними в причудливом танце трепетали низкие языки пламени, рвущиеся на ветру.

— А я что, улыбаюсь?

— Да.

— Просто подумал, какими тупыми иной раз бываю люди… Оставь их в комнате с шестью дверями, а они все равно будут биться о стену лбом. А потом еще в этой связи возмущаться.

— Когда боишься того, что ты можешь увидеть за дверью, биться о стену, наверное, безопаснее, — предположила Сюзанна.