Бесполезное ископаемое
Шрифт:
Неважно, на кого сколько отпущено строк, это случайность. У Пушкина в «Суровом Данте» на Сурового Данта – 1 строка, по одной на Петрарку, Шекспира и Камоэнса, по три на певца Любви и барона Дельвига – и целых четыре Уильяму Вордсворту.
Мари Шарль Фердинанд Вальсен Эстерга-зи – вот как звали того французского офицера, который выдал германскому генштабу секреты. А не Альфред Дрейфус. Вечно вы все валите на евреев.
Не вино и не бабы сгубили молодость мою. Но подмосковные электропоезда ее сгубили. И телефонные будки.
Поль Валери: «Из истории можно извлечь лишь наклонность к шовинизму. Никаких уроков извлечь нельзя».
Мой путь саморастрачивания ничуть не хуже и не лучше других. «Что есть польза?» – спросил бы прокуратор Понтий Пилат.
И почему Василиса должна уходить к Иванушке, если ей и с Кащеем хорошо?
Милые характеристики: «Чистый ариец. Характер нордический. Спортсмен. Неуклонно выполняет свой долг».
В будущем году спрыснуть 150-летие великого наводнения в Петербурге – 7 ноября 1824 г.
Чаадаев по поводу этого наводнения и по всем подобным поводам: «Первое наше правило должно быть не избегать беды, а не заслуживать ее».
Вот, еще один вид непредвиденности и смерти. Оса в бутылке красного вина – укус в горло и смерть от удушья.
Вот вам Мао: «Война необходима, etc. Если даже половина государств будет уничтожена, то еще останется половина, зато империализм будет полностью уничтожен, и во всем мире будет лишь социализм. А за полвека население опять вырастет, даже больше, чем наполовину» (на совещании в Москве коммунистических и рабочих партий, 1957 г.).
в самом плачевном смысле этих слов
«Я с детства не любил вокзал,
Я с детства виллу рисовал».
«Стала пухнуть прекрасная Елена».
(Песни западных славян)
Могут приобретать, как говорят лингвисты, модальные оттенки.
истина, поданная в денатурированном виде
Возведение дружеских связей и бесед, «салонное просветительство», в ранг высокого творчества. Чаадаев.
По повсеместным деревенским понятиям собирающий цветы мужчина – придурок и размазня. «Раз у него душа к цветку лежит…» и т.д. И почтение к бутафорским цветам из города – украшение икон и пр.
«И улыбка познанья светилась На счастливом лице дурака»
Вяземский, узнав о душевной болезни Батюшкова (33 года недуга): «Все мы рождены под каким-то бедственным созвездием».
Фашисты, постоянно: «не заниматься беспочвенным теоретизированием», «быть ближе к реальной жизни».
Тогда Чаадаева упрекали в двух слабостях: унынии и нетерпении.
«Нести неверующую Россию на своих плечах», как выразился митрополит Антоний Блюм.
Я ортодокс. Бог обделил меня, ни одной странности.
четверых убил, шестерых изнасиловал, короче, вел себя непринужденно.
христоцентризм
Богородица, фатимской девочке Люсии: «В Моем Пречистом сердце ты всегда найдешь убежище».
В британском энциклопедическом словаре: «Kak zakalyalas stal» – «история успеха молодого калеки».
«Мне скушно обыкновенное, а по сравнению с Христом все обыкновенно» (Василий Розанов).
умственная и эстетическая аскеза
Пушкин, с отвращением: «Русский бунт, бессмысленный и беспощадный».
Чаадаев: «покорный энтузиазм толпы».
Омрачает, бередит и расширяет сердце всякая тяжелая токкатность. Вот и сегодня слушал финал 7-й сонаты Прокофьева.
«когда грешная Россия готовилась к отступничеству от Христа»
противостояние двух болванов
«Большой скачок» в Китае. Едят траву в Пекине и обливают мочой трупы на площади Тяньаньминь. «Несколько лет упорного труда – десять тысяч лет счастья» (Мао).
Китайцы, ведущие свои передачи для зарубежа на 40-х частотах даже (в нарушение международного права) на волнах, предназначенных исключительно для сигналов бедствия.
Мао, в беседе со Сноу: «Мне лично нравится международная напряженность».
в сторону с «надлежащих путей»
Начальник московской жандармерии о Петре Чаадаеве: «Образ жизни его весьма скромен, страстей не имеет».
Тип забавника. Могущего, например, столкнуть в канаву слепого, из затейства.
Н. Страхов в 70-х гг.: «Мы ведь с непростительной наивностью, с детским неразумием все думаем, что история ведет к какому-то благу, что впереди нас ожидает какое-то счастье, а вот она приведет нас к крови и огню, к такой крови и такому огню, каких мы еще не видели».
Антисемит бы сказал: «Почему в песне „Вот мчится тройка“ – нехристь староста татарин – допустили бы мы такое о жидах?»
Мигель де Унамуно: только видения Дон Кихота обладают истинным бытием. Все остальное в романе – иллюзорно.
«Мы лишаем свою интимную жизнь трепетных красок».
змееведы, то есть герпетологи дромомания – охота к перемене мест
будуарная струя в поэзии