Бесполезное ископаемое
Шрифт:
Сказал бы про тебя этот дурачок Аполлон Григорьев: «Ты Евы лукавой лукавая дочь».
Чего там развенчивать (меня, например) – вначале еще увенчать надо – увенчан ли?
Сначала воззвать к справедливости, потом к рассудку, или сначала к рассудку, потом к справедливости?
А вот еще коктейль: «Божья роса».
Ее взгляды на вещи за истекшие два года осунулись, стали поджарыми.
Права, которых следует добиваться: право на меланхолию, щегольство, бездуховность, etc.
Он пениться стал, переливаться и потрескивать
Идешь направо – дурь находит, Налево – Брежнев говорит.
Какое омерзение не сама экзекуция, а то, что в нее вносится привкус порядка, точности и красоты.
Академик Шевырев превозносил до небес мелюзгу. А о Тургеневе и Гончарове – бездари. Лермонтов – самый ничтожный стихоплет и пр.
Ср. Надеждин и Греч о Пушкине.
Самый громкий и самый читаемый во Франции писатель 1850-60-х гг. – Понсон дю Террайль.
В книжном магазине: Сергей Орлов, Сергей Смирнов, Сергей Васильев, Сергей Викулов, Сергей Баруздин, Сергей Наровчатов.
Этак и любой крысенок будет бахвалиться, что побывал в постели княжны Таракановой.
Прежде на Руси в ходу было понятие «болванопоклонник».
люблю буржуазных писак
она отказывается от сочетания с ним, пока тот не изживет свои идейные заблуждения
Надя Крупская любила говорить: «Я не спец по стихам».
А потом – «станешь прахом, тенью и преданием» (Персии).
Если архитектура застывшая музыка, то Дмитрий Шостакович сажает на Дворец Съездов химеры Нотр-Дама.
А. Н. Толстой в 1937 г.: «Мы поднимаемся все выше и выше к вершине человеческого счастья».
А. Н. Толстой в 1938 г.: «Кто старое помянет – тому глаз вон. Глаз вон вредителям, тайным врагам, срывающим нашу работу, – это уже сделано, глаз у них вон».
Из БСЭ, 1940 г.: «понятие буржуазного права. В советском социалистическом уголовном праве термин „политическое преступление“ не употребляется» (статья «Политическое преступление»).
Германия. 1 мая 1934 г. Всенародно отмечается первомайский праздник, с вождями. По улицам и площадям проходят под звуки «Интернационала» с другим текстом. У всех на грудях – значки с портретом Гете, в обрамлении серпа, молота, черного орла и свастики, – значки, специально отчеканенные для масс.
«Дай руку, товарищ далекий», как сказал Сигизмунд Кац.
В ботанике есть понятие «полупаразиты».
Гильгамеш говорит царице Иштар: «Давай перечислю, с кем ты блудила!»
«Дьявол же раздул ее чрево воздухом и дыханием и иными вещами».
«Трагедия Анны Карениной сегодня уже пустое место, потому что колесо паровоза, под которое легла голова Карениной, для современной женщины не может разрешить противоречия любовной страсти и общественного порицания» (А. Н. Толстой).
Она отбросила меня, как Жорж Марше отбросил концепцию диктатуры пролетариата.
Не то, чтобы «без царя», а междуцарствие в голове.
Ломброзо: «дело не в чувственности, а в нравственном идиотизме».
Мысли, если и являются, не найдя за что зацепиться, соскальзывают туда, откуда пришли, не потревожив головы и не вспугнув душу.
По сообщению статистики, каждый тысячный человек на земле абсолютно глух (0,1%) – наполовину глухих в 4-5 раз больше.
А. Н. Толстой в апреле 1938 г.: «Наш советский строй – единственная надежда в глухом мире отчаяния, в котором живут миллионы людей, не желающих в рабских цепях идти за окровавленной колесницей зверского капитала».
Иди. и миротвори, безрассудный!
Ну и что же, что безнравственна поэтесса? Кукушечка вот тоже безнравственна: свои яйца подкладывает и удирает. А кукует славно.
Я был в те дни «вирусом беспокойства», по терминологии Кёппена.
Плыви отсюда, бригантина! Плыви, раздувай паруса!
Вот как привораживают в Верхнем Пфальце: парень должен до крови оцарапать руку девушки лапкой зеленой лягушки, пойманной в день апостола Луки.
А вот так в Италии: девушка берет ящерицу, топит ее в вине, сушит на солнце и толчет в порошок. Затем этим порошком осыпает того, кого следует.
как сорок тысяч племянников
– Молоко я предпочитаю бруцеллезное. Есть у вас бруцеллезное молоко? Нет? Тогда ничего не надо.
Высшей мерой наказания в государстве должно быть, например, такое: за обедом лишить человека положенного ему куска дыни или порцию бланманже уменьшить.