Чтение онлайн

– Посмотрим. Думаю, что на три-четыре месяца.

Через полгода они всплыли. Тонких к этой поре отобрал у отца старый "москвичок" и перегнал его из Шушенского в Адыгею. Но "москвичок" этот едва дышал, его надо было ремонтировать, укомплектовывать новыми деталями. Для этого подобрали в Майкопе подходящую машину, ее владельцем был Монашков Владимир Петрович, - к сожалению, я употребил глагол "был", поскольку Владимира Петровича, как вы догадываетесь, уже нет в живых, - и как-то, остановив на дороге, попросили подвезти...

Болдырев застрелил Монашкова, как и Николая Тю, из нагана, труп его засунули в багажник, машину загнали в лес, сняли с нее все четыре колеса новенькие, недавно поставленные, сняли наиболее нужные детали с двигателя, посдирали тормозные колодки, машину же облили бензином и подожгли. Вместе с телом владельца.

Зато собственный "москвичок" теперь был в полном порядке.

Но для большого дела не было достойного оружия. Достойным оружием Болдырев считал автомат Калашникова.

Автомат они взяли у солдата - Болдырев застрелил его из малокалиберного обреза, - часового воинской части № 61638 Бермагомбетова Е. К.

Вскоре они остановили на горной дороге автобус, перевозивший вещи туристов, ушедших по тропе через горы к морю.

На крутой горной дороге перед радиатором автобуса возникли двое "измотанных" путников, попросили подбросить до ближайшего жилья. Добрый жест стоил Виктору Сарычеву жизни - Болдырев перерезал ему горло. Затем "кореша" устроили ревизию добыче: позабирали наиболее ценные вещи, украшения, часы, дезодоранты - почему-то везде они брали дезодоранты, набрали столько, что все не смогли сразу унести, часть добычи зарыли в тайнике. Остальное бросили вместе с автобусом и убитым водителем.

– Все это цветочки, - подводя итоги "операции", объявил напарнику Болдырев.
– Пора приниматься за ягодки, будем брать кассу сельхозакадемии в Краснодаре.

– Так точно!
– по-военному ответил Витек Тонких.

Начали с изучения подъездов к академии. Параллельно занимались модернизацией своего "имущества" - доводили до совершенства старый "москвичок", к автомату изготовили глушитель, опробовали в лесу - стрельба была едва слышна, достали дорожные знаки "объезд" и "кирпич", "куклу" - в ней оказалось очень удобно скрывать автомат. Познакомились также с разбитной двадцатишестилетней бабенкой Зинаидой Шараповой - женщиной веселой, пьющей, любительницей разных загородных развлечений, лихой разведенкой, матерью двух маленьких детей. Зинаида работала техничкой в бухгалтерии сельхозакадемии и мыла полы в той самой кассе, которую Болдырев и Тонких вознамерились взять.

Зинаида Шарапова согласилась стать наводчицей, так и не поняв - едва она расскажет все, что знает, она мигом превратится в нежелательного свидетеля. После того как "кореша" получили от Зинаиды все сведения о кассе, они решили ее убрать. Незамедлительно.

Тонких прикатил к Зинаиде в Краснодар на машине.

– Зин, мы собираемся в горы отдыхать. Я за тобой приехал.

– Ой, сейчас!
– всплеснула руками Зинаида и начала спешно собираться.

Пока она собиралась, в квартиру заглянула Зинаидина подружка Таня Куйсокова.

– Ой, Зин, я, наверное, не вовремя!
– воскликнула она.

– Вовремя, вовремя, только извини, Тань, я тороплюсь - уезжаю в горы. На пикник. Вот Витечка за мной на машине прикатил, - добавила Шарапова гордо и прижалась к Тонких, - персонально!

– А-а...
– На Танином лице возникло завистливое выражение.

– Не горюй, подружка!
– Зинаида тряхнула челкой.
– В следующий раз и тебя возьмем. Правда?
– Она глянула на Тонких вопросительно и снова прижалась к нему.

Через несколько минут Зинаида и Тонких уехали.

Скатерть наши герои накрыли на нагретых солнцем камнях плато Лаго-Наки. Приготовили шашлык, выпили несколько бутылок вина, по очереди отлучаясь с Зинаидой в кусты. Через некоторое время Болдырев скомандовал:

– Пора кончать!

Тонких ударил смешливую пьяненькую Зинаиду саперной лопаткой, Болдырев - любимым ножом. Уложили ее сразу - Зинаида даже не вздрогнула. Перед тем как сбросить тело в каменную расщелину, Болдырев вырезал у Зинаиды правый глаз - имеется такой бандитский обычай: у очевидцев и свидетелей вырезать правый глаз, чтобы они даже на том свете не могли ни за чем подсматривать. Болдырев воровские и прочие законы соблюдал гораздо тщательнее, чем законы Российской Федерации.

Тут Тонких встревожился:

– Я же при Таньке Куйсоковой увозил Зинаиду, Танька все видела, она свидетель!

– Ерунда, - поразмышляв немного, сказал Болдырев, - сейчас поедем за Танькой и ее привезем на пикник. Небось не откажется?

Поехали за Татьяной Куйсоковой, Татьяна обрадовалась, когда увидела на пороге своей квартиры Виктора Тонких. С ней произошло то же, что и Зинаидой Шараповой. Даже кусты были те же. Только каменная расщелина, в которую ее отправили на вечный покой, была другой.

Осталось теперь одно: взять кассу. Но Виктору Тонких пришла в голову другая мысль:

– А чего нам тащиться в Краснодар и там рисковать собой, а? Давай лучше выследим почтовую машину, которая ходит по аулам, собирает деньги на почте, в магазинах. Деньги, правда, не такие, как в кассе сельхозакадемии, но полмешка, говорят, всегда набирается.

– Ну что, давай проверим нашу сноровку на почтовой машине, согласился Болдырев.
– Только в машине, кроме водителя, есть еще и экспедитор. А он - вооруженный.

Техническая "обстава" состояла из двух брусьев, в которые были забиты толстые гвозди-"сотки", с острыми концами, вылезающими из доски, и шнуров, привязанных к брусьям.

...Некоторое время налетчики шли за почтовым фургоном на "москвичке", проверяли, где что те брали в аулах, потом обогнали фургон и первый брус выставили на узкоколейной железной дороге. "Обстава" сработала - почтовый грузовик пробил себе шину. Водитель, чертыхаясь, вылетел из кабины - в горах уже было морозно, выпал снег - и минут через двадцать сменил колесо на запасное.