Беспредел
Шрифт:
Машина же с довольно посвистывающим что-то под нос чеченцем ушла на блокпост, там была остановлена, тщательно проверена - ничего в "жигуленке" не нашли, ни марихуаны, ни оружия, ни людей, спрятанных в багажнике, и отпущена - и документы у нее были в порядке, и водитель находился не подшофе.
А старший лейтенант вместе с Индусом упрямо волокли Романа через пашни и поля, хрипели, матерились, спотыкались, оставляя в разбухшей земле глубокие следы. Линию границы, как подсчитал Корев, они прошли в четыре часа ночи, по пути им никто не встретился... Ну а на чеченской территории они чувствовали себя вольно - тут им указа нет, тут другие законы, другие обычаи, тут другая власть.
Корев повеселел: вроде бы все прошло без сучка, без задоринки. Единственное, что плохо, - они с Индусом чересчур удалились от дороги. А потом, дур-раки, эту дорогу потеряли. Ходили, ходили - выдохлись, но привалов не устраивали. В конце концов шустрый Корев, которому утром надо было быть на работе, стал совершать разведывательные пробежки, забираться на макушки холмов, чтобы увидеть дорогу. Ему повезло: во время одной из пробежек он увидел с макушки крутого земляного горба тоненькую серую нитку шоссе и одинокую машину, медленно ползущую на ней. Корев узнал машину и даже обрадованно помахал ей, надеясь, что "чич", сидящий за рулем, его увидел.
Корев с Индусом припустили к шоссе, таща за собой едва ли не волоком бедного студента сельхозакадемии. Корев опаздывал на работу...
Старший Пономаренко всю ночь глаз не сомкнул, ожидая сына, а утром, понимая, что произошло нечто страшное, позвонил прокурору края Алексею Ивановичу Селюкову. У Ставропольской прокуратуры имелась хорошая практика по части освобождения похищенных и расследования случаев воровства людей. Ставропольский край, он ведь ныне фронтовой, тут происходит такое, что иным городам и весям и в дурном сне не снилось. Селюков немедленно поручил расследовать дело - пока еще следы не остыли, а дыхание похитителей не растворилось в воздухе - Анатолию Николаевичу Платонову. Платонов же, надо заметить, в свое время был начальником штаба следственной группы, которая вела дело по налету басаевцев на Буденновск, и знал в том районе очень многих людей. Ведь в те горячие дни несколько тысяч человек прошли через его руки, ибо надо было выяснить не только юридические детали чеченского налета, но и определить, кто пострадал от басаевцев. Пострадавшим, как известно, государство выплачивало компенсацию.
В общем, такого опыта, как у ставропольских прокуроров, нет ни у кого в России, поэтому счастье Пономаренко, что он обратился к Селюкову. А с Селюковым в крепкой спайке работали все местные "силовики" - и милиция, и ФСБ, и пограничники, и налоговая полиция; понадобилось буквально пятнадцать минут, чтобы создать штаб по поиску Романа Пономаренко.
В том, что Романа уволокли в Чечню, уже не было сомнений. Почти не было...
Сейчас важно было не упустить время.
Платонов незамедлительно выехал в Буденновск. В Буденновске стал опрашивать свидетелей. Он быстро вышел на след, нашел двух чеченцев, проживающих в Буденновске, Мурата и Умара... Вообще-то их проживает в Буденновске много больше, но эти двое слишком часто мотаются в Чечню, кроме того, их в тот день засекли в Орловке. Ну, словно бы чьи-то задания выполняют эти ребята. Та-ак, а кто дружен с бравыми чеченскими парнями, с Умаром и Муратом? Оказалось, старший лейтенант милиции Юрий Корев.
Корева Платонов знал лично. По тем же печальным событиям в Буденновске: Корев тогда был ранен басаевцами. В спину. Платонов даже навещал его в госпитале. Честно говоря, Платонов не предполагал, что милицейский сотрудник может быть замешан в похищении человека, но раз уж Корев попал в разработку, то с ним надо было обязательно переговорить.
А тут выяснилось, что Корев с утра не вышел на работу, дома его не было, он вернулся в Буденновск лишь в конце дня, в сумерках, на машине с чеченскими номерами. Это наводило на некоторые мысли.
Когда Корев увидел Платонова, то заулыбался, будто встретил близкого родственника:
– Николаи-ич!
Свое отсутствие Корев объяснил тем, что ночевал у Мурата (и Мурат, и Умар ночью действительно находились в Буденновске, никуда не выезжали, это Платонов уже знал). Накануне засиделся в гостеприимном чеченском доме, выпил много водки и там же завалился спать. Утром от него разило, как от ликеро-водочного завода, поэтому он на работу не пошел. Пробовал позвонить - не дозвонился. Версия, конечно, правдоподобная, но для окончательного укрепления ее надо было переговорить с Муратом. И с Умаром. Чеченцы подтвердили то, что сказал Корев. Но вот какая вещь - имелись кое-какие расхождения в их рассказе. В мелочах. Именно за них и зацепился Платонов. Снова допросили Корева. Потом - Мурата и Умара. И понял: Мурат и Умар имеют самое прямое отношение к похищению Романа Пономаренко.
И Корев имеет отношение.
Платонов арестовал всех троих.
Арестованный человек ведет себя не так, как человек на воле. Очень скоро один из арестованных признался, что на Пономаренко был сделан заказ в Чечне одним из тейпов, что с заказчиками связаны Мурат с Умаром, а Корев обычный исполнитель. Рядовой. За деньги. С милицейским удостоверением в кармане.
Корева незамедлительно уволили из рядов милиции. Задним числом, естественно. У нас это умеют делать профессионально: милиционера, совершившего преступление, увольняют из органов задним числом. Чтобы он органы своим присутствием не портил... Я бы, честно говоря, ни в коем разе не стал это делать, а служебное положение преступника рассматривал бы как отягчающее обстоятельство. С соответствующим утяжелением приговора. Тогда бы многие Коревы задумались, стоит ли поправлять свое материальное положение "гонорарами", полученными за преступление.
К этой поре подоспели и кое-какие известия из Чечни. За Романа требовали миллион долларов. Вкусы у соседей-горцев до уныния однообразны: кого бы они ни похитили - миллион долларов, и ни цента меньше.
Но миллиона долларов ни у старшего Пономаренко, ни у краевой прокуратуры не было, поэтому ответ прозвучал жестко:
– Нет! Если что и возможно, то только обмен. Младшего Пономаренко - на двух преступников. На Мурата и Умара.
Тогда с чеченской стороны донеслось масляное, пахнущее молодым кислым вином и шашлыком:
– Роман хорошо питается, за столом сидит вместе со старейшинами тейпа.
В ответ прокуратура произвела арест еще двух чеченцев, и предложила новый вариант обмена: четверых на одного.
Тейп-похититель согласился обменять четверых на одного, но запросил деньги: на этот раз двести пятьдесят тысяч "зеленых".
В ответ прокуратура вновь произнесла: "Нет! Только обмен. Плюс будет закрыто уголовное дело в отношении бывшего старшего лейтенанта милиции..."
Это была игра, некое психологическое перетягивание каната: кто кого? Селюкову и Платонову стало известно, что Умар - близкий человек, родственник главы тейпа. В результате тейп согласился на обмен.
Из Ставропольского края на блок-пост в Курском районе - самом неблагополучном в смысле налетов с чеченской стороны, тут боевики все время кого-нибудь похищают - выехала группа во главе с заместителем прокурора края Владимиром Ложниковым. Но чеченцы на "обменный" пункт не явились.
Прокурор края тем временем подключил сильных мира всего - в Нальчике проходило крупное правоохранительное совещание, на котором присутствовали президенты нескольких республик. Помочь Селюкову взялись Валерий Коков, Руслан Аушев, Александр Лебедь. Снова прошли переговоры. И Ложников опять выехал на обменный пункт.