Чтение онлайн

— Может, вам лучше примерить вот эти, они на размер больше… — От изумления и отвращения продавщица вытаращила глаза. — Вы без трусов! — вскричала она.

— Я не ношу трусов. Пожалуйста, выйдите отсюда.

Однако продавщица полностью протиснулась в тесную кабинку и схватила брюки, которые собиралась примерить Мэрилин.

— Нельзя примерять одежду на голое тело, дорогая, — сказала женщина. — Это омерзительно !

Мэрилин оказалась прижатой к стенке кабинки, голая ниже пояса; в кабинке было слишком тесно, и она не могла надеть брюки, которые, как правильно предположила продавщица, были ей малы.

— Убирайтесь отсюда! — закричала она.

— Не смейте повышать на меня голос! — Не ожидав, что окажется в такой нелепой ситуации, продавщица была словно парализована, или, может, ее душил гнев — так или иначе, но отступить она уже не могла. Она втянула носом воздух и брезгливо поморщилась. — Вы не только голая, дорогая, от вас дурно пахнет . Как посмели вы прийти сюда в таком виде и еще собираетесь примерять одежду?

От нее не исходил неприятный запах — это было ужасное обвинение, недоброе и несправедливое. Она приняла утром ванну, долго лежала в воде, потягивая кофе. От нее исходил только естественный запах ее тела, запах ее соков, аромат, присущий только ей, смешанный с запахом духов иШанель № 5”. Мужчины обожают этот ее запах, да и она сама готова часами с наслаждением вдыхать его.

Мэрилин оттолкнула продавщицу — не сильно, просто как бы мягко отодвинула женщину в сторону, потому что ее охватила паника.

— На помощь! На помощь! На помощь! — завопила продавщица. Вены вздулись у нее на лбу, глаза вылезли из орбит, — очевидно, она была не в силах сдвинуться с места от страха и изумления.

Мэрилин толкнула ее еще раз, теперь уже достаточно резко, чтобы отшвырнуть с дороги. Продавщица отлетела в сторону и завопила во все горло.

Мэрилин натянула брюки, с трудом втиснув в них свои бедра, и выбежала из кабинки. Неистовые вопли продавщицы привели ее в ужас; казалось, вся ее голова заполнена этими воплями. На бегу она поймала в зеркале свое отражение — сумасшедшего вида женщина в смешной шляпе и наполовину застегнутых брюках с болтающимся ценником в отчаянии несется через весь магазин; люди смотрят на нее со страхом и отскакивают в стороны.

До лифта она добежать не успела. Дородный мужчина в яркой фланелевой спортивной куртке возник прямо перед ней и сгреб ее в свои объятия. Как пойманное дикое животное, она отчаянно завизжала, пытаясь вырваться из его рук. Мужчина сжал ее крепче — она сразу поняла, что он, конечно же, бывший полицейский. Она вырывалась, отбиваясь руками и ногами, кусалась и изрыгала проклятия, но вот примчались, тяжело дыша от быстрого бега, еще двое охранников. Ей грубо заломили руки за спину, так что она не могла пошевелиться.

— Оскорбление действием и воровство, — объявил мужчина в спортивной куртке, вытирая носовым платком царапины.

— Я ничего не украла, сукин ты сын. Скажи своим мужикам, чтобы отпустили меня, вы об этом пожалеете.

— Эти брюки не ваши, леди. Вы за них не уплатили. Это называется воровство. Вы напали на продавщицу, а потом и на меня. Сейчас мы без шума пройдем в мой кабинет, затем я передам вас в руки полиции.

— Она оскорбила меня. И еще толкнула.

— Вот-вот. Все это вы расскажете судье. А я просто выполняю свою работу.

— Да знаешь ли ты, с кем говоришь, идиот?

Мужчина окинул ее взглядом.

— Нет, — ответил он. — И знать не хочу. Моя воля, я отучил бы вас разговаривать таким тоном со мной, да и с другими тоже. И не посмотрю, что вы женщина, ясно? Поэтому постарайтесь больше не испытывать мое терпение.

Двое охранников повели Мэрилин к двери, прочь от толпы зевак. Бывший полицейский открыл дверь, и ее, беспомощную, буквально внесли в лифт. Потом они шли по длинному коридору, в конце которого находился небольшой кабинет без окон. Ее бросили на стул, а начальник службы охраны сел за стол.

— Как ваше имя, леди? — спросил он, снимая с ручки колпачок.

— Мэрилин Монро.

Он посмотрел на нее суровым холодным взглядом.

— Ясно. Ну, а я Фред Астер. — Он грубо взял ее за подбородок своими толстыми короткими пальцами, оцарапав ей кожу массивным перстнем. — Вот что, дорогая. Не надо умничать. Ведь ты проститутка? Как же мне отвадить вас от нашего магазина?

Ярость душила ее, поднимаясь откуда-то изнутри, словно она давилась собственной блевотиной. Она не могла пошевельнуться, потому что ее крепко держали. Тогда она плюнула ему в лицо и тут же почувствовала резкую боль — он ударил ее по щеке своей мясистой рукой. Удар был настолько сильным, что она испугалась за свои зубы. Эта пощечина привела ее в чувство.

— Откройте мою сумочку, — сказала она.

Мужчина кивнул, вероятно, тоже сознавая, что переступил грань дозволенного. Он разложил на столе ее кредитные карточки, развернул водительские права, выданные ей в Калифорнии (они, как всегда, были просрочены), и благоговейно прошептал:

— Пресвятая Дева Мария.

Не прошло и часа, как в магазин прибыл молодой адвокат — все более опытные сотрудники адвокатской конторы уехали из города на выходные. Но через десять минут после его приезда Мэрилин уже проводили из магазина через служебный выход, прямо к ожидавшему лимузину. Она шла все в тех же узких брюках, крепко сжимая в руках свою сумочку.

Вернувшись домой, она содрала с себя брюки и, чтобы успокоиться, выпила несколько таблеток. Потом она решила, что ей необходимо поспать, и открыла еще одну бутылочку с таблетками, рассыпав несколько капсул по полу. Она опустилась на колени и начала подбирать их, но подняться у нее уже не было сил. В одной блузке она стояла на четвереньках на белом мохнатом коврике в ванной, потом прилегла на него, решив, что можно поспать и здесь…

Не знаю, чем бы все это кончилось, если бы у нас с Мэрилин не была назначена встреча во второй половине дня. Мы договорились сходить на закрытый просмотр нового фильма, а потом поужинать в “Галлахерз” — одном из любимых ресторанов Мэрилин. Мария уехала на неделю в Париж за покупками; супруги Д'Соузы предложили ей остановиться у них в доме. Так что у меня появилась прекрасная возможность встретиться с Мэрилин. Мы с ней давно не виделись.

Тот субботний день я посвятил своим любимым занятиям — прогулялся по Мэдисон-авеню, посетил все художественные галереи, заглянул в магазин “Джудд энд Джудд”, чтобы ознакомиться с книжными новинками, в отеле “Карлайл” выпил бокал сухого мартини и отведал фирменного салата, затем бодрым шагом направился домой, а по пути зашел в магазин “Сулка” и купил там пару рубашек.

К Мэрилин я приехал в замечательном настроении, но, когда она не отозвалась на звонок швейцара, я почувствовал раздражение.