Чтение онлайн

— А, так это вы привезли мальчика? — сказал врач, хмуро оглядывая Верона и его свиту.

— Да, как он?

— Ну, он потерял много крови, не говоря об обоих руках и ноге, и сейчас в тяжелом состоянии. Если бы не жгуты и загуститель крови, долго бы он не продержался. Что с ним случилось?

— Сейчас это не важно, главное, чтобы его спасли. — Верон говорил быстро, не желая терять драгоценное время на пустые разговоры, однако врач, судя по всему, не разделял его волнения.

— Да, наверно, вы правы. Мне передали, что вы попросили поставить ему киберпротезы.

— Да, вы уже приступили?

Доктор покачал головой, поджав губы.

— К сожалению, сейчас он в критическом состоянии и у него и так мало шансов выжить, а такая сложна операция очень рискованна, даже если пациент в стабильном состоянии.

— Черт! — крикнул Верон. Возможно, если бы тот командир не был таким тугодумом, то все было бы не столь плохо.

— Ну-ну, не кричите, вы все же в больнице, а не на птичьем рынке. Можно поинтересоваться, это ваши друзья тут в полной амуниции и при оружии?

— Друзья? — Верон даже забыл, что его сопровождают солдаты, а потому не сразу сообразил. — Нет, не совсем.

— Тогда я бы попросил вас удалиться, — обратился врач к патрульным, но те и пальцем не пошевелили.

— Доктор, скажите сначала, что я могу сделать, чтобы помочь?

Нехотя, но лекарь все же перевел внимание с молчаливых вояк обратно на Верона, понимая, что его слова для них ничего не значат, а вызывать охрану себе дороже, лишних пациентов ему не надо.

— Ну, у него редкая группа крови: пятая положительная. У людей она встречается редко, зато чаще у камируттов и танэков. К сожалению, того количества, что у нас есть, слишком мало.

— Хах, у меня такая же группа крови, — усмехнулся один из солдат, камирутт.

— Тогда ты должен сдать кровь, — сказал Верон, поворачиваясь к нему.

— Вот еще, мне делать больше нечего, только кровь для людей сдавать.

— Доктор, сколько нужно крови?

— Ну, по-хорошему, не менее литра, — ответил он, призадумавшись.

— Отлично. — Верон почти незаметным движением выхватил нож, тот самый, с крючком, и резким движением полоснул им по шее солдата, в воздух брызнул фонтан крови, потом с силой ударил второго в нос, того, что с пятой группой крови, повалив его на пол. Затем прыгнул сверху и ударил его два раза, пока тот не вырубился. Доктор стоял, машинально подняв руки и широко открыв рот и глаза от ужаса.

— Что… что вы наделали? — наконец промямлил он.

— Добыл необходимую кровь, — спокойно ответил Верон и водрузил солдата в отключке на плечо.

— Но, вы убили…

— Зато вы пока живы. Быстро, идем в палату к мальчику, теперь у вас есть все, что нужно, а деньги я скоро перечислю. Живо! — прикрикнул в конце Верон, заставляя доктора выйти из прострации. — Будто крови никогда не видели.

Идти, а точнее бежать — доктор для своего возраста неплохо бегал, — пришлось недалеко. Мальчик лежал в огромной белоснежно-белой палате с высоким потолком на белоснежных простынях, но все портила лишь разномастная аппаратура, окружающая постель. Всевозможные датчики следили за его состояние, а кровотечение из того, что осталось у него от обеих рук и ноги, судя по всему, остановили. Спасти жизнь было первостепенным и обязательным для любого работника больницы, а вот насчет всего остального… Ставить дорогущие протезы за бесплатно никто не собирался.

— Что нужно делать? — спросил Верон.

— Эм, положите его на соседнюю койку, только снимите хотя бы верхнюю одежду.

Верон сначала положил тело на пол и стянул с того автомат, затем и остальную амуницию, а только потом переложил на жесткую кровать.

— Я правильно понял, — замямлил доктор, — вы хотите, чтобы я взял кровь у него?

— Все верно.

— Но нужно около литра, а это может его убить.

— Он в любом случае труп, так не лучше ли, чтобы его жертва не была напрасной, док? Спасите мальчика. Операцию я оплачу, как и вам отдельно… за причинение неудобств, так сказать.

— Эм, ладно. У нас, в общем-то все готово, но я должен кое-что уточнить. Оставлять ли ему уцелевшую ногу?

— Что вы имеете в виду? — не понял Верон.

— Понимаете ли, быть киборгом не так уж просто. Они, конечно, живут намного дольше других представителей своей расы, если, разумеется, ухаживают за своими новыми биомеханическими частями тела, но их родные органы продолжают стареть, как обычно, и могут причинять неудобства по этому поводу, из-за чего некоторые предпочитают заменить и их. Не говоря уже о том, что дети быстро растут, поэтому протезы придется периодически менять.

Верон только сейчас об этом задумался. Что делать после того, как мальчику поставят протезы? Отдать в детдом? Но там ему точно никто не будет заменять искусственные органы по мере взросление. Оставить при себе? Ни отцом, ни старшим братом он становится не собирался, ему хватало и Эвриса. Так далеко он не заглядывал, но все же понимал, что если оставить паренька на произвол судьбы, то все его нынешние потуги не будут иметь никакого смысла. Он решил подумать об этом позже.

— Я в этом не силен, док, — ответил Верон, — сделайте ему самую дорогую операцию из всех возможных, замените и улучшите все, что только можно. Главное, чтобы он жил.

— Самая дорогая операция не даром считается таковой, — усмехнулся врач.

— Деньги не проблема, я достаточно богат.

Но цена, которую он может заплатить за свои действия, может оказаться куда выше, чем все его состояние. Сейчас Верон старался об этом не думать, он жил сегодняшним днем, а завтра для него может и не наступить.

— Хорошо, — кивнул доктор, — тогда поступим так: сейчас вы отсюда уйдете. Не спорьте. Вас наверняка уже ищут за убийство, а по камерам не составит проблем проследить маршрут передвижения. Вы уйдете и я позову всех врачей, так как операция делается при присутствии как минимум десяти хирургов и им подобных, и это не считая медсестер. Вы уйдете и мы приступим к операции, а потом я скажу, что вы угрожали взорвать больницу, если я не выполню условия, так что у меня не было выбора. — Доктор взял со стола ручку и блокнот, что-то записал, вырвал страницу и отдал Верону. — Вот, это мой счет в банке. Можете считать меня плохим Человеком, но докторам в наше время нещадно мало платят, тем более, что я рискую карьерой. Вы похожи на того, кто сдержит обещание.

— Вы не плохой, — сказал Верон, беря у доктора бумажку, — вы лучше, чем большинство из тех, кого я знаю.

— Все, идите, идите, пока вас не нашли, — поторопил Верона доктор, чуть ли не выталкивая его за дверь.

— А если солдат придет в себя?

— Я его сейчас так накачаю, что его отход в мир иной будет самым приятным событием из всех, что случались у него в жизни.

Когда Верон выходил из просторной комнаты, доктор набирал на стационарном телефоне номер, видимо, вызывая остальных врачей. По крайней мере, он надеялся, что это так.