Чтение онлайн

Он — барон дома! Экономия дефицитной на космическом корабле воды — это не для него.

Марк представил, как тугие, горячие струи омывают его тело, унося в сливное отверстие хандру и усталость. Решительно потянул пояс теплого халата, на который и сменил надоевший до оскомины штурмовой скаф.

— Флаг-адмирал Джинна Хейс де Фобос на борту, — внезапно сообщил Август, похоронив замечательную идею.

«Проклятье, надо было придержать сообщение о моем возвращении. С другой стороны, теперь Джи точно не сбежит с частью флота прямиком в ловушку. Гоняйся за ней потом по всему Пространству».

— Впусти ее, как прибудет к дверям, — приказал Марк, прекрасно зная горячий нрав своей подруги. Не дождавшись приглашения, с Джи станется применить термопасту, чтобы прожечь себе проход.

— Хочу напомнить, что у нее есть полный допуск.

— Это помнишь ты, — кивнул Марк, небрежно завязывая пояс, — это помню я, но помнит ли про это сама Джи? Лучше не рисковать и заранее открыть ей проход… пока она не проделала его самостоятельно.

Буква «C» сменилась буквой «B», когда кулак Джи ударил рядом с дисплеем. Пиктограмма с цифрой мигнула, но осталась непреклонной, не поддавшись угрозе физического насилия.

С губ Джи сорвался тихий рык.

Впервые в жизни скорость корабельного лифта казалась ей недостаточной. Бегом по лестнице было бы быстрее, но адмиралы по кораблю не бегают, во избежание паники среди экипажа.

— Эта проклятая штука может двигаться быстрее! — пожаловалась она, еще раз зло стукнув кулаком по дверям.

— Пять секунд, — сообщил Август, не став напоминать, что прошло ровно столько же.

Программа, рассчитывавшая поведенческую модель, подсказала искину, что ответ флаг-адмирала на это напоминание будет нецензурным. Будь он человеком, ему бы полагалось обидеться. К счастью, он искин. И выше ненужных и иррациональных поступков, столь свойственных людям.

Наконец, лифтовая кабина замерла. Ждать, пока двери полностью откроются, Джи не стала. Слишком они медленные, как и сам лифт. Протиснувшись между створок, она быстрым шагом направилась по знакомому маршруту, ведущему к мостику лидера и расположенным рядом с ним адмиральским апартаментам.

Перед знакомыми дверьми она замедлилась, переводя дыхание. Пусть этот… Его Милость — цензурных слов не было, а нецензурные она предпочитала держать в себе — не думает, что она волновалась об одном бездушном ублюдке.

Дверь распахнулась.

Марк встретил ее стоя в центре каюты. Его слегка напряженное тело и немного отставленная для лучшей опоры назад левая нога говорили о том, что он только и ждет ее прыжка.

Не дождется! Не заслужил!

Подойдя ближе осторожными, крадущимися шагами, Джи с интересом заглянула ему за спину через правое плечо. Проделала ту же процедуру через левое.

— Где? — спросила она, не найдя особых изменений в убранстве каюты.

Брови Марка взметнулись вверх.

— Что?

— Не что, а где? — терпеливо поправила его девушка и добавила, сложив ладони в молитвенном жесте: — Где моя награда за страдания и ангельское терпение?! Орден, новое звание или хотя бы медаль?

— А-а, вот оно что. — Марк расслабился. — Август, открой сейф, — приказал он, разворачиваясь к спальной платформе. — Можешь взять там любую побрякушку.

Это и стало его роковой ошибкой.

— Йо-хо! Лошадка! — Издав победный вопль, Джи радостно запрыгнула ему на спину.

Нападение было столь неожиданным и внезапным, что Марк не сумел устоять на ногах. Сделав три шага вперед, пытаясь сохранить равновесие, он все же отдался на волю гравитации и рухнул на спальную платформу, продавив мягкий матрас до основания. Крепкое казалось бы сооружение скорбно скрипнуло пластиком каркаса.

Джи засмеялась, перекатилась в сторону.

— Почему так долго, Тигра? И как ты вообще умудрился попасться?

— Дитя. Сущее дитя, — проворчал Марк, переворачиваясь на спину. — И кого я сделал адмиралом?

— Зануда! — припечатала она, забираясь на него сверху, слегка укусила мочку уха и потерлась лбом о шею. — Сущий зануда. Скучал без меня?

— С чего бы это? — возмутился Марк, не желая признавать очевидный факт.

— Скучал, — понимающе усмехнулась она. Единственная форма лжи, которую он так и не научился скрывать.

— Может, ты с меня слезешь?

— Зачем? Хорошо же лежим.

— На смерть Гнея, тебе, как я понимаю, наплевать?

— А он мертв?

— Да.

Она неопределенно передернула плечами. Все ее общение с Гнем сводилось к попыткам ухаживания со стороны последнего. Да и то делал он это как-то показательно картинно, словно таким образом пытался тонко поддразнивать Марка, пытаясь пробить его броню вечно невозмутимости. Надо отдать покойному должное — у него получалось.

— Тогда, да — наплевать, — подтвердила Джи. — Заявить обратное будет лицемерием. А я в этом не так хороша, в отличие от тебя, — она усмехнулась, а затем соблазнительно потерлась об него всем телом, словно большая кошка. Тонкие ладони шаловливо заползли под халат.

— И что ты делаешь?

— Ты большой мальчик. Догадаешься. Или природа подскажет. Целый месяц Тигра! Долгое воздержание вредно для здоровья.

— Траур, — напомнил Марк, не сумев, впрочем, сдержать лезущую на губы улыбку. Мертвые остаются мертвецами. Какое им дело до действий живых?

— Мы будем делать это медленно и печально, — кивнула Джи, расстегивая свой скаф…

— Что будет дальше? — спросила Джи. Расслабленная и довольная, она устроилась наполовину навалившись на Марка, положив подбородок ему на плечо. Тонкие пальцы с длинными ногтями небрежно выводили замысловатые узоры на его груди.

— Дальше? — задумался Марк. — Мне следует еще придумать наказание за поджог моей каюты.

— Нажаловалась уже, ржавая железяка! — Погрозив кулаком потолку, Джи перекатилась в сторону, свесилась со спальной платформы, подобрала с пола пояс от халата и торжественно вручила его Марку. — Вот, можешь меня выпороть, как ты это любишь.