Чтение онлайн

– Когда?
– спросил Громф.
– И где ты пропадал?

Сегодня он был особенно раздражительным из-за бродивших по всему Лускану слухов о вражеском флоте и новостях с юга о продвижении демонических орд.

– Меня отправили поговорить со жрицей Аш'алой.

– Это было несколько десятков дней тому назад.

– Её информация требовала проверки, и я занялся проверкой, ради чего пришлось покинуть этот план бытия.

– Ты отправился к иллитидскому разуму улья, - догадался Громф.

Киммуриэль кивнул.

– Из-за жалкой Жиндии Меларн?
– недоверчиво спросил великий волшебник.
– Неужели она так тебя напугала, что ты побежал к пожирателям разума? Может быть, ты хочешь, чтобы я нашёл её и уничтожил?

Сарказм Громфа не подействовал на Киммуриэля, равно как и хвастовство архимага, которое при нормальных обстоятельствах было бы вполне оправданным.

– Ну?
– поторопил его раздражённый Громф.

–  Арахна'хинин'лихи'элдерс, - ответил Киммуриэль.
– Мать Жиндия не одна.

Громф с любопытством посмотрел на низкорослого псионика, повторяя про себя сказанное им странное слово. Оно было на старом языке, старше Громфа, старше Мензоберранзана. Когда архимаг наконец его расшифровал, он широко распахнул глаза.

–  Захватчик? Жиндии доверили голема-захватчика?

Громф замолчал и сделал глубокий успокаивающий вдох, потом покачал головой.

– Ты уверен?

Киммуриэль не моргнул.

– Значит, это не Ллос вернула Закнафейна из объятий вечного сна, нет, - заключил Громф.
– А теперь Паучья Королева хочет его вернуть и выбрала мать Жиндию Меларн своим копьём?

Он снова покачал головой.

– Закнафейн, да? Это должен быть Закнафейн.

– Это старое слово, - ответил Киммуриэль.
– Может быть, я оговорился.

– Так следи за языком, - сказал Громф.
– Не стоит зря пугать такой перспективой, как голем-захватчик...

–  Арахна'хинин'лихи'элдернай, – исправился Киммуриэль, верным способом образовав множественное число.

– Элдернай?
– шёпотом повторил Громф.
– Он не один?

– Их два, - подтвердил Киммуриэль.

– Тогда Ллос действительно с ней, - сказал Громф.
– И мы должны понимать, что наши жизни и преданность...

– Мы не знаем наверняка, что это именно Ллос, - вмешался Киммуриэль.

– Тогда кто?
– скептически возразил Громф, но собственный вопрос поразил его ещё прежде, чем псионик смог ответить.

– Есть ещё один разгневанный владыка демонов, именующий себя Демоническим принцем, - напомнил ему псионик.

Демогоргон, понял архимаг, оказавшийся на материальном плане благодаря Громфу и уничтоженный в своей телесной форме благодаря силе Мензоберранзана, направленной сквозь мозг улья иллитидов — направленной не в последнюю очередь этими двумя дроу.

– Ты, разумеется, предполагаешь, что цель големов-захватчиков — Закнафейн, и, возможно, Дзирт До'Урден, - сказал Киммуриэль.
– Но не только они заслужили враждебность демонов, способных создавать таких големов. Мне кажется маловероятным, что за Дзиртом пустили такого охотника, хотя мать Жиндия определённо презирает его, поскольку Ллос поймала Дзирта в тоннелях Дамары и оставила в живых. Может быть, обоих послали за Закнафейном.

Теперь настала очередь Громфа качать головой.

– Двух таких созданий нельзя натравить на одну цель — они будут нападать друг на друга из-за вмешательства, настолько сильно они сосредоточены на единственной задаче.

Громф всесторонне обдумал эту проблему. Нападением руководила мать Жиндия — единственное, что позволяло ему надеяться, что он сам не одна из целей. Жиндия ненавидела Дзирта и Джарлакса, и человеческого мужчину Энтрери, поскольку эти трое напали на неё у неё дома и убили единственную дочь — по слухам, жутким кинжалом Энтрери, так что её нельзя было воскресить. Но станет ли Жиндия — станет ли Ллос — тратить захватчика на простого человека?

Громф считал, что это маловероятно.

– Это не Артемис Энтрери, - сказал Киммуриэль, напоминая, что читает его мысли.

– В таком случае, мы должны узнать кто, - потребовал Громф, который начал злиться.
– Необходимо выяснить наверняка. Ты узнал у пожирателей разума хоть что-нибудь?

– Разум улья существует не для того, чтобы отвечать на вопросы по моему расписанию, - ответил псионик.

– Надави на них.

– Надавить? Нельзя просто так взять и надавить на иллитидов.

– Неужели я должен напоминать тебе, что это Киммуриэль обрушил мощь разума улья на Демогоргона? Вполне возможно, что несокрушимые големы здесь ради тебя.

Киммуриэль снова пожал плечами.

– Ты сбежишь к иллитидам, если это окажется правдой!
– обвинил его Громф.

– Громф сам поступил бы — и поступит — именно так, если окажется, что он — жертва.

– Я не хочу участвовать в этой пьесе, - сказал архимаг.
– Мы должны узнать, что за союз стоит за этим приливом мрака. Кто и зачем дал Жиндии арахна'хинин'лихи'элдернай?

–  Кто бы это ни был — и кто бы ни стал целью големов — наш мир изменился, архимаг, - заявил Киммуриэль, и Громф мог только согласно кивнуть. Если любая из этих тварей была нацелена на Громфа, ему предстояло провести грядущие десятилетия, даже века, в постоянном бегстве с одного плана бытия на другой — пока его не поймают или не найдётся какой-нибудь способ победить созданий, победить или остановить которых было практически невозможно.

Пенелопа Гарпелл скользнула на свою половину большой постели в уютных покоях в Главной башне.

Она замерла и посмотрела на обнажённую спину своего любовника: большую и сильную, широкую, но твёрдую, как гранит, с рельефными мышцами. Пенелопе казалось, что если он встанет и наклонится вперёд, широко разведя руки, можно будет положить на эту спину целый мир — и Вульфгар удержит его. Женщина выждала ещё мгновение, прежде чем усесться сзади, когда он сел на кровати сам, у нижнего края, скрестив ноги и как будто не замечая её возвращения.