Чтение онлайн

В их обществе Линда всегда чувствовала себя гадким утенком.

Ее удивляло, как мать и сестра могут так спокойно прожигать жизнь. Но и они считали ее образ жизни неправильным. Линда рассталась с матерью, когда ей было семнадцать лет. Тогда родители уже подыскали для своих дочерей великолепный частный колледж в Швейцарии. Однако она настояла на своем и поступила в художественную школу. Окончив ее через два года, Линда стала работать в самом лучшем доме моделей Лондона. Причем не дизайнером или манекенщицей, а лишь помощником дизайнера. Мать негодовала – ее дочь попала кому-то в подчинение! И хотя очень скоро Линда стала самостоятельным дизайнером, это нисколько не возвысило ее в глазах матери. Ведь дочь трудилась, сама зарабатывала себе на жизнь!

Когда Линда собралась выйти замуж, мать одобрила ее выбор. Но теперь, после смерти Стива, ей уже не занять достойного места в обществе. Мыслимое ли дело – остаться вдовой в двадцать четыре года.

В этот вечер мать, как всегда, была ослепительна. Каштановые с проседью полосы, совсем не старившие ее, прекрасно гармонировали с длинным черным платьем, надетым специально по случаю маленького обеда в семейном кругу. Она удивилась, увидев Линду в том самом золотистом платье, которое она выбрала по совету Мэнди.

Линда успокаивающе улыбнулась.

– Не волнуйся, я не собираюсь быть незваным гостем на твоем вечере, у меня назначена встреча.

Пенелопа не сдержала вздоха облегчения, поняв, что Линда не собирается задерживаться.

– Ты можешь приходить когда угодно.

– Да, спасибо. Но сегодня я договорилась встретиться с Прескоттом…

– Ты это серьезно? – Она была явно недовольна. – С этим страшным молодым человеком?

«Этот страшный молодой человек» был помощником Линды в ее ателье, где она продолжала работать. Он всячески старался поддержать ее в трудные последние месяцы. Но он не принадлежал к высшему свету. Более того, с точки зрения матери, был выходцем из низов, из рабочего класса. Для нее не имело значения, что он добр, заботлив и очень хорошо относится к Линде.

– Оставь Прескотта в покое, я пришла не для того, чтобы обсуждать его.

Она посмотрела на накрытый к обеду стол. Было видно – сегодня приглашены только самые близкие люди.

– Пять персон, мать?

Та немного смутилась.

– Сегодня с нами обедает Эндрю.

«С нами» означало: с Пенелопой, Энн и Мейсоном. Эндрю Мэрфи, давний друг семьи, стал очень нужен матери после смерти мужа. Теперь она таскала его за собой на всякие вечеринки. В свои шестьдесят Эндрю был законченным холостяком, и Линда в жизни не встречала большего зануды, чем он.

Линда удивленно подняла брови:

– А кто пятый?

– Джеймс, – небрежно ответила Пенелопа. – Мне его так жалко, он такой хороший, но, похоже, в Англии у него нет знакомых и…

– Ах, не надо его жалеть, – нетерпеливо перебила ее Линда. – Просто одиночество ему больше нравится.

Линда знала, что говорила. Каково бы ни было его отношение именно к ней, он был очень привлекательным человеком и при желании мог познакомиться с кем угодно.

– Может быть, и так. Но, тем не менее, он придет сегодня к нам обедать, – с вызовом сообщила Пенелопа. Вызовом, который Линда охотно приняла.

– А зачем?

– Я только…

– Зачем, мать? – повторила она еще раз, уже тверже. Пенелопа заволновалась.

– Мэнди! – наконец догадалась она. – Она сидела здесь, когда мы говорили о… Но Энн имеет полное право кого угодно пригласить посаженым отцом на свою свадьбу, – стала защищать она младшую дочь.

– Не так давно Энн бегала за Джеймсом совершенно по другой причине, – сухо напомнила Линда.

Когда Джеймс вернулся в Англию, он очень понравился ее сестре. Однажды он принял предложение Энн прогуляться по Лондону, где он не был уже несколько лет. Но дальше дело у них не пошло, о чем однажды сообщила ей расстроенная Энн. Линда знала также, что Джеймс про себя посмеивается над ее сестрой.

Через некоторое время Мейсон сделал Энн предложение. Линда радовалась за сестру. По-видимому, Мейсон любил ее. Энн же называла его чувства к ней «примитивным влечением», считая, что в прошлом и Джеймс испытывал к ней то же самое. Однако все это – трудности сестры. Ее собственные проблемы сейчас были куда сложнее!

– Если он согласится. Это будет хорошо для нас всех, – разозлилась мать.

Линда пристально на нее посмотрела.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Разве непонятно? – Пенелопа старалась не смотреть Линде в глаза. Скажет ли она сейчас все, что ей известно?

– Будет очень хорошо, если мы сможем сохранить «Трентон и Грин» в руках нашей семьи, – заговорила Пенелопа, оживляясь. – Иначе, если Джеймс женится, в каком положении мы все окажемся?

Линда знала, в каком положении они оказались уже сейчас!

– Не усложняй, Линда, – сказала мать, – решение принято, и, что бы ты ни говорила, это ничего не изменит.

– Разве нельзя было посоветоваться со мной. К чему такая спешка?

– Никакой спешки нет. Мы просто хотели сделать ему приятное, что-то вроде рождественского подарка.

Да, действительно, под Рождество его уговорить будет проще. Момент выбран очень удачно.

– Мать…

– Прекрати называть меня матерью. Называй меня мамой или Пенелопой, если тебе так больше нравится. Можно подумать, что я какой-то тиран!

Было заметно, мать очень волнуется. Конечно, последний год, прошедший без мужа, для нее тоже был не легок. Но казалось, ее жизнь совершенно не изменилась. Что же могло нарушить ее привычное, размеренное течение? Мать явно что-то не договаривала. Мейсон – помощник Джеймса и, следовательно, должен знать о проведенной проверке. Может, поэтому?

Послышался негромкий стук в дверь, и в комнату вошел дворецкий.

– Мистер Мэрфи, мадам, – объявил он.

– Спасибо, Гриффитс. Проводите его к нам.

Она снова повернулась к дочери.

– Давай оставим этот разговор, Линда, – торопливо проговорила она, – все это совершенно ни к чему знать Эндрю.

– Я полагаю, куда лучше было бы сделать Эндрю посаженым отцом.

– Он только друг семьи, не более того, пусть даже он сам хочет более тесных отношений. А он как раз хочет более тесных отношений, – взволнованно повторила она. – Линда, Джеймс значит для нас очень много, и поэтому прекрати, пожалуйста, вмешиваться в наши дела.