Без правил
Шрифт:
– Абсолютно серьезно. Серьезность – его отличительная черта.
– Но поймите, нельзя просто так подойти и сказать, мол, хочу купить то, что на вас... – продолжал молодой человек, взывая к разуму доктора. – В обществе это не принято!
– Вы бы так не говорили, если бы знали его получше! – Доктор Толби намазал кусок хлеба маслом и сложил его вдвое, чтобы легче было откусывать.
Майли на секунду оторвалась от еды, а потом снова занялась лососевыми тефтелями. Вкуснятина! Гораздо лучше, чем можно было ожидать от такой забегаловки.
– Вы что, не в себе? Не могу же я снять с себя костюм прямо здесь!
– Почему? – хмыкнул Джеф.
– То есть как это почему? Подойти и взять то, что вам хочется, это... это грабеж средь бела дня!
– Но ведь я плачу тебе за костюм! Разве нет?
– А я не хочу продавать!
– Не смеши меня, малый! Давай снимай, а то придется это сделать самому, еще попорчу! – Джеф повысил голос.
Жена молодого человека побледнела. Казалось, она боится пошевельнуться.
– Джордж, вызови полицию! Попроси хозяйку позвонить, – проговорила она вполголоса, но достаточно громко, чтобы Джеф мог услышать.
Официантка словно приросла к полу. Она так и стояла за стойкой со стаканами в руках. Молодой человек повернулся к ней.
– Неужели вы потерпите, чтобы в вашем заведении терроризировали посетителей? – заявил он.
– Заведение не мое, я здесь всего лишь работаю, – сказала она. – Хозяин – мистер Джеймс Бакстер, но его сейчас нет.
– Пожалуйста, позвоните в полицию! – вмешалась жена Джорджа.
– Ну, не знаю... – Официантка не выпускала из рук стаканы с чаем. – Понятия не имею, что у вас тут происходит. Может, это просто шутка?
– Он угрожает моему мужу!
– Откуда мне знать? Может, угрожает, а может, просто шутит... Что мне сказать полиции?
– Ладно, Джессика, – сказал ее муж. – Будем считать, что ничего не произошло. Идем отсюда. Ты готова? – Он старался сохранять хладнокровие, но это удавалось ему с трудом.
Джеф Мидерс ждал, когда его жертва отодвинет стул и встанет.
Затем он вытащил револьвер 38-го калибра.
Оружие оказалось слишком большим и тяжелым для Джефа. Тонкое запястье выгнулось под тяжестью револьвера, и ствол уперся прямо в грудь Джорджу.
– Если сейчас же не начнешь раздеваться, – процедил Джеф сквозь зубы, – я сделаю в твоем костюмчике дырку.
Джордж открыл рот, но не смог выговорить ни слова. Револьвер и особенно выражение лица Джефа лишили его дара речи. Он и помыслить не мог, что такое возможно.
Вот стоит хилый малый с бегающим взглядом и целится в него. Совершенно заурядный субъект! В том-то весь и ужас... Ибо это жизнь в самом мрачном своем обличье, ее грубая, неприглядная изнанка.
Страх у Джорджа исчез. Так после сильного удара сначала притупляется чувствительность и только потом возникает боль...
Он боялся оглянуться на жену – вдруг ей откажет выдержка, и она скажет что-нибудь не то и вызовет приступ бешенства у этого кретина. Неужели он не видит, что костюм ему велик? Совсем не по размеру. Если бы примерил, сам бы убедился. Предложить? Да нет, еще неправильно поймет. Подумает, над ним насмехаются. Представить невозможно, на что он способен!
Молодой человек из Цинциннати, глядя прямо перед собой, снял пиджак. Когда он замешкался, Джеф сказал:
– А теперь брюки! Слушай, ты какого размера носишь обувь?
– Сорок третий, вторая полнота.
– Велики. Ботинки и носки оставь себе. Галстук нормальный, галстук я возьму, так что тебе не придется возвращать мне бакс. – Наблюдая, как его жертва раздевается, Джеф приказал: – Все снимай!
– Как?
– И трусы, и майку...
– Может, не надо? – спросил Джордж. – Ведь не станете же вы носить чужое нижнее белье?
– Прошу вас... – вмешалась Джессика. Джеф повернулся к ней и ухмыльнулся:
– Разве тебе не хочется взглянуть на него голенького?
– Прошу вас... – сказала она с мольбой в голосе. – Возьмите костюм и отпустите нас!
Джеф снова повернулся к ее мужу:
– Давай снимай подштанники, безмозглый ты кот!
Доктор Толби отломил кусочек хлеба, с его помощью подцепил на вилку последний лососевый шарик, посмотрел на Джорджа, потом на Майли и отправил его в рот.
– Ты чего это не смотришь? – заметил он.
Майли вскинула голову.
– Там смотреть не на что! – Она доедала салат, вычищая миску куском хлеба. – Майонеза пожалели, жулики! – добавила она с раздражением.
– Тебе ее платье нравится?
– Чье?
– Бабенки того братца-кролика...
Майли посмотрела на Джессику:
– Вроде ничего. Только я оливкового не ношу.
– По-моему, тебе пойдет...
Майли передернула плечами.
– Может, и пойдет, – буркнула она. – Но кажется, мало будет.
Доктор Толби выпрямился.
– Джеф, – позвал он. – Платье мы тоже берем.
Джессика оцепенела. Она медлила, тянула время, и просила, и умоляла, и, наконец, расплакалась. Муж положил ей руку на плечо, помог расстегнуть "молнию" на спине.
– Телесного цвета комбинация! – оживился доктор Толби. – Обожаю молодых женщин в комбинациях...
– Она не так уж хорошо сложена, – заметила Майли. – И ноги у нее не очень...
– В делах любви, моя дорогая, ноги отбрасываются в стороны...
Доктор Толби снова выпрямился.
– Джеф, – сказал он, – мы желаем посмотреть стриптиз до конца!
Джессика рыдала. Джефу пришлось взять ее на мушку, и она перестала. Спустя минуту он подошел к ней вплотную, похлопал по плечу. Она спустила с плеч бретельки шелковой комбинации. Комбинация упала на пол, Джессика через нее перешагнула.