Чтение онлайн

Рассказывая о своем хозяйстве, Рукосуев увлекался. Даже пытался жестикулировать, отчего «козел» бросался из стороны в сторону.

— Куда ты? Куда? — кричал он, когда «ГАЗ-67» собирался отвернуть в тайгу. Поймав баранку, выравнивал движение.

Если автомобиль буксовал на подъеме или в луже, которых после «сволочного позавчерашнего ливня» встречалось немало, Фёдор Фёдорович подключал передний мост и уговаривал:

— Тяни, тяни же… Тяни, милый! Ну, ещё немножко! Ну, самую малость только!..

«Козёл» пыжился в угоду хозяину и — вылезал.

Но когда под передними колесами раздвинулся настил очередного мостика, скользнув по гнилым опорным бревнам, «козлу» не помогли никакие уговоры. Фёдор Фёдорович вылез и засвистел.

— Сели. Даже основательно, — сказал он.

— Что же делать? — робко полюбопытствовал Семён.

— А что сделаешь? Надо рубить вагу. Поднимать передние копыта. Выправлять и крепить настил. Дело длинное, идите себе…

Семён посмотрел на Люду: следовало спешить, но не бросать же попавшего в беду товарища. Девушка поняла этот немой вопрос.

— Если удастся выручить машину, мы наверстаем потерянное время. Не так ли? — обернулась она к Рукосуеву.

Тот только плечами пожал.

— Если выручим…

Решительно сбрасывая пиджак, Семён спросил коротко:

— Где топор?

Топор лежал под сидением. Подавая его студенту, Фёдор Фёдорович показал на берёзку за обочиной:

— Вот эту давайте…

Сам он принялся разбирать настил в той части моста, по которой автомобиль проехал благополучно. Выдранные брёвна клеткой складывал перед радиатором.

Вершину очищенной от сучьев березы загнали под переднюю ось «козла». Клетка из брёвен настила служила точкой опоры для полученного рычага.

Вытерев о брюки перемазанные глиной ладони, Фёдор Фёдорович посмотрел на задранный к небу конец ваги.

— Придётся вам, — сказал он Семёну, глазами показывая наверх.

Поплевав на ладони, студент подпрыгнул, повис на руках и, перебирая ими, начал подниматься. Через минуту он был наверху, сделал «вышмыг» и лёг животом на самый конец ваги. Комель закачался, пружиня, но автомобиль остался неподвижным.

— Мало! — огорчился Рукосуев. — Мало весите. Я бы залез к вам, так настил надо исправлять, пока на весу машина. Вот чёрт, придётся рубить дополнительный рычаг и противовесы…

— Подождите!

Люда шпилькой сколола пониже колен подол юбки, тоже поплевала на ладони и с неменьшей, чем Семён, ловкостью полезла по ваге. Машина дрогнула и задрала передние колёса.

— Так-так-так, — поощрительно заорал Фёдор Фёдорович, поспешно принимаясь настилать приготовленные лесинки. — Так, так… Можете опускать потихоньку.

Спустя полчаса «козел» стоял на твёрдой земле, а водитель петушком ходил вокруг и опять лягал колеса, проверяя наполнение камер.

— Трогаем? — спросил Семён, собираясь влезать в машину.

Фёдор Фёдорович показал на искорёженный мост.

— Надо подновить настил и укрепить, чтобы не катался по маткам.

— А в следующий раз нельзя это сделать?

— Что вы, что вы, молодой человек! А вдруг поедет кто-нибудь не знаючи да и засядет, как мы?

— Кто же, кроме вас, поедет по такой дороге?

— Ездят, батенька мой, ездят. Если бы не ливень, я бы вам следы показал. И «ГАЗ-53», и «ГАЗ-69» гидрологический. Давайте-ка мне топор…

Дорогу ему заступил Семён:

— Фёдор Фёдорович, нам очень нужно спешить. Где-то впереди находится очень опасный человек; его необходимо задержать. Он на ходу спрыгнул с поезда и теперь пытается скрыться.

Рукосуев на несколько мгновений опешил, — больно уж не походила Люда на сотрудника розыска, — а потом закивал поспешно и растерянно:

— Понятно. Прошу прощения, но вы — не в форме, и я не мог знать… Садитесь, пожалуйста, я сейчас… Сию минуточку.

Разбрызгивая грязь, «козёл» рванулся, полез на склон. Разговорчивый водитель точно воды в рот набрал, и машина шла, что называется, «по ниточке».

Молчание нарушила Люда.

— Фёдор Фёдорович, вы, кажется, принимаете нас за сотрудников МВД? Вы не так поняли…

— Нет, что вы! Я вас… не принимаю. Честное слово… Конспирация, это естественно.

— Да нет, Фёдор Фёдорович! — против воли улыбнулся Семён. — Получилось так, что мы вынуждены были вмешаться в эту историю. — И Семён сжато рассказал о событиях, предшествовавших встрече с водителем «козла».

— История! — пробурчал тот, выслушав. — Ваших действий одобрять не могу, но уж если так вышло… К кому же эти субъекты направились в Ново-Троицком? Честное слово, — не к кому! Если бы вы знали, какие у нас люди…

— Не все, видимо, — вздохнул Семён. — Попробуйте подумать, вспомнить. Может быть, потянете за какую-нибудь ниточку…

— Да как можно думать такое про человека? Ни с того ни с сего? Вы представляете, что это значит теперь — внутренний враг? Это, это… ну, вроде людоеда, что ли! Или марсианина из «Борьбы миров»!.. Ненормального, наконец!.. Кретина!..

— Однако факт налицо. Впрочем, вполне возможно, что это уголовный преступник. Ограбил сберкассу или банк.

— Зачем? — удивился Рукосуев. — Зачем грабить банк? Что станет он делать с деньгами? Автомобили покупать, что ли? Не так просто и, опять-таки, зачем?

— Вам тоже… кажется невозможным это… эта история? — вмешалась Люда.

— Нет, почему же! Приходилось даже читать книжки, но я считал фантазированием. Помилуйте, разные акваланги, и подводные пещеры, и какие-то дома на манер Удольфского замка с ужасами. Но, конечно, и зря человек с поезда не выпрыгнет на ходу, нет!