Бездыханная

То, что побег был худшей идеей за всю мою короткую жизнь, я поняла в момент, когда несколько бронированных хищных мобилей начало подрезать наш, а мы даже за пределы города не успели выбраться.

Рик жутко матерился, пытаясь вырулить на обочину и скрыться в густых зарослях, но даже папино навороченное авто, выпущенное в ограниченной коллекции для любителей экстрима, не способно было справиться с такими манёврами, какие на него сейчас возлагали.

Чудовище под капотом рычало, стараясь выжать из себя всё, или просто мечтало вырваться на свободу — ему не нравилось, когда его ограничивали, а ещё Химер не любил Рика, что в очередной раз и показал ему, наконец-то заглохнув на самой границе города.

– Твою мать!
– ударил по рулю.
– Тупая, бесполезная тварь!

Мне захотелось одёрнуть его, чтобы не оскорблял единственное существо, оставшееся от папы, но в этот миг за нами уже ринулись здоровые амбалы, окружив затихший, будто смирившийся с дальнейшей участью мобиль и, как ни странно, за него я переживала больше, чем за своего парня.

Взгляд у Эрика был дикий, как у загнанного зверя, и когда он посмотрел на меня, я вдруг подумала, что довольно плохо знала этого человека, потому что такого себя он мне прежде не демонстрировал. А, возможно, я просто ничего не замечала по своей наивности.

– Не выходи, поняла?
– всё ещё сжимая руль, прорычал он, доставая оружие и выскакивая наружу.

Я против любого насилия, и в первый миг ужасно испугалась, что его просто прихлопнут. Моё пухлое тело было слишком неповоротливо, чтобы быстро выбраться и хоть чем-то помочь, но с Эриком легко справились, укладывая на землю лицом вниз и не позволяя ему сделать хоть один выстрел.

А потом все расступились, и я увидела приближающегося мужчину.

Он шёл, не спеша. Ступал лениво, будто делая одолжение конкретно мне, вызывая безотчётный, глубинный ужас в душе, и вскоре я разглядела его лицо, когда он наклонился, чтобы наши глаза наконец встретились.

– Сама вылезешь или тебе помочь?
– хмыкнул, со значением оглядывая меня, и мне отчего-то впервые стало обидно, что я так выгляжу.

– Сама, - уронила тихо, но у него был прекрасный слух.

Улыбка расцветила суровое лицо, обрамлённое тёмной щетиной, но глаз не коснулась, когда он издевательски протянул руку, которую я не приняла, породив ещё одну усмешку. Я тогда не знала, что бросила ему вызов этим маленьким протестом, но в эту ночь моя голова была забита другим, и уж тем более я не понимала, кто передо мной.

– Машину я конфискую, - сказал, заставив вздрогнуть.

– Вы с ним не справитесь, - вырвалось раньше, чем я успела пожалеть о своих словах.

Он застыл на полпути, будто не веря, что я вообще осмелилась это произнести, и меня затошнило от липкого страха, опутавшего тело. Но вот прошла пара секунд, а меня даже не ударили, хотя я точно ощущала, что близка к смерти — аура этого человека давила слишком сильно даже на расстоянии, едва не заставляя пригибаться к земле.

– Увидим, Веснушка. Увидим, - покивал сам себе, и я оказалась в его машине.

Там не было водителя, и этот тип сам сел за руль, заблокировав двери, чтобы точно не вздумала никуда деться, только у меня и мысли такой не было. Я слишком устала, едва отойдя от похорон и всех этих хлопот, которые на меня вдруг свалились со смертью отца, так что стоило оказаться в салоне, пропахшем чужим запахом, из меня словно весь воздух вышел.

– Что, даже не будешь буянить?
– не поверил он.
– Скучно.

Скучно ему?

Что ж, наверное, в этом вся я. Скучная. Пресная. И ничего во мне не было, кроме лишнего веса.

– Давайте Вы просто убьёте меня и закончим с этим, - выдохнула, глядя, как за окнами проносятся городские пейзажи.

Незнакомец почему-то идею не оценил — поперхнулся даже, и если бы мобилем не управляло чудовище, мы бы точно сейчас съехали с дороги.

– А давай я сам решу, что мне делать, ладно? Позволишь?
– прозвучало с издёвкой, что было ещё обиднее.

– Как хотите, - безразлично пожала плечами, окончательно отворачиваясь от него, и даже, похоже, уснула.

Когда открыла глаза, мы уже приехали к незнакомому особняку, даже со стороны выглядящему очень пугающим. Он как будто спрятался ото всех среди высоких, страшных деревьев за железным забором, скрывая все свои тёмные тайны, и мне совсем не хотелось знать, что там внутри.

Но придётся.

Незнакомец даже не сомневался, что я последую за ним, и я не стала его злить — вышла из машины раньше, чем он об этом объявил, и чуть не споткнулась. Вновь проснувшийся страх ударил в сердце, едва мужчина крепко схватил меня за локоть, чтобы больше не падала, но мне показалось, что теперь я из этого захвата никогда не освобожусь.

– Какая же ты неуклюжая, - раздражённо выдохнул мужчина.

Понимаю… Я даже у себя не вызываю иных эмоций.

– Простите.

Так и провёл меня в дом, пока мы не оказались в его мрачном кабинете. Здесь вообще всё было мрачным, неся отпечаток хозяина — такого же опасного и непредсказуемого, но именно кабинет был его «местом силы», как выражался отец. Ох, папа… Почему ты допустил такое? Почему не отдал наследство нуждающимся? Мне ни ринта от этих денег не нужно…

Мою внутреннюю драму прервал Рик. Его — избитого и вывалянного в дорожной грязи, втолкнули следом, держа под руки двое парней, и мне стало плохо от этой несправедливой картины. Никто из нас этого не заслужил!

– Признаешься сам или моим парням ещё из тебя правду выбить?
– лениво протянуло это чудовище.

– Что Вы делаете?!
– бросилась к жениху, но сильные руки удержали на месте, сжимая до лёгкой боли.

– Ты бы не дёргалась, а внимательно слушала и смотрела, малышка, - прозвучало иронично, учитывая мои размеры.
– Давай, открой глазки шире.

– Любимая, ты всерьёз решила, что я могу быть с этой бегемотихой?
– раздалось вдруг в образовавшейся густой тишине, и я глянула на стену, куда транслировалась картинка с маленького круглого устройства на столе.
– Да меня тошнит только от одной мысли, что мы просто поцелуемся, но чего только не сделаешь ради таких денег! Я люблю тебя, и как только отправлю эти килограммы на тот свет к её папочке, мы больше ни в чём не будем нуждаться, и прятаться тоже больше не будем.

На то, как эти двое на видео начали лизаться, смотреть совсем не хотелось, но я почему-то не смогла оторвать глаз от экрана. Мне нужно было своими глазами видеть, что это на самом деле происходит. Увидеть это предательство, чтобы убедиться, какая я непроходимая тупица и слепая идиотка.