Бездыханные ІІІ
Шрифт:
Ангел поднял на руки маленького демоненка, поднес его к краю обрыва, выставил вперед и… почувствовал, что плачет. Пальцы не смогли разжаться, не смогли выпустить бесчувственное тельце. Внезапно демоненок открыл глаза. Он увидел ангела, увидел, что тот держит его над небесной пропастью. Но не было испуга в глазах детеныша, лишь смиренная покорность и боль.
Они смотрели друг на друга: один терзался сомнением, другой безнадежностью. Когда же демоненок увидел, что ангел плачет, он не сдержал свои слезы. Демоненок обманывался — он не хотел умирать, и ангел понял это.
Ангел отступил от обрыва и приблизил демоненка к себе, чтобы взглянуть на него поближе и понять, что это существо делает здесь, в Раю. Но детеныш вдруг вцепился в подир ангела, прижался к нему и заплакал навзрыд. Ангел пошатнулся от удивления, но не выпустил ребенка, не оттолкнул…
Никто из братьев ангелов не знал, почему печальный ангел вдруг стал таким счастливым. Никто не догадывался…
Быстро рос демоненок. И его пещерка-норка, где он скрывался ото всех, стала вскоре ему мала. Но ангел не беспокоился: никто кроме него не ходил к обрыву Рая, поэтому и демоненка никто не увидит. Его раны зажили, а забота ангела принесла демоненку и радость. Ангел рассказывал ему о жизни земных людей и их семей, и вскоре демоненок, под стать земным детям, стал называть ангела матерью. Ангел надолго забыл о печали…
Через некоторое время демоненок вырос в большого и сильного демона, но не было в нем жестокости, не было злости, и любил он ангела, как любит дитя свою мать…
Однажды решили братья проследить за ангелом, что раньше был так печален, когда он в очередной раз удалился от них в глубины райского сада. И увидели, что идет он к самому обрыву Рая. Когда ангел подошел к самому краю, из-за ближних облаков показался демон с большими крыльями, рогами и длинным хвостом. Ангелы запаниковали и бросились на помощь своему брату. Двое из них бросили свои копья в демона, но тот отбил их и подлетел к стоявшему у обрыва ангелу. Братья кричали ангелу, чтобы тот бежал, но он не двигался и, плача, умолял их бросить свои оружия.
Демон закрыл ангела своими крыльями, но братья подумали, что он хочет сбросить его с обрыва и трое из них метнули свои копья. Ангел оттолкнул демона, и все три копья попали в его грудь. Белый подир окрасился алым, и ангел замертво упал на руки демона…
Громкий, отчаянный крик, сорвавшийся из груди демона, сотряс Рай. И на этот крик явился Бог. Рыдая и прижимая к себе окровавленное тело мертвого ангела, демон умолял Господа вернуть его. Бог ответил, что ангел возжелал иметь то, что есть у земных женщин, а женщины смертны и часто отдают жизни за своих детей…
Тогда демон сказал, что готов обменять свою жизнь на жизнь ангела, и Бога тронула эта самопожертва…
«Говорят, что даже сейчас, вглядываясь в дневное небо, среди скопления облаков можно заметить маленькую мерцающую звезду. Это блестит в лучах солнца нимб ангела, стоящего у обрыва Рая, который глядит в бескрайний небесный простор, разыскивая своего демона, и не находит...»
— Мио. Эй, Мио, ты чего застыла?
Я вздрогнула и повернула свою голову к подошедшему парню.
— Кри-и-с, — слезливым голосом простонала я. — Это… это так грустно! Демон… он же был хороший! А они… они убили его-о-о…
И слез не нужно было, я ревела всухую.
— Перестать читать всякую дребедень и пошли — нас зовут.
— Это не дребедень! — возразила я, обидевшись. — Ничего ты не понимаешь!
— Да, да. Идем уже.
Когда мы проходили мимо Нэнни и Роуз, старушка заметила в моих руках красную книгу, которую я так и не решилась поставить на место.
— Что, понравилась? — заметила она, и я усердно закивала.
— Это просто чудесная история, но очень грустная.
— Что верно, то верно, — согласилась Нэнни. — Это мой Стюарт как-то в молодости придумал. Но теперь она ему почему-то разонравилась. Говорит, что неправдоподобная. Ну естественно, это ведь простая сказка!
— Её ваш муж написал?!
— Да. Мне она понравилась, и я предложила ему написать еще что-то и выдать сборник своих рассказов, но он отказался и только распечатал этот рассказ на принтере, скрепил степлером и поставил на полку в магазине. Говорит, если кому-то приглянется, пусть задаром забирает, все равно вышло неудачно. Так что если хочешь, можешь взять себе.
Я прижала книжонку к груди.
— Спасибо!
— Да не за что, — махнула рукой старушка и повернулась к Роуз.
Поднимаясь по лестнице на второй этаж, я вдруг поняла, что держу в руках великолепную идею для нашего школьного конкурса.
Глава 15
Когда мы втроем вернулись в комнату на втором этаже, то обнаружили Мелори, Данте и Стюарта склонившимися над столом. Они внимательно разглядывали содержимое развернутого на весь стол листа бумаги.
— Ты уверен, что они ничего не изменили? — спросила Мелори старика, подняв на него взгляд.
— Уверен, — кивнул Стюарт. — Всё как было, никаких дополнений или изменений. Но появились еще два новичка — Маммон и Левиафан. И мне неизвестно, как дела обстоят у них.
— О них сейчас бесполезно думать. Вопрос в том, как нам быть? Столько лет… . я уже не помню, когда последний раз…
— Твое тело помнит. Ты быстро наверстаешь упущенное. А об остальном позаботится Фёрт.
Лицо Мелори скривилось в кислой мине.
— Да, ей это будет только в радость.
Данте заметил нашу вошедшую тройку, и на его взгляд к нам повернулись Мелори и Стюарт.
— Вовремя, — сказал старик, сворачивая бумагу. Я успела заметить странные чертежи, но не разобрала, что это. Что-то похожее на механизмы, кажется.
Мы подошли к столу.
— Как там Роуз? — спросила, глядя на меня, женщина.
Я ободрительно улыбнулась.
— Они с Нэнни отлично поладили. Не о чем волноваться.
— Хорошо, — плечи Мелори облегченно опустились.