Безвременье, Барабаш Дмитрий

Безвременье

на обложку

Барабаш Дмитрий

Шрифт:

Дмитрий Невелёв

Стихотворения

Встреча

Не оборачивайся, не ищи никого за спиной.Это я говорю.Это ты говоришь со мной.Ты всё правильно слышишь —под строчками твои мысли. Твои слова,как под кожей, под ребрамипульсируют почками,набухая к весне,изгибаются как трава,прорастая сквозь землюлютиками-цветочками.Если ты здесь задержался, знай —я тебе внемлю.Я и сам много раз находил такие слова,словно лаз в кустах между пышных фраз,между лживых эпитетов.Ты идешь на свой голос, видя то,что я видел прежде.Видя то,что мы видим вместе,спустя лет двести.

Секрет пророка

Какое время ни возьми —всегда кончается эпоха.И оттого живётся плохо,и много суетной возни.А если нам от звеньев техвремён немного отдалиться,то выясняется, что длитсяцепь одинаковых потех.Она одна – от время оно.Одна за все, одна на всех.Всегда предчувствие конца,как предначертанность начала,земных пророков удручалолукавой колкостью венца.

Апоэтичное

Туманы, выси, лютики в стихахлелеют плоть, как фиговы листочки.На вывихах из «ха» выходят «ах»и волосками прорастают строчки.Коль чувствам праведным предписано звенетьв укор цинизму шуток безвременных,щелчок строки не должен гнать как плетьрабов возвышенноколенопреклоненных,ползущих по Москве ли, по Перу,по сорок лет петляя по пустыне.Поэзия подобна комарубез имени, родившемуся в тинечумных веков, проказистых болот,ландшафтов лунных, марсианской топи,запястьям острострелых позолоти устрицам в малиновом сиропе,скрипящим там, где скука вялит бровьдевицы, отслужившей слизь созданья.Поэзия – комарная любовьк венозной коже, первое касаньес искусом истины, скребущей словно зудземных страстей под листьями распутиц.И запах прений, как священный суд,в распахнутые окна льется с улиц.

Смысл жизни

Итак, земля опятьтревожит наше зренье.Переполох людскойШекспиру помешалсонет закончить в срок.Так может этот шарс их мировой войнойстереть?!Ан Моцарт ловит ноту…

11 сентября

Поэтический штамм.Близнецов и взорвали за то,чтобы рифмой стекляннойжелезобетонное небоне дробили в стрекозьем,квадратно-экранном зрачке.Близнецов и взорвали за то,что, не ведая срама,нам мортали сальтои сортами мальтийских крестовпереплавили в радугукаплей бензина полужью,по забвенью землии сведению к точке небес.Близнецов и взорвали за то,что из колбы исчезпоэтический штамм,обнуляющий мысль до начала.Близнецов и взорвали за то,что земля означалапуть единственный свойпо никем неведомой оси.Слово – Слову в лицо!Близнецов и взорвали за это.

Сумрачная зона

Изобретая область тьмы,вы открываете для светато, что, наверное, должныскрывать по логике сюжета.

Литература

Литература с бахромойторшера или абажура,у строгой дамы, за стеной…Литература.Я к ней на сахар и на чайкрадусь и, словно невзначай,касаюсь кончиком сандалиузорной кованной педалимашинки «Зингер» под столом.Я вижу, как она угломшпионски скошенного глаза,очки возвысив надо лбом…Все остальное прячет вазас конфетами и толстый том.Я точно знаю – это сказки!И вот уже с набитым ртомлипучих шеек, хрустных мишекя в мире бабушкиных книжекпропал, не ведая о том…

1001 ночь

Тысяча и одна ночь —меньше трех лет.С востоком всегда непонятногде договорено – где нет.Были ли между ночаминемые ночи?Чья сказка была длиннее,а чья короче?Он ли сумел дослушать,она ли досказать?Или же душа в душу —в одну кровать?Своды дворцов восточныхдышат насквозьзвёздами.Всё, что приснилось, —тут же почти сбылось.Тайны персидские – сказками —в твоих глазах.Не забудь повернуть между ласкамижизнь в песочных часах

Русские народные

Русские детские сказкиПисались по чьей-то указкеРусские детские сказкиЦензуре дырявили глазкиОчень нерусский редакторЕздил по сказкам как тракторПели-плясали старухиПесенки красной прорухиТанцы кромешной концовкиИ хохотали плутовкиСтрашные русские сказкиЧёртом глядят из-под маскиЧёрным по белому взоромНомером и приговоромРусские добрые сказочкиС посвистом словно салазочкиВ дали Сибири не сказочнойВ тёплое лоно подрясочнойРусские славные сказищиС лаем выводят на пастбищеЧтобы реальность казаласьЖуткой лишь самую малость.

Поэзия

Поэзия в любые времена,в любые исторические бури,в любые штили – только именамелькнувшей жизни и отважной пули,которую ожившая мишеньотринула от окончанья рода.Поэзия – нечаянная тень,случившегося вовремя восхода.Струится слово светом сквозь силки,играется с коварством паутины,и пауки – следят, как пастухи,за звёздами из тленной серединывселенских пут и стрёкота секунд,перебирая золотые снасти.Прищуру вечности смешон минутный бунтпрощальной старости, развеянной на страсти.

Про зрение

С чего начинается зрение?С плывущего блика во мгле.С тоски колыбельного пения.С берёзы в соседнем дворе.Ствола неохватно-бугристого.С верхушки, качающей свет,и синего, чистого-чистого —красивей которого нет.С чего наступают прозрениядо слов, до мелодий, до лиц.со встречи творца и творения,глядящего из-за глазниц.

Hasta La Vista

Москва похожа на мишень,ужа, сужающего кольца.Брожу нелепый, как женьшень,вдоль патриаршего болотца.Я – корень жизни и добра.Я – плод гармонии и света.Я – росчерк легкого пера,избранник вечного сюжета.Я по Садовым, по Тверскимношу своё спасенье людям,как шестикрылый серафим —ободран, пьян и ликом чуден.Я, как раздавленный комар,на лобовом стекле таксистамелькаю в бликах встречных фар.Аста ла виста.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12