Библиотека душ
Шрифт:
Мужик потерял сознание прежде, чем Эддисон успел закончить. Его голова упала на пол с глухим стуком, который заставил меня вздрогнуть и поморщиться.
— Тебе нужно прекратить так делать, — проворчала Эмма, однако не смогла сдержать улыбку.
— Поделом ему, — откликнулся Эддисон. — Что за грубиян. Теперь скорей, хватайте его бумажник.
— Ни за что! — воскликнул я. — Мы не воры!
Эддисон фыркнул:
— Осмелюсь сказать, нам он понадобится больше, чем ему.
— Какого черта он вообще так вырядился? — удивилась Эмма.
Лифт дзинькнул, и двери начали открываться.
— Думаю, мы вот-вот это узнаем, — произнес я.
Двери лифта разъехались, и как по волшебству все вокруг залил дневной свет, такой яркий, что нам пришлось прикрыть глаза. Я с наслаждением втянул полные легкие свежего воздуха, и мы шагнули на заполненный тротуар. Люди в костюмах были повсюду: супергерои разгуливали в эластичных трико, шаркали ногами зомби в густом гриме, героини аниме с подведенными как у енотов глазами размахивали боевыми секирами. Они собирались в невероятные по своему разнообразию кучки, выплескивались на улицу, перекрытую от машин, и стремились, словно мотыльки, к массивному серому зданию, баннер на котором гласил:
Эмма отшатнулась обратно к лифту:
— Что все это такое?!
Эддисон взглянул поверх своих очков на зеленоволосого Джокера, поправляющего на лице грим:
— Судя по их одеяниям, сегодня, похоже, какой-то религиозный праздник.
— Что-то типа того, — ответил я, поманив Эмму обратно на тротуар, — но не бойтесь, это всего лишь переодетые нормальные, и мы для них выглядим точно также. Волноваться нам сейчас нужно только о твари.
Я забыл упомянуть о пуст'oте, надеясь, что нам удалось запутать ее, исчезнув в лифте.
— Нам нужно найти, где спрятаться, пока он не уйдет, а затем проскользнуть обратно в подземку.
— В этом нет нужды, — произнес Эддисон и, подергивая носом, потрусил по запруженной людьми улице.
— Эй! — крикнула ему вдогонку Эмма. — Куда ты?
Но он уже возвращался.
— Ура фортуне! — воскликнул он, виляя обрубком хвоста. — Мой нос подсказывает, что наших друзей вывели из-под земли именно здесь, вон по тому эскалатору. — Мы все же на верном пути!
— Хвала птицам! — отозвалась Эмма.
— Как ты думаешь, ты сможешь пойти по их следу? — спросил я.
— Думаю ли я, что смогу??? Меня не зря прозвали Эддисон Изумительный! И все потому, что нет такого аромата, такого амбре, такого странного парфюма, который я бы не смог учуять за сто метров…
Эддисон легко отвлекался на рассуждения на тему собственной одаренности, даже если дело не терпело отлагательств, а его гордый раскатистый голос имел тенденцию разноситься повсюду.
— Хорошо-хорошо, мы поняли, — шикнул на него я, но он только возвысил голос, перекрикивая меня, и теперь шагал по тротуару, ведомый своим нюхом.
— … я могу найти странного человека в стогу сена, имбрину на птичьем дворе…
Мы последовали за ним через разряженную толпу, между ногами гнома на ходулях, мимо группы неупокоенных принцесс, и едва не столкнувшись с Пикачу и Эдвардом-Руки-Ножницы, которые кружили по улице.
«Конечно, наших друзей вели именно этим маршрутом», — подумал я. Это был идеальный камуфляж, не только для нас, кто посреди всего этого выглядел совершенно нормальными, но и тварей, конвоировавших группу странных детей. Даже если кто-нибудь из пленников и осмелился позвать на помощь, кто воспринял бы его крик всерьез и вмешался? Люди притворялись повсюду вокруг нас, ставили постановочные драки, рычали в костюмах монстров, стонали как зомби. Какие-то чудаковатые детишки орут о том, что их похитили люди, которые хотят украсть их души? Да никто и бровью не поведет!
Эддисон заходил кругами, обнюхивая землю, затем сел, озадаченный. Незаметно, потому что даже в такой толпе говорящая собака вызвала бы шок, я наклонился к нему и поинтересовался, в чем дело.
— Это просто… эмм, — он запнулся, — похоже, что я…
— Потерял след? — уточнила Эмма. — Я думала, твой нюх безупречен.
— Я просто перепутал след. Но я не понимаю, как… Он четко ведет к этому самому месту, а затем исчезает…
— Зашнуруй ботинки! — вдруг прошипела Эмма. — Сейчас же!
Я взглянул на ноги:
— Но они не…
Она схватила меня за предплечье и дернула вниз.
— Заш-ну-руй бо-тин-ки, — повторила она. А затем произнесла одними губами: — Тварь!
Мы присели на корточки, спрятавшись за головами разношерстной толпы. Последовал внезапный громкий треск рации, и искаженный голос произнес:
— Код 141! Всем группам явиться с докладом на акр немедленно!
Тварь была близко. Мы услышали, как мужчина отвечает грубым голосом со странным акцентом:
— Это М. Преследую беглецов. Запрашиваю разрешения продолжить поиски. Прием.
Мы с Эммой обменялись напряженными взглядами.
— Запрещаю, М. Чистильщики прочешут территорию позже. Прием.
— Мальчишка, похоже, может как-то влиять на чистильщиков. Прочесывание может оказаться неэффективным.
«Чистильщики». Должно быть, он говорит о тварях. И он определенно говорит обо мне.
— Запрещаю! — через треск рявкнул голос. — Явитесь с докладом на акр немедленно или проведете этот вечер в яме, прием!
Тварь пробурчала в рацию: «Подтверждаю», и зашагала прочь.
— Мы должны проследить за ним, — заявила Эмма. — Он может привести нас к остальным.
— И прямиком в логово ко львам, — добавил Эддисон. — Хотя, полагаю, тут уже ничего не поделать.
Меня все еще трясло.
— Они знают, кто я, — произнес я еле слышно. — Они, должно быть, видели, что я сделал.
— Верно, — откликнулась Эмма. — И страх сбил с них спесь!
Я выпрямился и проводил взглядом тварь. Мужчина прошел через толпу, перепрыгнул заграждение и легкой рысью направился к припаркованной полицейской машине.