Шрифт:
Нечто горело в сердечной мышце, зажатое между Умом и Совестью. А где-то неподалеку, гремя все вокруг, хлопала в ладоши да весело прыгала Душа ребенка. Она высматривала литературный зигзаги со строками сахарных облаков.
«Миры в мирах, чудотворный пирог!» – Голосила Душа. Прозаическая поэма набирала обороты. Ум хотел взять все под свой железный контроль, но Душа была полна беззаботной уверенности, что вся Библиотека со всеми книгами принадлежит истинно ей, и только ей.
Совесть, тем временем, булькала в ванне из буквенных сочетаний, где согласные с гласными шелестели ловко продуманные микро истории. «Душу требуется умаслить-усмирить, пока она не наломала дров», – вертелось у Совести на Уме.
– Моя обложка будет красоваться на главной полке этого большого мира! – Душа перешла на громкую октаву.
– Моя история напишет за меня всю автобиографию! – На этом моменте детская непосредственность вылетела из тонкой организации.
А между тем:
«А как же я предстану перед всеми, если в Библиотеке всегда так пусто и нелюдимо?» Такими думами заворочался в ванне Ум с Совестью. «Нужно прийти к душечке и расколоть орех разногласия!» – Двое облохматились первой попавшейся книжкой и ловкими прыжками направились к Душе.
Конец ознакомительного фрагмента.