Чтение онлайн

Толи покачал головой.

– Эжен Кольбьер, автор "линий Кольбьера", "отец внепространственной математики". Именно Твоей матери он посвятил свою первую книгу.

Толи ошарашено уставился на свою бабку.

– Можешь проверить. На третьей полке, четвёртая справа.

Толи выбрался из кресла, подошел к книжному шкафу и достал нужную книгу. На первом листе, под названием книги и вправду стояло посвящение: "Джюл Н. К.
– за самый большой дар." А ниже, уже зелёной ручкой, добавлено: "Моему ангелу хранителю, Джюл Николс Карван. Э. Кольбьер, твой вечный должник."

Вернувшись в кресло, Толи неверяще рассматривал автограф и посвящение.

– Никто и никогда не мог получить у Кольбьера автограф.
– Задумчиво качая головой, он захлопнул книгу.

– Это было требование твоей мамы. По её словам, ему было нельзя давать автографы, это его убивало. Он и не дает. Но это еще не всё.
– Игоретта встала с кресла и, сделав два шага к своему столу, взяла с него еще два фото и протянула внуку.

– Полюбуйся.

Взяв снимки в руки, Толи впился в них взглядом. На фото была его мама, с распущенными рыжими волосами. На коленях у неё сидел мальчик, лет трех, а у ног устроилась девочка, лет пяти - шести.

– Это что такое?
– Не выдержал Толи, - Монтаж?

– Нет, это снимки с памяти Данна. За пару месяцев до того, как попасть сюда, он специально искал в сети, разных людей. Одноклассников, бывших друзей, знакомых. Видимо, ему было очень плохо. Он никому ничего не писал. Он просто смотрел на их лица и закрывал страницы. Одной из найденных и была она. В памяти отложилось, что он порадовался за неё и тоже закрыл страницу. Он вообще - любитель закрывать страницы.

– Бабуль, погоди!
– Толи подхватил фото из альбома.
– Здесь на фото дата - 2008!

– А страницу он нашел, в 16. И она никуда не пропадала. И у неё двое детей. Вот и думай, внучёк. Ты у меня математик, тебе и мысли в голову!
– Игоретта, задумчиво потянулась за бутылкой.

– Я больше не буду!
– Остановил ее Толи.

– А я - буду. Давно хотелось напиться.
– Ответила ему Игоретта, прихлёбывая водку из горлышка бутылки.

– Бабуль, ты, чего?!

– Иди, внучёк, иди. Подумай сам и мне дай. Давно хотела у неё прощения попросить. Не судьба. Ну, да хоть так. Иди, внучёк, иди... "

***

– Сержант Налезенец, Данн Игоревич. Кок дальнего разведывательного рейдера "Сигон". - Катал на устах моё имя, звание и должность, высокий мужчина с погонами генерал - майора.
– И вот что с Вами делать? Под трибунал отдать? Так в штрафбате, Вы, с вашей специальностью, кровью свои грехи не смоете. Списать - так деньги на вашу тренировку, экипировку и сертификацию - уже потрачены. Мало того, еще и возвращать надо, а это тоже сумма не малая.

– Пристрелить проще.
– Добавил второй генерал - майор, улыбаясь белоснежной улыбкой.

В этой огромной комнате, с деревянным столом и единственным креслом перед ним, было очень много звёзд. Самый младший по званию - полковник особого отдела отряда диверсантов. А самый звездатый - от медиков. Всего пять старших офицеров и ваш покорный слуга, сидящий перед столом в свежевыданном камуфляже. Правда, без ремня.

Вдоль стен комнаты стояли флаги разных родов войск. Голубой, с золотыми полосами -ВДВ, пара гвардейских, немецкий штандарт и бело-голубой - Андреевский. Символика, если и отличалась от нашей, то на мой взгляд, не сильно. Вместо звёзд - орлы, двурогие. Вместо, знакомой, по кадрам кинохроники, свастики, снова орел, одноголовый. Всё на своих местах, просто, лаконично и буднично. На длинном столе стояли графинчики с водой и стаканами, высокие спинки кресел и серьёзные люди, разбирающие должностной проступок глупого сержанта. А, когда они закончат со мной, то начнут пользовать капитана "Сигона". И от этого становилось... Очень не приятно.

– Итак. Уважаемый Данн Игоревич, - с усмешкой обратился ко мне второй особист, уже от десантников.
– Расскажите нам, каким образом, не являясь военнообязанным, стали коком на боевом корабле? За какие заслуги перед Отечеством, вы заняли столь тёплое место?

За те десять минут, что я здесь сидел в виде бесплатного приложения к мебели, эта пятерка звёздных орлов, не обращая на меня ни малейшего внимания, успела выхлопать из меня всю пыль. Обычно, в таких ситуациях, я сидел, потел и ждал, когда мне дадут слово. Что ж, мне его дали. Теперь - сами виноваты!

– Не понимаю смысла вопроса.
– Ответил я, устраиваясь в кресле по удобней.

– Что-о-о?
– Выпучил глаза особист от диверсантов.

– Более того, - Продолжил я, задыхаясь от собственной наглости.- Я не услышал в свой адрес ни одного обвинения. Более того, меня вытащили из медотсека, не дав завершить начатые процедуры лечения, что является грубейшим нарушением боевого устава. Поэтому, если столь важные господа снизойдут и скажут, в чем я обвиняюсь, то тогда и только тогда у нас получится настоящая, конструктивная беседа. А не этот детский сад, штаны на лямках!

"Упс, кажется я того, супротив шашки с голой пяткой!" - Промелькнула трусливая мыслишка. И вдруг, стало так до лампочки, что они со мной сделают, что скажут и какой приговор вынесут. Меня просто понесло.

– Дисциплинарная комиссия, наверняка уже получила копии моего контракта, опросила экипаж моего корабля и сделала запрос обо мне на Землю.
– Тихо и спокойно, не повышая голоса продолжил я.
– Так что, думаю ваш первый вопрос в этом деле, был задан зря. Не впечатлило. Это своих подчиненных вы можете строить и наказывать. На вашей базе я нахожусь только как специалист, нуждающийся в подтверждении изучения специальностей. Которые, вы, кстати, подтвердили. И еще. Мой контракт подписан с Дальразведкой, а представителей своего ведомства, я, что - то здесь не наблюдаю. Может быть, мы начнем по новой?

"Звездатые" переглянулись. Побагровели. Потянулись за стаканами.

Мне уже было море по колено. Адреналин кипел и булькал. Я сидел и улыбался в лица людей, способных и за меньшее упечь меня так далеко, что Макар с телятами туда дойдут только к третьему пришествию. И то - не факт.

– Сержант Налезенец, именно по факту прохождения вами подтверждения специальности "спасатель", мы и собрались.
– Первым пришел в себя медик. - Во время прохождения последнего зачёта, ваши действия, повлекли за собой значительные материальные убытки.