Чтение онлайн

Тимофей, смотрел мне прямо в глаза, отложив планшет и накрыв его ладонью, правой руки.

– Единственный, Ваш - минус - Вы живете симпатиями и антипатиями. При этом - стараясь не проявлять собственных эмоций. Получается, это - мягко говоря - плохо. Не смотрите на меня - так...
– Психолог слегка улыбнулся.
– Ваша команда, это - уникальные люди, способные заглянуть человеку в душу. А Вы, свою - неоднократно - демонстрировали.

Я - смутился.

– Я, видел запись, Вашего... Приготовления, с закрытыми глазами. Никогда - Так - больше не делайте. Ваше лицо - в тот момент...
– Тимофей вздохнул.
– Люди, не должны - Так - чувствовать. Это - смертный приговор.

– Скажете, тоже...
– Отмахнулся.
– Просто - увлёкся.

– Вы, увлекли за собой - группу людей. Там - на камбузе. На базе "Байкал" - вы, тоже - увлекли, за собой... Это - редкий дар. Идите, рядовой. Только - не надо, орать на нашу Оленьку. Она, всё - таки, - женщина - Богиня!
– во-первых. А во-вторых - майор медицинской службы. Любить, надо, своих...

Покинув 17-й кабинет, под впечатлением сказанного, я спокойно прошёл мимо сидящей Оленьки, вежливо с нею, попрощавшись.

Улыбка, озарившая лицо девушки, словно фонариком, ударила по глазам и коснулась сердца.

"Хорошие, Вы - Потомки!"

Закрывая за собой двери медицинского блока, обратил внимание, на стоящих, напротив, закованных в бронежилеты и вооружённых, людей в форме СБ станции.

Усмехнувшись, развернулся и потопал, по широкому коридору, со снующим, во все стороны, народом и транспортом.

"Что ж, надо признать - Тимофей - прав. Хватит." - Улыбнулся я, спешащему мне навстречу, сержанту технику.
– "Хватит!"

Заглянув, по дороге, к Доку и Анастасу, оба, как назло - где-то шарились, вернулся в ангар.

– Василий Петрович!
– Поприветствовал я, Орешина.
– Как, дела? Как - "девочка"?

– Нормально, твоя, "девочка"!
– Улыбнулся Орешин.
– Как новенькая. Только - СЖО, чистить, надо. Загадил, понимаешь, своими булочками!

– Печеньками...
– Поправил, каясь, я.
– Скучно, было!

– Скучно? Тогда - помогай.
– Орешин протянул мне, гайковерт.
– Болты NN 34, 36, 38, 40. Крути, техник!

– Есть, крутить болты!
– Подхватил я гайковерт и залез в открытый люк штурмовика.
– А, что, местные - не помогают?

– "Терька", одного, ушлого - люком, придавила.
– Поделился Орешин, свежими новостями о моем штурмовике.
– Полез, фотографировать блок 57.

– Пфе! Это ж - блок подачи смазки!
– Хихикнул я и зашипел - хихикать в техническом пространстве - вредно!
– Он - на каждом, корабле...

– Данн, ты, как ребенок, чесслово!
– Орешин залез в "Терьку", с другой стороны и помогал мне, советами.
– У тебя ж - ПРОТОТИП!

– А, чем он, от новых - отличается?
– Гайковерт, захрустел.

– Блин! Техник! Что означает, последняя четверка, в маркировке резьбовых соединений?
– Напустился на меня, Орешин.

– "Левая резьба"!
– Вспомнил я.
– Или - всё, военная тайна?

– Броня - послабже.
– Засопел Василий Петрович.
– СЖО - стандартная, кабина - стандартная.

– Погоди, а что за горб, перед килем?
– Вспомнил я, увиденные штурмовики.

– Маскировочный комплекс "Мрак-Ш".
– Просветил меня воен-инженер.

– Вот, на "Терьку", бы - такой...
– Размечтался, я.

– Бе-е-е! Гадость!
– Орешин, двумя словами, выразил своё отношение, к новинке.

Стукнувшись ещё дважды, головой, я всё-таки, сделал Это! Вытащил блок СЖО...

Вывалившись из недр штурмовика, уставился на деталь, совершенно круглыми, глазами.

– Василий Петрович! Да... Она - же - Грязная!
– Я развернулся, показать блок, Орешину и замер, "воткнувшись" в поднятый ствол ТКМ.

– Его, по всей базе, ищут, а он - тут, прячется!
– Злорадно улыбался техник.
– Вот, тут то и...

– Песенке - конец!
– Сообщил технику, воен-инженер, заехав, от души, кулаком - в ухо.

ТКМ, сказал "пиф" и я, едва успел оттолкнуть Орешина. Пуля 9 мм, отрикошетировала от брони штурмовика, клюнула в пол и впилась мне точно - в левое, бедро.

Не удержавшись, я охнул и сел на пол ангара.

– Ты - как?
– Засуетился Орешин, вызывая, медиков.
– Потерпи! Сильно, больно?

– Не столько - больно, сколько - обидно!
– Захохотал я.
– Получить, пулю - в жопу! От - своего! Лис, полярный!

Лужица крови, растекающаяся, от моей ноги, по грязному полу ангара, зловеще поблескивала, отражая свет ламп.

Дежурный по ангару, появившийся, на звук выстрела, буквально через минуту, застал странную картину: хохочущий воен-инженер, прислонившийся к пилону штурмовика, сидящий, на полу - рядовой, нервно вздрагивающий, от приступов смеха и лежащее - тело, техника с ярко-красным, огромным - ухом!

– Рядовой Налезенец! Встать!
– Рявкнул дежурный.

– Не могу!
– Развёл я руками и улыбаясь.

– Это - почему?!
– Опешил дежурный.

– Потому что у него - пуля, в жопе, баран!
– Давясь от смеха, сообщил дежурному новость, Орешин.

– А... Кто, стрелял?

В этот момент, ангар наполнился воем сирены и спешащими, вооружёнными, людьми.

– Рядовой Налезенец! Встать!
– Нарисовался передо мной, ещё один "контра".
– Вы - арестованы!

Орешин, сделал движение - врезать и этому, умнику, в ухо.

Контрразведчика спасла реакция и, непонятно откуда взявшийся - Катич, перехвативший руку, инженера.