Чтение онлайн

Друзья, знавшие Толстяка более близко, смеялись и от души потешались над его безудержным хвастовством, поскольку прекрасно знали его бильярдные возможности. И все же они уважали Толстяка за способность не упустить шанс, который порой бывает только раз в жизни, за то, что он наконец достиг известности, к которой так отчаянно стремился. Интервью, которые Толстяк давал репортерам, были выше всяких похвал; он блистал остроумием, шутками и меткими замечаниями.

Лишь один человек посреди всеобщего энтузиазма оставался недовольным – это был сам Уолтер Тевис. Он не уставал постоянно повторять до самой своей смерти, последовавшей в 1984 году, что Толстяк из Миннесоты – целиком вымышленный герой.

Вандерон раздражал его бесконечно, это было шоу, которого писатель принять не желал. Несмотря на невероятную популярность Толстяка из Миннесоты, Тевис в своем следующем романе решительно отказался от него. Книга называлась «Цвет денег». По ней также был отснят кинофильм, но и в нем Толстяк из Миннесоты не появился. Роман «Хастлер» Тевис снабдил предисловием, в котором писал: «Однажды я увидел толстого бильярдиста, лицо которого подергивалось от нервного тика. В другой раз я встретил бильярдиста с приятной внешностью.

Насколько я мог судить, оба они были второсортными хастлерами. Оба были вульгарными и тщеславными, в отличие от моего Толстяка. После того как вышел в свет «Хастлер», один из них заявил, что именно он и есть Толстяк из Миннесоты. Это просто нелепо. Я выдумал Толстяка из Миннесоты, его имя и все прочее точно так же, как Дисней выдумал Дональда Дака».

И все же журналисты предпочли не обратить внимания на это заявление писателя.

Был беспримерно возмущен и один из знаменитых игроков, пятнадцатикратный чемпион мира Вилли Москони. Однажды Вандерон не удержался и высказался, что множество раз ставил Москони на место, «строил» его, утирал ему нос и так далее в том же роде. Москони взбесился. Вне себя от ярости он потребовал публичного матча. Правда, до знаменательной встречи времени было достаточно, и несколько месяцев чемпион мира и Толстяк осыпали друг друга всевозможными оскорблениями к удовольствию газетчиков.

В 1978 году противники встретились лицом к лицу. Однако надо сказать, что борьбы в полном смысле этого слова не вышло. Вилли Москони шутя выиграл у Толстяка партию сначала в «Восьмерку», затем в «Девятку» и, наконец, в «Ротацию». Казалось бы, аферист был публично выявлен. Но вот чудо: на другой день все только и говорили об эксцентричном Вандероне, а отнюдь не о строгом Москони.

Масштаб аферы Вандерона был поистине поразительным. Он окончательно убедил всю страну в том, что именно он и никто другой является Толстяком из Миннесоты. И это несмотря на то, что между героем и якобы прототипом различия были прямо-таки разительны.

Так, герой романа «Хастлер» был истинным джентльменом с вкрадчивым голосом, изысканными манерами, холеным и элегантным. Он всегда был одет с иголочки и умел достойно проигрывать. В фильме «Цвет денег» он бросил игру и предпочел заняться фотографированием розовых цапель.

Профессиональный игрок Дан Дилиберто говорил в интервью одной из газет: «Ни в каком другом виде спорта нельзя было бы так одурачить публику. Однако бильярд имеет публику, которая ничего не смыслит, плюс средства массовой информации, которые ничего не смыслят. Он не смог бы играть, он не стал бы играть с кем бы то ни было по-настоящему. Мы вынуждены беспомощно стоять в стороне и со смехом выслушивать его россказни о том, что он выиграл миллионы в Индии, или во времена Великой депрессии, или где-либо и когда-либо еще».

Что же касается репортеров, то они поддерживали миф о Толстяке, он им просто безумно нравился. Билл Лион так писал о Вандероне: «В нем было что-то от Джо Монтаны. Он мог заставить бильярдный кий звучать, как скрипка Страдивари. Он мог делать с бильярдным шаром то же самое, что „волшебник“ Джонсон с баскетбольным мячом…»

Благодаря своим двум книгам, посвященным бильярду, Уолтер Тевис удостоился посмертного избрания в «Зал славы» Бильярдного конгресса Америки. Вдова писателя вновь повторила, что Толстяк из Миннесоты – персонаж вымышленный и никогда реального прототипа не имел. Она сказала: «Тевис сделал своего героя толстым, чтобы придать солидность несолидному человеку». Ей задали вопрос: «А почему Толстяк именно из Миннесоты?» Вдова ответила, что ее муж всегда любил все делать «против шерсти». Миннесота – земля «небесно-голубых вод» – совершено не то место, где может вырасти бильярдист, профессионал высшего класса. Однако журналистам, как и прежде, высказывания подобного рода не понравились, и они попросту не обратили внимания на слова миссис Тевис.

Пример Вандерона оказался заразительным, поскольку он стремительно завоевал и славу, и деньги. Многие бросились заявлять, что именно их биография использована в истории, рассказанной о Быстром Эдди Фелсоне, которого так блистательно сыграл Пол Ньюмен в «Хастлере» и в «Цвете денег».

Как-то одна из газет Сан-Франциско писала: «Умер Эдвард Пелки по прозвищу

Быстрый Эдди – известная бильярдная акула, прототип героя Пола Ньюмена в фильме ”Хастлер”». Однако если обратиться к воспоминаниям миссис Тевис, то у нее можно найти следующие строки: «Быстрый Эдди, вероятно, представляет собой собирательный образ всех амбициозных молодых бильярдистов, которых когда-либо видел Уолтер. И уж если у Быстрого Эдди и есть прототип, то это сам Уолтер. Но не как игрок – Уолтер был хорошим, но не великим игроком – а как молодой писатель, который мог писать как заведенный, который написал первую половину своего романа „Хастлер“ за один долгий уикэнд; как молодой писатель, противопоставляющий себя состоявшимся писателям старшего поколения и стремящийся к самоутверждению».

Впрочем, нужно отдать должное Вандерону: еще до появления книги он действительно был довольно-таки удачливым хастлером. Ему везло в таких играх, как «В одну лузу» и бортовой пул. Он мог показать очень интересную игру и в трехбортном карамболе, ведь там от игрока требуется не только обычное исполнение, а сложная стратегия, умение владеть искусством отыгрышей. Прямой пул Вандерон не любил. Он говорил, как всегда безапелляционно: «Прямой пул – это раковая опухоль».

Когда Вандерон стоял у бильярдного стола, то буквально выматывал своих противников бесконечной болтовней и трескотней; он едва не доводил их до полного умопомешательства, когда забить прямой шар практически невозможно.

Часто Толстяк вызывал на поединок сильных игроков, зная, что они утомлены ночными турнирами. Он мог зло шутить, задевать их самолюбие и получал-таки от них свою фору, огромную и незаслуженную. Он чуял, как зверь, когда можно встречаться, а когда нужно убегать. Конечно, подобные трюки никогда не позволили бы ему на официальных матчах, а значит, таких мероприятий Толстяк старался тщательно избегать; тут у него было бесспорно немного шансов.

Один из американских знатоков бильярда вспоминал: «Всегда находилось не менее двадцати человек в стране, которые были рады сыграть с Толстяком на деньги. Толстяк выиграл в своей жизни немало коммерческих игр прежде всего благодаря своим особым „исполнительским“ приемам. Он никогда всецело не полагался на игру. Ему необходимо было постоянно раздражать своего соперника».

Толстяк вел на телевидении собственную передачу, которая называлась «Праздник бильярда с Толстяком из Миннесоты». Он превратился в некое мистическое существо, которое было выше всякого анализа и критики. Но, если и встречалась хоть какая-нибудь критика, то она лишь прибавляла Толстяку популярности. Газеты писали: «Даже играя с За-За Габор, он не давал ей спокойно ударить, постоянно беспокоя и отвлекая ее. Если человек боится честно играть с За-За, то как он, по-вашему, мог играть с настоящими игроками – такими, как „Зануда“ Ласситер, „Вашингтон“ Рэгс или „Большой нос“ Робертс?» Таким образом, явно напрашивался вывод, что Вандерон блефовал.