Чтение онлайн

Она была высокой, до ужаса худой; светлые волосы большими кудрями обрамляли острое лицо. У нее была длинная шея, из-за стекол изящных очков на мир смотрели ледяные синие глаза, на губах темнела помада. На ней был синий строгий костюм с острым белым воротничком и туфли-лодочки.

– Добро пожаловать в Восторг, мисс Лэмб! Не хотите ли присесть? Надеюсь, ваше путешествие не было очень утомительным. Отрадно видеть, что вы присоединились к нашему дивному новому миру!

Она села в кресло напротив него, закинув ногу на ногу:

– Дивный новый мир – читаете Шекспира! Кажется, это из «Бури»? – ее тонкие длинные пальцы ловко извлекли из сумочки пачку сигарет, она смотрела на Райана с ласковой улыбкой. – О дивный новый мир, где обитают такие люди…

– Вас удивляет, что я знаком с Шекспиром, мисс Лэмб? – он обошел стол, чтобы зажечь ее сигарету золотой зажигалкой.

Она выпустила струйку дыма в потолок и пожала плечами:

– Нет. Вы состоятельный человек. Вы можете позволить себе образование.

Это не было прямой критикой, это была снисходительность. Но София улыбнулась, и Райан заметил проблеск харизмы.

– Должна сказать, – продолжила она, оглядываясь, – это место весьма примечательное. Совершенно удивительное. И при этом, похоже, никто не знает о нем.

– Знают лишь те, кто должны. Мы стараемся держать все в секрете и вынуждены просить вас также хранить нашу тайну, мисс Лэмб. Или мне следует называть вас доктор Лэмб?

Он ожидал, что она скажет: «Бросьте! Называйте меня Софией!» – но нет. Она едва заметно кивнула.

Райан прокашлялся:

– Вы хорошо осведомлены о движущих силах Восторга – о его философии, о плане. О Великой Цепи…

– Да, но я не могу утверждать, что полностью понимаю ваш… принцип действия. Меня, разумеется, привлекает возможность создания нового общества, где нет… никакого вмешательства из внешнего мира. Возможность создания самодостаточной колонии, которая снова раскроет человеческий потенциал. Возможность создания общества, свободного от военной пропаганды внешнего мира…

– Я понимаю, вы были в Хиросиме, когда…

– Я была в убежище, на окраине. Но да. Люди, с которыми я работала, сгорели и оставили только тени на стенах своих домов, – ее глаза подернула пелена ужасных воспоминаний. – Если бы современный мир был моим пациентом, – она покачала головой, – я бы диагностировала у него суицидальные наклонности.

– Да. Хиросима, Нагасаки – они стали весомой частью той причины, по которой был создан Восторг. Я предполагал, что вы сможете понять наш императив, после того, что увидели в тех городах собственными глазами. Я уверен, что внешний мир вскоре совершит ядерный суицид. Одно поколение, два, три – но это случится. И когда это произойдет, Восторг будет в безопасности здесь. Самодостаточный и процветающий. Восторг – это избавление.

Она стряхнула пепел в пепельницу, которая стояла рядом с ее креслом, и нетерпеливо кивнула:

– Это очень привлекательно для меня. Избавление. Новый шанс… переделать общество в нечто естественно доброе! У каждого из нас есть долг перед миром, мистер Райан, но там, наверху, мы потеряли все в этом стяжательном хаосе прогнившей цивилизации…

Райан нахмурился, не совсем понимая ее. А прежде чем успел уточнить, она продолжила:

– И я была рада узнать, что здесь все обладают равными возможностями! В том числе и женщины, я полагаю? – она взглянула на него вопросительно. – В обычном обществе мужская иерархия вечно рушит наши мечты. Увидят женщину с искрой, – она вдавила сигарету в пепельницу, – и давят ее! «Дам-докторов», как их называют, иногда терпят. Но… позволить женщине раскрыть свой потенциал в какой-то области? Нет.

– Да, я понимаю, – Райан задумчиво поглаживал усы большим пальцем. Теоретически каждый в Восторге начинал на одном уровне со всеми, и любой мог подняться на вершину благодаря упорному труду, предприимчивости, таланту, однозначной преданности простой, освобождающей силе свободного предпринимательства. Даже женщина.

Он пригласил Софию Лэмб в Восторг потому, что она была одной из лучших в своем роде. Говорили, что она написала гениальные тезисы (на чтение которых у Райана не нашлось времени) и проявила бесстрашие в психологических экспериментах. Научное бесстрашие было принципиально для Восторга.

– Вы сможете конкурировать здесь с остальными, – сказал Райан твердо, чтобы убедить не только ее, но и самого себя, – но, конечно же, ваша первоначальная задача – оценить Восторг, помочь нам разработать способ подготовки общества к будущему. Что важнее, у некоторых жителей могут развиваться психологические проблемы – небольшие, хм, личные трудности, которые бьют ключом из-за изоляции. Ваша первостепенная задача диагностировать такие проблемы и предложить решение.

– Ох, конечно, это вполне понятно. Но позже, если я захочу основать мой собственный… институт здесь, в Восторге?

– Да. Это было бы великолепно. Разве люди не должны иметь возможности посетить психиатра? А тут целый институт для самопознания.

– Или для переосмысления самого себя, – прошептала она. София Лэмб встала: – Надеюсь, вы меня извините, я бы хотела увидеть мою квартиру. Это путешествие было очень насыщенным. Нужно обдумать все, отдохнуть, и мне необходимо совершить турне по всему Восторгу. Диагностику я начну уже сегодня вечером.

– Хорошо! Я прослежу, чтобы шеф Салливан прислал вам его материалы на… проблемных людей. Некоторые недовольные, жалующиеся. Вы можете начать с них. 

Бриджит Тененбаум спускалась по причалу к воде, раздумывая над тем, что, возможно, ей удастся заполучить немного свежей рыбы для вскрытия. Если рыба заморожена, то, извлекая генетический код, можно было лишь надеяться, что он не окажется поврежденным. У нее больше не было контракта с «Синклер Солюшенс», но она все еще могла пользоваться их лабораторией во внерабочее время, пока знала пароль от двери. Та история с большим шприцем и забором спермы у рабочего, беспричинно, как считала Бриджит, стала поводом для ее изгнания из исследовательских лабораторий Синклера. Кончено, она допустила ошибку, объясняя, что именно хочет от зловонных мужских гениталий. Может быть, Бриджит и ввела иглу в гонады слишком резко. Но выскакивать с ором из лаборатории, без штанов, со шприцем в паху, оставляя за собой кровь и пронзительные визги: «Эта сука мне шип под чертовы орехи вогнала!» – явный перебор.