Чтение онлайн

— Это о тебе.

— В смысле, я — эта самая дочь дерева? — Алиса не удержалась и фыркнула. — Какая чушь! Да с чего вы взяли?

Радмила выглядела несколько растерянной.

— Я… не знаю точно. Так сказал брат Сим.

— Ах, так это все затея Сима! — Алиса выругалась. — Ну, он у меня получит! Дай только вернуться! Что он вам еще наплел обо мне?

Радмила убрала в стол бумаги и вздохнула:

— Ох, ну как так можно? Я думала, он вас подготовил. А получается, он перекинул все на мои плечи! Но я даже не представляю, как это сделать?

Алиса хотела сказать, что и не надо в таком случае ничего делать. Роль избранной в непонятной мифологии группки сектантов ее не привлекала. Но тогда ей так и не узнать, что здесь происходит. Остаться наедине с собственным неудовлетворенным любопытством Алиса не рискнула.

— Может быть, расскажете все по порядку? Я совершенно ничего не понимаю.

Я вытолкал мотоцикл на площадь и покатил его к противоположному переулку: оттуда было ближе всего к выезду на дорогу к Княжево. Толкать двухсоткилограммовый аппарат — не особо веселое занятие, но запускать мотор в границах деревни луддитов было бы, наверное, слишком нагло. Побить не побьют, а вот назад могут и не пустить.

Возле колодца я притормозил перевести дух.

Сидящая на скамеечке девушка подняла на меня взгляд. Я не нашел в себе сил удержаться и, совершенно неприлично вытаращив глаза, произнес «Вау!»

Девушка была невероятно, невозможно красива.

— Извините мои грубые манеры. Не удержался, увидев такую красавицу. Я вас не сильно побеспокою, если попрошу ведро…

Девушка бросила взгляд на ведро, стоящее рядом на скамейке, взялась за дужку.

— Не побеспокоите совсем. Это ведь моя обязанность — подносить всем страждущим воду.

— Странно у вас тут распределяют работу. Что бы доставать воду из колодца необходимо быть первой красавицей на селе?

Девушка печально улыбнулась:

— Это традиция. Летняя невеста должна неделю перед свадьбой поить всех водой из своих рук. Такая вода дарит здоровье и счастье.

Она протянула мне ковш.

Вода показалась мне необычайно вкусной. И такой холодной, словно только что из морозильника.

— Значит, вы невеста? — переводя дух между глотками, спросил я красавицу. — Честно говоря, по вам не скажешь. Не выглядите счастливой.

Девушка молча уставилась в землю.

— Да вас, похоже, не по вашему желанию выдают замуж? Я прав?

— Н-нет, — ответила она, по-прежнему не поднимая глаз. — Я согласилась сама. Так правильно.

— Ни фига не правильно! Да что у вас тут, домострой, что ли? Что, родители выдают замуж, а ты его не любишь?..

— Эй, парень!

Я обернулся на окрик.

К нам спешил высокий, еще сохранивший былую стать, но старый мужчина. На изрезанном глубокими морщинами лице сердито сверкали не потерявшие яркости синие глаза. Родственник? Наверное. Отец или, скорее, дед.

— В чем дело?

— Дело? Это ты скажи! Ты почто невинную девицу смущаешь?

— Я с ней просто разговариваю…

— Знаю я ваши разговоры! Вы в городе своем совсем стыд потеряли! Ты здесь гость не званный, вот и веди себя скромно! На чужое не зарься!

— Дед, ты что несешь? — Я почувствовал, как где-то за глазами разливается бешенство. — Ты девчонку против ее воли замуж выдаешь! Считай — продаешь! И ты мне будешь за мораль речи толкать?

— А ты ее спросил? — Старик надменно скривился. — Сашенька, ну-ка скажи этому герою, против воли тебя выдают?

Девушка подняла на мгновение взгляд, посмотрела на меня, потом на старика. Тихо но твердо ответила:

— Я сама дала согласие. Никто не заставлял. От слова своего я не откажусь.

— Ну, убедился? А теперь уходи. Тебя здесь никто не рад видеть. Терпим только потому, что ты привез Избранную. Но лучше тебе наше терпение не испытывать!

Я пару мгновений молча сжимал и разжимал кулаки, борясь с собой. Эх, если бы передо мной сейчас стоял ровесник, крепкий мужик! Или лучше двое! Но не бить же эту дряхлую развалину?

«Не лезь в чужой монастырь! Забыл, что здесь кругом одни сиды? Расплавят ведь, нафиг, как твои гаджеты! В конце концов, девчонка сама отказалась от помощи. Можно потом с ней наедине поговорить. Если дед не будет давить, может и решится на что. Тогда отвезу ее к нам, спрячем, документы выправим…»

Я рывком натянул перчатки. Специально несколько раз открутил газ на нейтральной передаче. «Кобра» чувствуя мое бешенство, отозвалась злым клекотом, площадь затянуло сизым выхлопом. Мальчишество, конечно, но то, как шарахнулся в сторону вредный старик, хоть немного компенсирует оскорбления.

Я резко сорвался с места, разрезая мирную тишину поселка мотоциклетным ревом. Да и черт с ними! Похоже, бесполезно тут по-хорошему.

Успокоился, лишь пролетев сквозь Княжево и вырулив на шоссе.

Похоже, я все-таки поторопился везти Алису сюда. Выбрал самый простой ход, а значит и самый уязвимый. Не продумал, например, что буду делать, если останусь без связи. Не продумал, как уберечь Алису от такой вот обработки — гостеприимством и лаской. Если бы ее попытались захватить, промыть мозги насильно, я бы знал что делать. Разнес бы весь этот благостный раек в клочья. Но что делать, если тебе улыбаются, кормят вкусной едой и вообще относятся, как к давно потерянному и внезапно нашедшемуся родственнику? Я ведь и сам чуть не попал в эту ловушку. Хорошо, что проснулся до обеда, а Радмила где-то гуляла с Алисой. Иначе опять закрутилось бы уютное обессиливающее покрывало.

Мне определенно нужна помощь.

24 октября 1982 года.

В институт Владимир не пошел. Позвонил и предупредил, что весь день будет работать в библиотеке.

Вчера, решив, что все участники экспедиции Эллингтона погибли, он готов был сдаться. Фактически, он не особо и расстроился. Ведь и предыдущие его изыскания заканчивались ничем. Да и мысли были заняты больше новой знакомой, чем наукой. Но Лиза оказалась еще и умницей — сразу заметила его ошибку. Ее подсказка неожиданно сильно подействовала на Владимира. Его охватила своеобразная «золотая лихорадка». Словно старатель, который ищет малейшие вкрапления золота в руде, он надеялся вот-вот выйти на след золотой жилы.