Чтение онлайн

Этого стерпеть никак было нельзя. Надо было исполнить для нее песню и уж не ту, понятное дело. Срочно требовалось реабилитироваться. Видимо мне навеяло все это аргентинскими мотивами. Поэтому я забрался на небольшую сцену на котором у нас бездельничал местный ВИА, изредка исполняя что-то вместо записей, что крутил Вовчик. И овладел инструментом.

Да я не твой герой рок н ролла

Джинсы Монтана — старая школа

В твоих глазах кристаллы Сваровски

Предпочитаешь Иосифа Бродского

https://www.youtube.com/watch?v=z4fWSiX9-6k

– Виии! – вопила от восторга Илка.

– А-ааа! – а вот уже и прочие присоединились, видимо, в поддержку.

– О, как интересно, это твой брат сочинил? – спрашивает Карлос Свету.

– Ага, у него такие, узнаваемые рифмы «ты мое солнце я твой луна», это прям точно он. «Папа рад и мама рад» - припоминает она еще оду такую же рифму.

Вместе мы намного круче

Подошёл к тебе мой ключик

И зажёг в груди пожар

Ты моя сеньора, я твой Пабло Эскобар

– Биртман, ты что тут делаешь?! – вернулась на пост Марина Викторовна.

– Я тут работаю.

– Кем?

– Билетером.

– Так ведь не музыкантом же! Что ты сейчас пел такое?

– То же что и все, Марина Викторовна, про любовь!

– Кто такой этот, Пабло Эскобар?

– Революционер арген… то есть Парагвайский. Нет. Колумбийский! Точно колумбийский.

– Что тут происходит? – вместе с гостями спустился сверху из кабинета директора, и персек.

– Да вот тут исполняют… это… не утвержденное, вот.

– Я же сказал аргентинцы могут петь все что угодно, не мешайте им.

– Так это… - пробегавшая волна людей, среагировавших на поставленную Вовчиком «шизгару» смыла Марину Викторовну как волна.

Не успела нажаловаться, что я не аргентинец. Меня же схватила за руку Илка и потащила в другую сторону.

– Дурак. Какой дурак! – целовала она меня. – Разве можно сегодня упоминать Броцкого! – ее тон и интонации совсем не согласовывались с ее действиями. – Ты что вообще не слушаешь ничего на политинформациях. Хотя правильно не слушай Атоеву. Ой кретин, надейся, что никто не запомнит. Если что говори сам ничего не помню, слов не знаю это был экспромт. Угу?

– Угу.

Дискотека продолжилась. Несколько танцев, и я вдруг вспомнил что так и недонес свой долг до Вовчика. Оставив ненадолго Илку, пошел уладить финансовый вопрос.

– Вован, держи!

– Чего это?

– Как чего я у тебя взаймы брал еще и оставил залог.

– А-а… слушай такое дело, я кассеты уже того.

– Чего того?! – удивился я. – Продал?!

– Использовал.

– В смысле?

– Ну как мы и хотели, сделал запись, а обложку мне знакомый сделал все-таки из фотобумаги. У него материалы остаются неучтенные, экономит, списывает, ну как обычно. В общем, в деле он теперь, если конечно дело пойдет.

– Ну ни фига себе.

– А что? Ты же сам предлагал. Я уже сегодня десять штук продал пока вот прямо тут сижу. Представляешь?

– И почем?

– По двадцать. Твоя третья часть.

– Минус кассета. – напомнил я.

– Нет, никак не минус. Фотограф работал, материалы тоже тратил, я вообще самую важную часть сделал, - реализовал. – артистично загибал Вовчик пальцы перечисляя трудности.
– И самую опасную, между прочим. А еще запись делал. Так что, если кто и должен больше получить так это я. А тем не менее я поровну делю.

– Ладно, забрал я полтинник обратно.

– Эй! – возмутился Вован.

– Так ты же мне теперь должен, не я. Восемьдесят три рубля еще с тебя с этой партии. – произвел я в уме подсчет.

– Так ее же еще продать надо! Это же сегодня повезло…

А не фиг договоренности переигрывать, - подумал я уже про себя, удалившись от «диджея». Нормально бы предложил, я бы и согласился под давлением аргументов. А так по ходу уже дела, по факту. Это обидно, словно рекет какой-то, мне такой стиль не нравится. Но все равно конечно будем работать, зайду потом поговорю, разберем ситуацию, объяснимся. Вот именно это и скажу, если не забуду мысль. Деньги-то на дороге не валяются.

– Зиня, пора валить. – подошел Базаров.

– Ну да, пожалуй. Думал это мне придется уговаривать вас сваливать.

– Андрэ впалил тренер. Еще папа твой засек Тони. А завуч меня видела, но не поймала.

– Мне систера надо найти.

– Блин, там еще же Львовна на входе!

– Да ладно, баба Валя очень нормальная кстати оказалась. Я просто попрошу ее отвернуться.

– А где она?

– Блин! А чего она на улице?

– Ё! еще и менты. Что там случилось?

– Это не за нами. Кажись пьяных каких тормознули.

– Не видно ничего.

– Ну чего выходим или подождем?

– Ладно идем.

– Валентина Львовна мы домой. Я у па… то есть у директора если что отпросился.

– Давайте-давайте, бегом. – неодобрительно покачала головой Львовна. – Давно спать пора, быстро давайте пока вас вон милиция не остановила.

Все рванули прочь, а я вынужденно остановился, заинтересовавшись задерживаемым.

– О! Славян, ты тут чего? Товарищи милиционеры, за что задержали этого мальчика?

– Ты кто такой еще?!

– Я билетером тут работаю, домой собрался выхожу смотрю брат мой младший и вы! Из дома утек похоже, паршивец. Вот ему папа ремня всыплет! Так! – приблизился я и сделал глубокий вдох, вроде как принюхиваясь. – Еще и курил! Ну все! Быть тебе драну! – схватил я мелкого за ухо.

– А-а! Отпусти! Больно!

– Э? А… так это… - растерялись милиционеры.

– Помогите! Милиция! – удачно подыграл беспризорник, рассмешив дяденек.

– Что?! Еще чего натворил он, кроме того, что по ночам шляется без присмотра? – уточнил я навсякий случай.