Биртман 2
Шрифт:
Мамука дернулся, испугавшись, но узнал Салама. Салам это неприятно, но не страшно.
– Мы закрыты! – резко бросил тот.
– Однако?! Мамука, ты что слепой? Я пришел забрать выигрыш по ставке.
– Пошел к… ой… - заметил грузин что Салам пришел не один.
– Ну что Мамука, начудил? – спросил его авторитетный вор, по кличе Авелик.
– Ой…
– Ставки непонятные придумал, на молодежку решил принимать. Думал люди не узнают? Или Авелик не узнает? – сказал о себе в третьем лице вор. – Авелик же наверное глухой и слепой? Что, заработать хотел?
– Хотел. – тяжело сказал Мамука, покрывшись липким потом страха.
– Это не страшно, Мамука. Нестрашно, все хотят заработать. Но не вышло, что поделать. Надо бы расплатиться с людьми.
– У меня… - перехватило у старика дыхание.
– Что Мамука? Денег нет? – старый грузин, затравленно озираясь и понимая, что похоже это конец лишь помотал головой.
– А почему нет? Потому что судей на них покупал? Потому что ставку придумал сам, да?
– Я не…
– Заткнись! – ударил его вор. – Тащите его в машину. – приказал он стоящим позади Вахе и Вано.
– Поговорим с ним, найдет деньги никуда не денется.
Вахтанг радостно бросился крутить руку бывшему начальнику, чувствуя, что теперь пришло его время.
– Ой! – на пороге появился Рома. – Простите, я не вовремя, зайду позднее.
– Стоять! Кто такой?
– Ставку делали, с ребятами скинулись.
– Это болельщики нашей команды, – вставил предложение Салам.
– Много? – нахмурился вор.
– Ставили двести рублей, скидывались мы, человек пятьдесят. – пробормотал Рома, проклиная себя за то, что приперся сюда почти один. Не считать же силой старика на машине. К тому же старый «генерал» подозрительно веселый опять, неужели выпил уже?
– Ладно, рассчитаюсь с вами. Хотя нет. Вахтанг! Иди сюда! Проверь у людей квитанции, теперь ты главный. Тебе и рассчитываться.
– А… - радостное «а» от Вахтанга, сменилось растерянным «а», а после и вопросительным «А?» - А чем?
– Что тоже, нечем? – тот отрицательно и с опаской помотал головой. – Ну что же займу я тебе денег так и быть. Заработаешь отдашь. – вел какую-то свою игру вор.
***
https://www.youtube.com/watch?v=sfzVIE_iYNU
Эта песня посвящается девушке, по которой я так скучал и ее мне так не хватало на трибуне в большинстве матчей. Девушке, которую я хочу называть своей. И да… Эй вы, ну-ка руки прочь! – приходится смазать красивую заготовку экспромтом, поскольку к Илке тянет руки какая-то пьяная скотина.
– Зиня, зажигай!
– Продолжаем наш победный концерт.
– Внучки! – вдруг вылез наш всеобщий, всесоюзный дед, который то ли генерал, то ли маршал.
– Василь Иваныч! – пытается перехватить его Рома, но видимо уже поздно, старик явно уже поддал, наверное, еще даже на стадионе. Хотя и сам Рома явно употребил уже.
– Пуля дура! А штык молодец! – провозглашает тост «Чапаев».
– Может не стоит, а Василь Иванович? Помните, как в прошлый раз неудобно вышло?
– Молчать! Еще один нашелся тут надзиратель и так от бабки еле ушел. Только тут бабка не достанет, не унизит гвардейца. Наливай!
Веселье идет полным ходом. На месте «дикого лагеря» стоят оба автобуса. Часть родителей пытается контролировать детей, прежде всего своих конечно. А часть кажется сама пустилась во все тяжкие. У деда в багажнике оказалось два ящика водки, похоже он за ней и ездил в тот раз, кроме заправки бензином. Ибрагимов выдал каждому по двадцать пять рублей премиальных. Прямо каждому, включая и второй состав, и тренеров. Есть от чего веселится и плясать.
– Валентина Львовна, поздравляю! Не желаете ли выкурить трубку победителя? – преподносят ей ту самую подозрительную трубку наши фанаты.
– Я не курю.
– Это символ единения с клубом и его фанатами! Каждый принятый в наш круг выкуривает символическую трубку…
Ой не стоило бабе Вале это курить, наверняка, как и я думает, что там простой табак. Бабу Валю назначили официальным нашим тренером, младшим конечно, в помощь Робертовичу. Робертович теперь фигура, видел к нему подходил какой-то важный перец, не иначе тоже куда-то звал.
– Зиня, давай нашу!
– Это какую? Они все так-то или мои, или наши.
– Анти-лезгинку!
– Хард-бас!
Веселье продолжается. Львовна, зажигающая под Хард-бас, теперь я видел все. Слезаю с импровизированной сцены, фанаты решили уже сами петь и исполнять. Флаг в руки, может и я теперь выпью?
– Не стоит пить. Мало ли что! – перехватывает меня Илка.
– Ты чего это? – осматриваю я забавную майку Илоны, натянутую поверх прочей одежды.
На майке видимо фломастером написано. «Собственность Зини, №7.»
– На всякий случай, тут многим крышу унесло.
– Ну уж… А, впрочем, повернись! – предлагаю я и делаю еще одну надпись позади футболки.
– Львовну увели куда-то. – делится увиденным Илка.
– Мне если честно страшновато. Тут столько непонятных людей.
– Светка где? – беспокойство передалось и мне. Действительно к нам присоединилось много незнакомых «левых» горожан.
– Ее Карлос ни на секунду не отпускает, да и пара комитетских уже открыто с ними ходит.
– Ладно, сейчас уговорим всех в автобус грузиться и поедем.
В автобус конечно пока фиг кого загонишь, даже команду не удалось собрать, что уж говорить о фанатах. Достал в тетрадку и строчу что в голову пришло.
– Что пишешь?
– Да вот навеяло моментом, сейчас если инструмент отдадут, то исполню.
– Как называется? Это что про…
https://www.youtube.com/watch?v=MEBPdWSSGww
Да песенка была про нашу, бабу Валю, которой явно перепало в палатке, даже не знаю, огорчена ли она была тем фактом или рада? Кажется, скорее рада.
Глава 19
***
В лицо респонденту светили прожекторы освещения, интервьюер держал микрофон и задавал запланированные вопросы.