Чтение онлайн

Встав на цыпочки, он снял с верхней полки маленький запыленный пузырек, прочел ярлык, улыбнулся и сунул бутылочку в рукав.

Он сидел за столом и облупливал второе яйцо, когда великий мейстер осторожно слез по лесенке.

– Готово, милорд, – сообщил старец и сел. – Такие дела лучше исполнять незамедлительно, истинно так… чрезвычайной важности, вы говорите?

– Да-да. – В овсянку, чересчур густую, не помешало бы добавить масла и меда. Теперь в Королевской Гавани, правда, трудно достать и то, и другое, но в замке лорда Джайлса всего вдоволь. Половину своей провизии замок получал либо от него, либо с земель леди Танды. Росби и Стокворт располагались немного к северу от города, и война еще не затронула их.

– Принцу Дорнийскому. Могу ли я узнать…

– Лучше не надо.

– Воля ваша. – Любопытство Пицеля так назрело, что Тирион почти чувствовал его вкус. – Может быть, королевский совет…

Тирион постучал деревянной ложкой по краю миски.

– Совет существует, чтобы советовать королю, мейстер.

– Именно так – а наш король…

– …тринадцатилетний мальчик. И от его имени говорю я.

– Конечно, конечно. На то вы и десница. Но превосходнейшая ваша сестра, королева Серсея, она…

– …несет тяжкое бремя на своих прелестных белых плечах. Я не намерен усугублять это бремя. А вы? – Тирион наклонил голову, вперив в великого мейстера испытующий взгляд.

Пицель опустил глаза в тарелку. Разномастные радужки Тириона, черная и зеленая, чем-то беспокоили людей – он это знал и пользовался этим вовсю.

– Вы, безусловно, правы, милорд, – произнес старик между двумя ложками компота. – Это очень благородно с вашей стороны – так… щадить королеву.

– Такой уж я человек. – Тирион вернулся к невкусной овсянке. – Заботливый. В конце концов, Серсея – моя любимая сестра.

– И женщина к тому же. Весьма незаурядная женщина, но все же… нелегко особе слабого пола вникать во все государственные дела.

«Нашлась тоже нежная голубка. Спросите о ней Эддарда Старка».

– Я рад, что нашел в вас единомышленника. Благодарю за угощение – но мне предстоит длинный день. – Тирион слез со стула. – Уведомьте меня в случае получения ответа из Дорна.

– Непременно, милорд.

– Меня и больше никого.

– О… разумеется. – Покрытая пятнами рука Пицеля вцепилась в бороду – так утопающий цепляется за веревку, – и это порадовало Тириона. «Первый», – подумал он.

С трудом спустившись по лестнице, он вышел во двор. Солнце уже поднялось довольно высоко, и замок начал просыпаться. По стенам вышагивали часовые, рыцари и латники бились на затупленных мечах. Бронн сидел на кромке колодца. Две хорошенькие служанки пробежали мимо, неся большую корзину с тростником, но наемник даже не посмотрел на них.

– Бронн, ты приводишь меня в отчаяние, – сказал Тирион. – Такая прелестная картинка, а ты смотришь на олухов, гремящих железом.

– В этом городе около сотни заведений, где я за стертый медный грош могу получить бабенку, какую захочу, – а вот наблюдение за этими олухами может когда-нибудь спасти мне жизнь. Кто этот парень в клетчатом синем камзоле, с тремя глазами на щите?

– Какой-то межевой рыцарь. Таллад, как он себя именует. А что?

Бронн откинул волосы с глаз.

– Он из них самый лучший – но и у него свой ритм. Когда он атакует, то наносит одни и те же удары в одном и том же порядке. – Бронн усмехнулся. – В стычке со мной это его погубит.

– Он присягнул Джоффри и вряд ли станет драться с тобой. – Тирион двинулся через двор, Бронн рядом, приноравливаясь к его коротким шажкам. За последние дни наемник приобрел почти пристойный вид. Он вымыл и причесал свои темные волосы, был свежевыбрит и носил черный панцирь офицера городской стражи. Ланнистерский багряный плащ у него на плечах имел узор из золотых рук – плащ подарил Бронну Тирион, когда назначил его капитаном своей личной гвардии.

– Много ли у нас сегодня просителей?

– Тридцать с лишком. Почти все с жалобами или хотят поклянчить чего-то, как всегда. В том числе и твоя любимица.

Тирион застонал:

– Леди Танда?

– Ее паж. Она опять зовет тебя на ужин. Будет олений окорок, фаршированный гусь под соусом из шелковицы и…

– …ее дочь, – кисло завершил Тирион. Со дня его прибытия в Красный Замок леди Танда повела против него кампанию, опираясь на неисчерпаемый арсенал пирогов с миногой, дикой кабанятины и взбитых сливок. Видимо, она забрала себе в голову, что знатный карлик прекрасно подойдет в мужья ее дочери Лоллис – крупной, рыхлой, слабоумной девице, все еще девственной, по слухам, в свои тридцать три года. – Передай ей мои сожаления.

– Ты не любишь фаршированного гуся? – съехидничал Бронн.

– Ешь его сам, а заодно и женись на девице. А еще лучше пошли Шаггу.

– Шагга скорее съест девицу и женится на гусыне. Притом Лоллис тяжелее его.

– Это верно, – согласился Тирион, проходя по крытой галерее между двумя башнями. – Кому еще до меня нужда?

Наемник посерьезнел.

– Там ждет ростовщик из Браавоса с какими-то бумагами – он хочет видеть короля по поводу некого долга.

– Джофф умеет считать только до двадцати. Отправь ростовщика к Мизинцу – этот с ним поладит. Еще?

– Какой-то лордик с Трезубца говорит, что люди твоего отца сожгли его замок, изнасиловали жену и перебили всех крестьян.

– На то война. – Тирион чуял здесь руку Грегора Клигана – или сира Амори Лорха, или квохорца, еще одного отцовского пса. – Чего он хочет от Джоффри?

– Новых крестьян. Рассыпается в уверениях своей преданности престолу и просит возместить ущерб.

– Я приму его завтра. – Речной лорд – в самом ли деле он предан или говорит так с горя – может пригодиться. – Пригляди, чтобы его хорошо устроили и накормили горячим. Пошли ему также новую пару сапог – хороших – в дар от короля Джоффри. – Щедрый жест никогда не повредит.

Бронн коротко кивнул.

– Еще тебя добивается целая свора булочников, мясников и зеленщиков.

– Я уже сказал им, что ничего не могу им дать. – Провизия поступала в Королевскую Гавань тонкой струйкой, да и в основном предназначалась для замка и гарнизона. Цены на овощи, коренья, муку и фрукты достигли головокружительной высоты, и Тириону даже думать не хотелось о том, какое мясо варится в котлах харчевен Блошиного Конца. Лучше уж рыба. У них еще оставалась река и море… пока лорд Станнис не вышел в плавание.