Чтение онлайн

Постепенно развивая силу двигателей, самолет катился по бетону. В иллюминаторы было видно, как двигаются проверяемые пилотом подкрылки. Пожухлая трава по обе стороны от самолета заволновалась от ветра. Все быстрее и быстрее он мчался по полосе, пока не подпрыгнул в воздух и будто завис над землей. Доли секунды, и аэродром остался далеко внизу. Как только уши перестало закладывать от перепада давления, Разин забросил в рот пригоршню разноцветных леденцов, раскрыл ноутбук, подключился к Интернету и занялся изучением личности Михаила Шахашвили.

Двукратный президент Грузии, председатель партии «Единое национальное движение», один из зачинщиков «революции роз», в результате которой был отрешен от власти Эдуард Шеварднадзе. Ранее возглавлял Законодательное собрание Тбилиси, занимал пост министра юстиции Грузии и был членом грузинского парламента.

Родился 21 декабря 1967 года, рос без отца, окончил школу с золотой медалью, а институт – с отличием. В 1993 году как стипендиат Конгресса США был направлен на обучение в Колумбийский университет, где получил степень магистра права и первую агентурную кличку. В 1993 году защитил докторскую диссертацию в Университете имени Джорджа Вашингтона и приступил к выполнению первого задания. Прикрываясь легендой юриста, он побывал в Гааге, Осло, Нью-Йорке и многих других городах, где зарекомендовал себя энергичным, честолюбивым и перспективным специалистом самого широкого профиля.

В Грузию был направлен в 1995 году. Тут он близко сошелся с Зурабом Жванией, Эдуардом Шеварднадзе и стал помаленьку врастать в шкуру молодого политика. Спустя восемь лет Шахашвили, вместе с Жванией и спикером парламента Нино Бурджанадзе, возглавил государственный переворот и вскоре занял место свергнутого президента Шеварднадзе. Таким образом, он стал самым молодым действующим главой государства в Европе на тот момент.

Одной из главных задач своего президентства Шахашвили объявил возвращение под юрисдикцию Тбилиси Южной Осетии и Абхазии, непризнанных республик, объявивших в 1992 году о своей независимости. С этой целью он неоднократно предпринимал попытки давления на Сухуми и Цхинвали, но безуспешно. В своем провале Шахашвили громогласно обвинял Москву, которая, по его мнению, поддерживала сепаратистов. В своей внешней политике он открыто взял курс на Запад и объявил Россию чуть ли не врагом номер один. В результате произошел досрочный вывод российских военных баз с территории Грузии, а местные силовые ведомства стали препятствовать свободному перемещению российских миротворцев в зонах грузино-абхазского и грузино-осетинского конфликтов. Москва, в свою очередь, стала налагать запреты на ввоз грузинских товаров и ввела транспортную блокаду Грузии.

В 2008 году Шахашвили начал многоходовую операцию по укрощению непризнанных республик Абхазия и Южная Осетия. Весной абхазские ВВС сбили пяток грузинских беспилотных летательных аппаратов, однако в их уничтожении Шахашвили обвинил Россию. В июле обострилась ситуация в Южной Осетии. 7 августа 2008 года грузинские войска нанесли массированный артиллерийский удар по Цхинвали и российским миротворцам и вошли на территорию Южной Осетии. Шахашвили назвал эти действия восстановлением конституционного порядка на мятежной территории и предложил сепаратистам сложить оружие, пригрозив им в противном случае полным уничтожением. Но на следующий день в Южную Осетию вошли российские войска, взяли под свой контроль Цхинвали и погнали грузин прочь. Уже 10 августа перепуганный Шахашвили объявил о выводе войск из Южной Осетии и попросил Россию о перемирии. А через несколько недель, обретя прежний апломб, разорвал с Россией дипломатические отношения.

В качестве политического деятеля для Разина он был понятен, как облупленное яйцо. Что касается его личной жизни, то она тоже была на виду, подобно плохо прикрытой сточной канаве. Главной новостью на семейном фронте Шахашвили стало исчезновение первой леди Грузии, некоей Сандры Рулофс, гражданки Голландии. По слухам, прихватив обоих сыновей, Эдуарда и Николоза, супруга Михаила Шахашвили тайно бежала из страны. Поговаривали, что она попросту не вынесла бесконечных оргий супруга. Местная газета «Джорджиан таймс» предположила, что Михо и Сандра находятся на грани развода. А официальные грузинские пресс-службы распространили сообщение, что госпожа Рулофс просто «находится на родине в Голландии, где проводит встречи с королевой и представителями деловых кругов».

Разин ее отлично понимал. Любая женщина, очутись она на месте бедняжки, предпочла бы встречаться с голландской королевой, лишь бы быть подальше от такого мужа.

Войдя в электронный почтовый ящик, Филин обнаружил там письмо, которого ждал. Генерал Луконин распорядился выслать рекомендации по общению с президентом Грузии, составленные лучшими психологами ФСБ. Это могло сыграть хорошую службу при переговорах. По правде говоря, Разин весьма смутно представлял себе, как вести себя с человеком, способным жевать собственный галстук перед объективами телекамер. Рекомендации должны были облегчить эту задачу.

Вначале шел психологический портрет Михаила Шахашвили.

Он воспитывался в неполной семье и испытывал сильную привязанность к матери. К родному отцу, бросившему семью, у него выработалось крайне негативное отношение. Взаимоотношения с отчимом также были довольно натянутыми и напряженными. Кроме того, Михаил с трудом налаживал контакты со сверстниками и зачастую воспринимался как изгой и одиночка. Положение частично исправилось, когда в старших классах он поступил в школьную театральную труппу и стал принимать участие в постановках.

В то же время вместе с одноклассниками он увлекся съемками любительских порнографических фильмов. Когда об этом стало известно и в школе разразился скандал, мать увезла сына в Киев. Там, лишенный родительского присмотра, он сделался по-настоящему сексуально одержимым. Его исключили из комсомола и собирались наказать еще строже за половую распущенность, но тут Михаил добровольно пошел в армию и отслужил два года.

Демобилизовался он уже полностью сформировавшимся мужчиной, способным порадовать любого психолога, специализирующегося на скрытых фобиях, маниях и отклонениях.

То и дело забрасывая в рот леденцы, Разин читал и лишь качал головой, открывая для себя темный внутренний мир президента Грузии. Строчка за строчкой, абзац за абзацем, текст настраивал Разина на все более серьезный лад:

«Несмотря на то что внешне Ш. подчеркнуто демонстрирует искренность, экспрессивность и коммуникабельность, налицо все признаки внутренней напряженности, повышенной нервной возбудимости, подозрительности и эмоциональной уязвимости.

Ему бывает трудно собраться с мыслями и выразить их, когда затрагиваются неожиданные или сложные темы. Несмотря на все свое красноречие, в подобных ситуациях он теряется и прибегает к бессмысленной и пространной риторике, позволяющей не давать четкого ответа по существу и таким образом подавить собеседника.

По-настоящему оживляется он лишь тогда, когда в центре внимания оказывается его персона, ее исключительность и значимость. Однажды, позируя перед своей машиной и показывая пулевые отверстия в лобовом стекле, он почти сиял от счастья, ибо, как ему казалось, что, став объектом покушения, он сравнялся с мировыми лидерами и высокопоставленными лицами.

Из-за зацикленности на собственной персоне Ш. адекватно воспринимает только ту информацию, которая соответствует его представлениям, и полностью исключает все остальное, не вписывающееся в эти представления. Доведенная до крайности, эта склонность может трансформироваться в мегаломанию, навязчивый или маниакальный синдром, характеризующийся его убежденностью в том, что он призван стать «избранным».