Чтение онлайн

Внутри пахло так же, как в любой другой больнице, - дезинфекцией и лимонной эссенцией, пропитанными спиртом тампонами и кондиционированным воздухом. Но те немногие люди, мимо которых проходили Малдер и Скалли, были одеты в морскую форму, носили необычные усы, да и темная жующая фигура в конце коридора оказалась не медсестрой, а совсем молоденьким пареньком в форме. Он читал "Вашингтон пост" и при звуке шагов двух агентов поднял, голову, бодрый, словно было вовсе не полчетвертого утра.

– Ваши документы и куда вы идете?
– спросил он.

Они предъявили свои значки агентов ФБР

– Нам в морг, - объяснил Малдер.

Охранник покачал головой:

– В настоящее время вход в морг запрещен всем, кроме уполномоченных медицинских работников.

Малдер окинул его холодным взглядом.

– Чей приказ?

– Генерала Макадди.

Малдер ничуть не смутился.

– Дело в том, что как раз генерал Макадди потребовал, чтобы мы приехали. Нас в три часа ночи подняли с постели и велели срочно прибыть сюда.

– Мне об этом ничего не известно, - нахмурился молодой охранник, заглянув в список допущенных лиц у себя на столе.

– Хорошо, тогда позвоните генералу Макадди и пусть он вам подтвердит это лично, - нетерпеливо сказал Малдер и посмотрел в глубь коридора.

– Я не знаю его номера.

– На коммутаторе знают. Попросите, и вас соединят с генералом.

Скалли стояла рядом с Малдером, нервно уставясь в пространство. Охранник покусал губы, бросил взгляд на часы, поднял трубку телефона и начал пролистывать огромный справочник. Малдер изобразил на лице обиду и недоверие.

– Вы не знаете номера коммутатора?

– Я звоню своему офицеру...

Малдер резко наклонился над столом и нажал на рычаг телефона.

– Слушай, сынок, у нас нет времени здесь торчать, пока ты демонстрируешь свое невежество в области субординации. Приказ поступил непосредственно от генерала Макадди. Звони ему. А пока ты получаешь подтверждение, мы займемся делом.

Малдер, не оглядываясь, махнул Скалли и первым двинулся вперед по коридору. Молодой охранник со свежим личиком снова нерешительно снял трубку.

– Может быть, вы пока пойдете, а я позвоню и все выясню?
– крикнул он им вдогонку.

Малдер отрывисто кивнул.
– Спасибо.

Они быстро прошли через холл и расслабились только тогда, когда свернули в другой не так хорошо освещенный коридор.

– Почему в морг вдруг запрещено входить приказом генерала?

– Полагаю, здесь мы все узнаем, - ответила Скалли, указывая на дверь в морг.

Внутри их встретил шквал холодного воздуха и кислый запах формальдегида и дезинфекции. В холодном помещении зловещим строем стояли прозекторские столы, на каждом из которых знакомым альпийским пейзажем лежало тело, накрытое белой простыней. Скалли быстро прошла по одному ряду, потом по второму, читая, что написано на жетонах и покачивающихся на веревках карточках, пока не нашла тело, ради которого они сюда пришли.

– Это один из тех пожарников, которые погибли в Далласе?
– спросила она своего напарника, убирая веревки, которыми неподвижное тело было привязано к столу.

Малдер кивнул:

– Во всяком случае, так написано на жетоне.

– И что ты хочешь выяснить?

– Причину смерти.

Скалли бросила на него страдальческий взгляд.

– Это я могу тебе сказать даже не глядя на труп. "Отказ внутренних органов вследствие близости к эпицентру взрыва". Проще говоря, его убило взрывной волной и обломками.
– Она скинула веревки и взяла в руки отчет о вскрытии, который лежал на столе рядом с трупом.
– Вскрытие уже было, Малдер, терпеливо объяснила она.
– Ты сам видишь, что тело одето для захоронения.

Не обращая внимания на ее слова, Малдер подошел и снял с трупа простыню. Прежде всего они увидели, что покойник по-прежнему одет в форму пожарника. Один рукав был пуст и лежал вдоль туловища, а в области груди под формой ничего не было, поскольку ткань попросту покоилась непосредственно на поверхности стола.

– Разве это соответствует тому описанию, которое ты мне только что зачитала, Скалли?
– тихо спросил Малдер.

Его напарница обошла стол и встала рядом.

– О Господи! Что с ним такое...
– Она достала из кармана пару латексных перчаток и поспешно надела на руки. Потом наклонилась и одним пальцем осторожно потыкала в грудь мертвеца.
– Его ткани... Это просто студень какой-то...
– Она медленно ощупала лицо покойника, шею и все тело, аккуратно расстегнув на нем форму.
– Такое впечатление, что нарушена клеточная структура. Все тело - один сплошной отек.

Она опять ощупала труп, ища ожоги, царапины или какие-нибудь другие свидетельства того, что человек погиб при взрыве. Потом распахнула на мертвеце рубашку и покачала головой.

– Малдер, труп не вскрывали. Я не вижу типичного Y-образного разреза. Его никто не исследовал.

Малдер поднял в руке отчет о вскрытии и потряс им перед лицом Скалли.

– Ты хочешь сказать, что в этом отчете указана фальшивая причина смерти? Что этот человек не погиб от взрывной волны и не был убит обломками?

Скалли на шаг отошла от стола.

– Что именно его убило, я не знаю. И не уверена, что кто-нибудь вообще в состоянии ответить на этот вопрос.

– Нужно перевезти его в лабораторию. Хотелось бы, чтобы ты детально исследовала этот труп, Скалли, - решительно проговорил Малдер.

Скалли посмотрела на тело, потом - на Малдера. Поразмыслив минуту, она кивнула. Вдвоем они выкатили стол из холодильника и через вращающиеся двери протолкнули его в патологоанатомическую лабораторию. Малдер подкатил стол к лампами придвинул к стене. Скалли включила свет и обвела взглядом знакомое оборудование: ланцеты, камеры для хранения проб, сверкающие зажимы и аккуратные стопки свежевыстиранных простыней и коробок с латексными перчатками, хирургическими масками и резиновыми фартуками. К ее услугам было все необходимое. Наконец она подошла к столу, рядом с которым ждал Малдер.

– Знаешь, этого человека вообще не было в здании, когда взорвалась бомба. Он умер раньше, - сказала она.

Малдер бросил на нее уклончивый взгляд:

– Это мне уже сообщили.

– Ты говоришь, что взрыв служил прикрытием. Чему?

– Не знаю. Но подозреваю, что до чего бы ты ни докопалась, это нельзя будет запрограммировать, классифицировать или свести к удобной формуле.

Скалли ждала, что он даст какие-нибудь объяснения или хотя бы извинится, но не дождалась. Тогда она вздохнула, покачала головой и, теребя хирургическую перчатку на руке, сказала: