Чтение онлайн

– Значит, они его усыновили, - сказала Алия.
– Вопрос в другом: а зачем они тогда сделали из этого такую тайну? Сотни и тысячи людей ежедневно усыновляют младенцев, и многие из них даже открыто говорят своим приемным детям, что взяли их в приюте. Ничего такого ужасного в этом я не вижу, и лично сама бы поступила именно так. Зачем Нирием нужно было делать вид, что она якобы беременна, говорить всем, что ребенок родился раньше срока?

– Интересный вопрос, - ответил ей муж.
– Главное, чтобы сам Норэт ни о чем не узнал, поскольку он искренне считает барона и баронессу своими родителями и даже не догадывается о том, что он им вовсе не родной.

Раднор спрятал оба конверта с листками в сейф и пошел обедать. Вечером того же дня его позвал к себе для важного разговора барон Фейд.

– Алия мне тут по секрету рассказала, что ты хотел как лучше, но получилось как всегда, - устало сказал глава Дома.
– Думал заткнуть всем рот, а вместо этого внезапно выяснил, что Норэт нам с Нирием не сын.

– Да, - подтвердил Раднор, - так оно и есть.

– Я расскажу тебе, как было дело, думаю, ты имеешь полное право знать. Единственная просьба - самому Норэту ни слова, ни намека. С ним очень нехорошо обошлись его биологические родители, и я очень рад, что он нашел себе новую семью у Харконненов.

– Это понятно.

– Дело было так. Мне нужно было обратиться по одному важному секретному вопросу к Тлейлаксу, и нынешний глава их Дома между делом за чашкой чая слил мне информацию о том, что у него на попечении грудной ребенок. Вернее, даже еще не грудной - сильно недоношенный малыш с тяжелейшим пороком сердца, от которого отказались его собственные родители, а горе-доктора с его родной планеты вместо того, чтобы попробовать вылечить младенца, сдали его тлейлаксам на опыты. Ну, те стояли и смотрели - вроде и дело почти безнадежное, и эксперименты ставить рука не поднимается.

– Сейчас вы скажете, что я слишком сентиментален для Харконнена, но это не родители, а чмо ебаное, - прокомментировал главнокомандующий.

– Там папаша особо отличился. Мамаша-то еще сопротивлялась, просила врачей помочь, а отец велел своей бабе забыть о сыне - новых наделают.

– Вот мудоеб.

– Не то слово. Слушай дальше. Ну, увидел я этого несчастного подопытного в кувезе - жуть, мне поплохело, хоть я и Харконнен. Лежит этакая мелочь пятимесячная величиной ненамного больше моей ладони, вся проводами опутанная и синенькая.

– Тлейлаксу вам рассказали, кто его настоящие-то папашка с мамашкой?
– поинтересовался Раднор.

– Ясен пень. Только распространяться об этом я не стану, ты уж извини. Так вот, у Норэта - сам понимаешь, раньше его не так звали - была гипоплазия, то бишь недоразвитие, левого желудочка и еще несколько пороков сердца масштабом поменьше. Мы с Нирием всегда хотели много детей иметь, ну и подумали: одним больше - деньги у нас есть, как будто мы для сироты лишней тарелки супа не найдем. Хотя нам, по правде говоря, в тот момент слабо верилось, что этот заморыш вообще выживет. Ну ничего, нашли хороших врачей, починили ребенку сердечко, не совсем, конечно, но проживет наш Норэт с этим при отсутствии нервных потрясений и серьезных физических нагрузок до глубокой старости. О физкультуре в школе и институте у нас, конечно, речь не шла, равно как и о службе в армии, но инженер из Норэта вышел хороший, хоть и на полставки. Так что такая вот история.

– Раббан в курсе?

– Нет. Он в ту пору на Ланкивейле был, а потом, когда приехал, мы с Нирием и соврали, что у нас якобы еще один сын родился. Теперь знаете еще и вы с Алией. Горус догадывался, но он-то как решил: что это якобы Нирием мне рога наставила. Пришлось мне дорогому тестю тогда пригрозить и матом на него наорать, чтоб больше эту тему не поднимал. Хорошо, что с первого раз дошло.

– Значит, и мы с Алией не скажем никому ни слова. Можете целиком и полностью на нас положиться.

Вскоре Раднор с Фейдом забыли об этом разговоре - их отвлекли более важные дела. Буквально через пару дней после этого скоропостижно скончался престарелый тесть барона, и семейство Харконненов сначала занялось похоронами, а потом вернулось к подготовке военных действий на Арракисе.

На поминках Норэт, как и другие внуки Горуса, говорил теплые слова о том, кого всю жизнь считал родным дедом, даже и не подозревая о том, что он на самом деле приемный сын барона Харконнена.

***

Тоньо Кари, как и полагалось садовнику, по-прежнему каждый день работал у Тириса, а по воскресеньям уходил к своей семье. Свое обещание Кассандра Атрейдес сдержала, и где-то недели через две после ее разговора с отцом к Тоньо подошел управляющий имением.

– Слушай, тут господин генерал как-то прослышал о том, что у тебя сестренка болеет. Он человек в высшей степени благородный, очень чистая душа, вот и решил тебе помочь - приказал купить для девочки лекарство. Держи, давай ей согласно инструкции.

– Согласно чему?
– не понял Тоньо.

– Тут вот, видишь, в коробочку бумажка такая вложена. В ней написано, как нужно девочке лекарство давать.

– Только я, к сожалению, читать не умею, - извиняющимся тоном пробормотал юноша.
– Не будете ли вы так добры и не прочитаете ли для меня эту инср... инстр...

– Инструкцию, - сказал управляющий, достал бумажку из упаковки и объяснил Тоньо, как нужно поить лекарством малышку. Обрадованный садовник поблагодарил своего начальника и тем же вечером, благо была суббота, отнес бутылочку матери, чтобы она начала как можно скорее лечить Майру.

Ина не могла проводить каждый день со своими детьми, и в плане лечения дочери ей пришлось положиться на второго сына. К счастью, Дави был мальчиком послушным и ответственным, он внимательно выслушал объяснения старшего брата и стал утром и вечером, как было написано в инструкции, поить девочку лекарством. Уже к концу недели Майре стало заметно лучше, и Тоньо почувствовал, как у него камень с души свалился. Может быть, сестренка все-таки выздоровеет? И все благодаря красавице Кассандре и ее добросердечному отцу, ведь не зря управляющий отзывается о генерале Тирисе как о прекрасном, милосердном и благородном человеке!