Чтение онлайн

— Значит, ты не против того, чтобы порабощать других по воле Лоргара?

Ултис задумался. Новобранец был умен и понимал, что Задкиил оценивает каждое его слово. Но полное отсутствие ответа гораздо хуже.

— Лучше лишить этих слабых людей свободы, чем замалчивать Слово. Даже если это и есть настоящее рабство, если наши убеждения удерживают их, словно цепями, это не слишком большая цена за провозглашение Слова.

Задкиил поднялся:

— Этим соискателям потребуется какое-то время для восстановления. Психические усилия их истощили. Хорошо, что слабейшие наконец удалены. В варпе им не поздоровилось бы. Ты проявляешь удивительную терпимость, новобранец Ултис. Многие Астартес даже из нашего Легиона могли бы возмутиться таким использованием соискателей.

— Так велит нам долг, — сказал Ултис. — Мы должны исполнить Слово.

«Да, он очень честолюбив», — решил Задкиил.

— И как далеко ты намерен идти, брат Ултис?

— До самого конца.

«И к тому же целеустремленный. — Задкиил едва заметно усмехнулся. — Опасен».

— Тогда мне почти нечему тебя учить, — сказал капитан Несущих Слово.

Встроенный в ворот доспехов Задкиила вокс-передатчик тихонько пискнул.

— Магистр Малфориан доложил о своей готовности, — сказал рулевой Саркоров.

«А Рескиил? Уже переметнулся?» — подумал Задкиил, отыскивая признаки соперничества в каждой фразе и каждом угодливом поклоне.

— Начинайте операцию немедленно, — приказал он.

— Слушаюсь, сэр.

— Они все еще преследуют нас? — спросил Ултис.

— Этого можно было ожидать, — ответил Задкиил. — Им нельзя отказать в чувстве долга. Но они очень скоро убедятся, что это большая глупость.

— Прошу, просвети меня, мой лорд.

Задкиил внимательно посмотрел на склонившегося перед ним новобранца:

— Приходи ко мне на капитанский мостик, брат Ултис. И просто наблюдай.

Варп — это воплощенное безумие. Это измерение, где не действуют правила реального мира. Человеческий разум не способен постичь варп, поскольку не ведает ни законов, ни границ, его определяющих. Варп бесконечен и бесконечно многообразен. Только навигатор, родившийся в результате устойчивой мутации, может заглянуть в варп и не лишиться разума. Только он может провести корабль по стабильным каналам варпа, хотя и они очень часто меняются, а потом снова вывести его в реальный мир. Осмелиться странствовать в варпе по нестабильному маршруту означало бы отдаться прихотям его непостижимых течений.

«Яростная бездна» погрузилась в этот океан. Целостность судна обеспечивалась коконом поля Геллера, без которого оно просто распалось бы, поскольку атомы могли покинуть кристаллическую решетку.

Из орудийного порта, защищенная дополнительным генератором поля, вылетела огромная псионическая мина и, быстро вращаясь, стала удаляться от корабля Несущих Слово. Внутри мины, невидимые снаружи, находились исходившие криком псайкеры, одурманенные отравляющим газом, которым накачали полость снаряда перед его запуском. Одновременный предсмертный крик псайкеров должен был вызвать волны возмущения по всему варпу.

Вскоре появилась ослепительная вспышка света, который при поглощении варпом превратился в эмоции, — и мина со всем ее содержимым взорвалась.

Варп содрогнулся. Любовь и ненависть вскипели и смешались, словно краски на палитре; массив боли миллиардов лет сдвинулся и раскололся, как весенний лед. Горы надежд осыпались и океаны страсти высохли, обнажив ничтожность страданий.

Раскатился ни на что не похожий вопль, и Третья Зона Транзита рухнула.

7

ПРИЗРАКИ ВАРПА

ОБРЕЧЕННЫЕ НА АД

НАСЛЕДИЕ МАГНУСА

— Уларго! — крикнула в вокс Каминска. — Вы отстаете! Я слышу тебя с трудом! Следи за генератором поля и держись к нам вплотную!

«Гневный», а вслед за ним и «Огненный клинок» вступили в бесконечность, называемую варпом. Отголоски волнующегося океана прогнали остатки реальности и сделали вокс-связь почти невозможной. Последние передачи с корабля эскорта свидетельствовали о панике, возникшей на борту вследствие непредвиденных затруднений при переходе в варп.

Голос Уларго часто прерывался, и из передатчика доносились лишь бессвязные отрывки. Капитанский мостик «Гневного» захлестнула волна необъяснимых статических помех, и относительно небольшое расстояние до «Огненного клинка» в геометрии варпа стало непреодолимой преградой.

Путешествие через варп по стабильному маршруту даже под руководством опытного навигатора было опасным предприятием. Но такое же путешествие, когда канал был разрушен, а маяк Астрономикона исчез, было почти равносильно самоубийству.

Адмирал Каминска негромко выругалась и разочарованно стукнула кулаком по подлокотнику кресла.

— Связь прервалась, — мрачно сказала она.

— Нам не удастся установить контакт с «Огненным клинком» до самого выхода из варп-пространства, адмирал, — откликнулась Венкмайер.

Каминска осталась в рубке только со своим экипажем. Капитан Цест и остальные Астартес собрались в одном из многих конференц-залов корабля, чтобы встретиться с капитаном Мхотепом, выяснить, что ему известно, и составить хоть какое-то подобие плана действий.

Все были подавлены из-за перехода в варп, а неизвестность относительно судьбы «Огненного клинка» только усиливала мрачное настроение, царившее в рубке.

— Мне это известно, рулевой, — раздраженно ответила Каминска.

«Гневный» вздрогнул всем корпусом. На пультах вспыхнули предупреждающие огни, на палубах взвыли сирены.

— Мы вышли на курс, — отрапортовал помощник рулевого Кант.

— Хорошо, — кивнула адмирал. — Так и держите.

Внезапно корабль накренился на один борт, со столов посыпались навигационные инструменты и справочники. Кант, чтобы не потерять равновесия от неожиданной турбулентности варпа, схватился за край тактического стола.