Чтение онлайн

– О, Андрей...
– сказал один из моих коллег, расслаблено сидевший за ноутбуком, и, видимо, обдумывающий концепцию рекламного баннера для какого-нибудь нашего нового клиента.
– Это я тебе не завидую. Деньги на ветер бросил, считай.

– А что так?
– настороженно поинтересовался я.
– Забагована что ли очень?

Куча польских шутеров выпускавшихся в свое время в России заставила меня начать относиться к подобным играм настороженно. А уж тем более, что это игра русская.

– Да нет. Это сетевая РПГ. Позиционируется сейчас в прессе, как самая хардкорная РПГ. Доната никакого, то есть, кнопку "нагнуть всех" там не купить.

– Так это же здорово? Значит, школьников-нагибаторов там нет.

– Их-то там нет. Но и нормальному игроку там никак. Выжить дольше игровых суток никак, а после смерти уровень откидывается на астрономические числа назад. Там и высокоуровневых игроков-то нет. Я, сначала на рекламу повелся, купил, потом назад вернул. Невозможно играть. Я тебе тоже советую назад вернуть.

– Да, ты, небось, играть не умеешь просто.
– подначил его я.
– Вот и гонишь на игру.

– Ну, давай, поспорим?
– спросил он, видимо, порядком разозлившись.
– На сотку? Хотя бы сутки там продержишься.

– Серьезно игра такая сложная?
– спросил шеф, возвращая мне диск. Кажется, зря я все это затеял...

Шеф был ужасным любителем различных пари. Вспомнить только, как мы, из-за одного из его пари отправились на неделю в болота Ленобласти, кормить комаров. Или, как он искупался в пруду в Сосновом Бору, что рядом с ЛАЭС.

– Да, все, что говорят в журнале - правда. Самый что ни на есть хардкор.

– Вот что, Василий.
– шеф задумался.
– Продержишься пять суток без смертей, отдам свой айпад. С работой, разумеется, никаких проблем не будет.

–  А если он в городе отсидится просто?- спросил мой коллега, предлагавший спор.

– Ну... Пусть хотя бы четыре уровня наберет за эти пять дней.

–  Если ни разу не умереть, это не так уж и сложно.
– подтвердил инициатор.
– Берешься?

Отказаться, значит потерять авторитет в команде, что значит многое. Даже проиграть спор лучше. Только, вот...

– А что в случае проигрыше?
– озвучил я свои мысли.

– Просто, сделаешь, что я скажу.
– он улыбнулся.
– Соглашаешься, или трусишь?

– Никаких проблем.
– я пожал плечами, и протянул ему руку.

Менеджер, сидящий ближе всех к нам, разрубил рукопожатие...

– Доктор, это правда, что Вы воспрепятствовали уничтожению целого племени дикарей?

– Да, но...
– я пытался оправдаться, как мог. Получалось откровенно фигово - правители мне не давали вставить ни слова.

– Это правда, что Вы остановили группу, которая согласно инструкции начала ликвидировать дикарей?

– Да, но...

– Это правда, что Вы заставили наших людей работать вместе с дикарями против их желания?

– Против их желания?
– громкость голоса резко подскочила вверх.
– Они не выражали своих желаний!

– Это дисциплинированная элитная группа.
– пожал плечами второй правитель, который, в отличие от первого, хранил спокойствие.
– А чего вы ожидали? Что они откажутся подчиняться?

Ого. Хуже презрения только "Вооруженный нейтралитет" и "Ненависть". При этом, открытую враждебность фракции проявляют только при статусе "Ненависть".

– Но ведь... Мы же выполнили задание.

– Выполнили. Да, возможно, что нападений и правда больше не будет...
– тихо сказал третий правитель.
– Доктор заслужил награду.

– Ни о какой награде не может быть и речи.
– ответил ему первый.
– Пусть забирает амуницию, что получил и убирается прочь.

Мой коммуникатор запищал. Я попытался как можно незаметнее достать его из кармана и посмотрел на экран.

Я посмотрел в глаза второго правителя. Он едва заметно покивал мне. Нет, возможно, это была игра теней и света, но в этом помещении тени были практически полностью выжжены светом ртутных ламп.

Но ведь правители всего лишь куски программного кода, разве нет? Как они могут действовать отдельно друг от друга, как могут проявляться персональные черты характера, как правители могут интриговать и пытаться подсидеть друг друга?

Все это время я сидел, уставившись на второго правителя, усиленно делавшего мне знаки не привлекать внимания.