Чтение онлайн

– Так себе. – Рут покачала головой. – Мы с твоим отцом уже головы сломали, как лучше ее обойти, не потревожив духа.

Локи навострила уши. Один из жуков спикировал в железное ведро и упрямо забился о стенки.

– Вы сказали, вам трещина мешает? – спросила она, протирая слипающиеся глаза.

– Да. – Рут, в отличие от остальных, взглянула на Ангейю вполне дружелюбно.

– У нас сварта с духом земли. – Локи указала на Даану, которая сердито обернулась через плечо, видимо ожидая увидеть еще одну сварту.

– И?

– Может, мы поможем с проблемой, а вы нас ужином угостите и пустите переночевать?

– Вот прыткие, – усмехнулась Рут. – Я спрошу у Роэна. – Она отошла и через минуту привела плотного низкорослого старика, заметно прихрамывающего на левую ногу. Он сощурился и недоверчиво уставился на них, перекатывая из одного уголка рта в другой помятую сигарету, одновременно нащупывая грязными пальцами спичечный коробок.

– Обойти трещину сможете, говоришь? – без предисловий начал он, закуривая и выдыхая удушливое облако дыма. Борода у него была измазана грязью.

– Ты сможешь, Даану?

Сварта пожала плечами.

– Пока не могу сказать. Надо взглянуть на трещину. Проводите?

– Завтра утром до начала смены. А пока переночуете у меня.

– Дед, ты из ума выжил? – Маршала перекосило.

– Не помню, чтобы ты был таким послушным раньше, Маршал, – язвительно буркнул он.

– Но они же городские! Аристократишки! Ты сам говорил, что такие не лучше этих из «Цваральга»…

– Цыц, щенок! – Старик дал внуку звонкую затрещину и, пока тот обиженно потирал затылок, подошел к Реймару, который закончил разговор и хотел объяснить ситуацию.

– Мы благодарны за ваше гостеприимство. И рады, что наша помощь пригодится. – Он даже чуть поклонился, приглашая Рут пройти вперед.

– Экий вежливый, – пробормотала Рут, с улыбкой наблюдая за разговором. – Да еще и красавчик.

Реймар запнулся и, покраснев, начал заикаться. Дед и Маршал, который все еще дулся, повели их через бараки на холм. В холмах темнеет быстро, а со скрытым в тучах солнцем еще быстрее. Широкая удобная дорожка услужливо вилась в высокой траве. По обеим сторонам дорожки примостились домики шахтеров, уютно мигая желтыми окошками. То и дело слышались детский смех, собачий лай – деревенская идиллия, и только. Локи, с трудом переставляя гудящие от усталости ноги, вполуха слушала разговор Реймара с Рут и Роэном. Наверху она обернулась, с удивлением отмечая приличную высоту. Отсюда пустая кузница еще больше походила на умершего змея.

В доме Роэна, большой двухэтажной развалюхе с пристроенным сараем, горел свет. На крыльцо вышла красивая маленькая женщина, качая на руках сонного младенца.

– Вы опоздали, – заметила она, поджимая губы точь-в-точь как Маршал.

– Прости, дочка, работка выдалась трудной. – Роэн расплылся в глупой улыбке и потрепал зевающего ребенка по светлой голове.

– А это еще кто? – женщина кивнула в сторону четырех грязных подростков и одного огромного мужчины.

– Эстель, помнишь, я запрос в Лофт посылал? По трещине. Так они нам помогут. Дориан у себя?

Роэн тщательно вытер ноги и увлек хмурую женщину за собой в дом. Рут приказала немедленно идти умываться, ловко лавируя между мальчишками-близнецами лет десяти. Оббежав ее с криками: «Слева, тетя Рут!», «Справа, тетя Рут!», – они повисли на шее у Маршала и принялись рассказывать, как вместе со школьными друзьями бегали на реку. Реймар решительно вытер ботинки и переступил через порог в желтый уют электрического света.

– Дети, Маршалу надо умыться! – рыкнула Эстель из кухни, ухитряясь схватить свободной рукой одного из близнецов за ухо. – Рори, накрывай на стол! Маркус, зови отца ужинать. И чтобы бросил свои чертежи немедленно, иначе без еды оставлю.

– Ма-аам, это я Маркус! – захныкал мальчишка. – Собственных детей не отличаешь!

Но Эстель не поддалась на провокацию, отпустила ухо еще раз и легонько шлепнула Рори по заду.

– А ну без болтовни, йотун!

– П-ааап!

Вопли, смех, крики Эстель, запах еды кружили головы. Кагерасу слабо ругнулся, когда, кажется, Маркус пихнул его в живот, с визгом улепытывая от стегавшей всех подряд полотенцем матери. Мальчик испуганно взглянул снизу вверх, покосился на катану в ножнах и широко ухмыльнулся. Гиафа чуть улыбнулся в ответ, тая от какой-то особенной атмосферы, пропитавшей стены и сам воздух этого дома.

– Девочки, идемте за мной, – сказала Рут, подталкивая Локи и Даану наверх. – Маршал, покажи, где парни могут умыться.

После душа, переодевшись в чистую одежду Эстель (все рубашки Рут оказались велики), девушки сели за большой гомонящий стол. Ки всячески угождал Даану, а Маршал пялился на ее голые ноги, торчащие из-под платья. Реймар любезно беседовал с Роэном и Рут. Кагерасу проглотил все, что предложили, не чувствуя вкуса. Глаза его странно блестели, когда Дориан ласково трепал сыновей по голове.

Перед сном близнецы долго не могли успокоиться, не отлипая от болтавшего без умолку Ки, а Эстель затеяла большой скандал по поводу сверхурочной работы мужа. Маршал увел приунывших братьев наверх. Рут, вздохнув, прикрыла дверь и повела зевающую Локи и Даану в свою комнату на первом этаже. Ангейя счастливо растянулась на старом матрасе, застеленном скрипящей от чистоты простыней. Даану устроилась на паре теплых одеял, побурчала что-то на свартаи (в последние часы родной язык прорывался только ругательствами) и затихла. Реймар захрапел солдатским сном на диване в гостиной, а рядом, ворочаясь, пытались уснуть Ки и притихший Каге. Локи в приоткрытую дверь могла видеть его макушку. Вздохнув, она натянула одеяло до самого носа и провалилась в сон, наполненный лязгом металла, запахом свежего снега и тоской. Проснувшись с бухающим в груди сердцем, вытерла вспотевший лоб и, стараясь никого не разбудить, вышла на улицу, плотно прикрыв за собой дверь. Грязные деревянные доски приятно охладили ступни и прогнали остатки сна.

Ночь ласково обволакивала деревенские улицы, звезды ярко сияли, далекие и равнодушно-спокойные, совершенно не похожие на те, что светили Утгарду. В Игге не было ветвей Вседрева, но теперь Локи знала, что мир намного меньше, чем казался. И намного уязвимей. Ей, как никогда, захотелось защищать его, защищать спокойствие этих людей. К тому же она чувствовала, как что-то дикое и чуждое разрушало гармонию холмов.

Локи обулась в стоптанные тапки и сошла с крыльца, морщась и подрагивая от холода. Нудели сверчки, скрипнула вдалеке дверь, рыкнул пес. Ангейя втянула носом свежий воздух, всматриваясь в дорогу за забором. Неприятное чувство камнем сдавливало грудь и щупальцами впилось в затылок.