Чтение онлайн

– Это что?
– через несколько минут поисков показал он несколько маленьких позолоченных кружков, лежавших в ладони.

– Ох, простите, граф. Запамятовала. Это блёстки с платья принцессы. Да, на ней ещё был обруч с эмблемой лошади.

– А блёстки с того самого платья, в котором она была на ужине?

– Да, господин. С того самого пурпурного платья. Я хорошо его помню.

Сыскарь потянул за мочку уха.

– Твою гвардию... Последний вопрос, Марта. Ты можешь найти хотя бы одну вещь, которая была на Тествере в тот вечер?

***

Ровид и Гинеус сидели за небольшим столом, завтракали яичницей с гренками и играли в кости. Ровид наклонился над столом, чтобы одёрнуть штанину, пока Гинеус метал кубики. Смерив взглядом короля, он попытался незаметно пальчиком передвинуть костяшку, чтобы сверху находилась грань с шестью точками.

Резко выпрямившись, правитель Гардарии увидел попытку князя накрутить очки, погрозил тому пальцем с усмешкой.

– Нечестная игра, Гинеус.

– Что, Ровид? Ты о чём?

– Дружище, кого ты пытаешься обмануть? Я видел, как ты хотел перевернуть кость.

– Да что ты такое наговариваешь, Ровид?! Я лишь хотел смахнуть пальцем пыль, как случайно задел кубик. Ты не так меня понял!

Король лишь улыбнулся и сменил тему.

– Ладно, как насчёт Ксандо?

– Ровид, это невероятно. Ты уверен?

– Я полностью доверяю своему сыщику. Если он такое просит, значит, причины действительно есть. Ну что, поможешь? Гинеус, без тебя никак. А потом покажешь своих страусов.

– Ну ладно, сейчас подумаю, - проворчал князь.

– И еще раз напоминаю об ужине! Блоднека и графа нужно пересадить на другие места! Но только после того, как все рассядутся. Блоднека поменять местами с Кадрошем, а графа...

Договорить Ровид не успел. В дверь раздался истошный стук. Донеслась брань и глухие удары.

– Узнаю Панкурта Мольха. Он тебе сейчас всё и скажет.

Обе створки едва не слетели с петель, и в проёме показался сыщик. Волосы растрепались, взгляд горел. На каждом плече повисло по стражнику.

– Король! Князь!

– Ваше высочество, мы просили его подождать, - замямлила стража, пытаясь сдержать буйство сыскаря.

– Стража, отпустите его, закройте двери, вы свободны!
– проворчал князь, и добавил шёпотом: - Толку от вас всё равно никакого...

– Гинеус, ты посмотри, дружище, наш граф забыл все нормы приличия. Значит, дело действительно важное, - усмехнулся король.

– Ой, простите, Ваше величество, я...
– отряхнулся сыскарь и расправил плечи.

– Говори уже, чего хотел. Ты всё равно неисправим, - махнул король.

– Ксандо! Где он сейчас?

– Зачитывает мой новый указ на центральной площади.

– Так чего же мы ждём?! Надо срочно обыскать его комнату! Пусть князь прикажет страже не пускать его в замок до особого распоряжения.

– Ну, Гинеус, посодействуй, - поддержал Мольха правитель Гардарии, - А я тебе ещё сверху парой отрядов конных лучников помогу.

– Дополнительное соглашение оформить надо. А, Ровид?

– Гинеус! Я хоть раз слово не держал?!

Князь задумался, хлопнул по столу и недовольно пробубнил:

– Ладно, обыскивайте! Нет тишины даже в собственном замке. Сейчас распоряжусь. Чую, так скоро и до моих покоев доберётесь, всё тут верх дном перевернёте.

– И ещё, мне нужен Блоднек. По дороге в покои Ксандо я хотел бы задать ему пару вопросов.

– Наверное, опять лежит без сознания, наслушавшись страшных историй - злобно рыкнул Ровид.

– Ну ладно, Ровид, - парировал Гинеус, - он просто очень чувствительный человек.

На первый этаж в восточное крыла замка пришли все: Блоднек, Ровид, Гинеус, включая десятника и личного кастеляна князя. Последними подошли сыскарь с малдшим княжичем. Мольх едва успел предупредить Кадроша о возможном отравлении. Открыли комнату глашатая, всей гурьбой ввалились внутрь и замерли у двери.

– Я приказал задержать Ксандо у ворот замка и не впускать до особого приказа, - сказал Гинеус и запричитал, - ох, не поймут меня, не поймут.

Сыщик осмотрелся. Очередная гигантская ночная комната, совмещённая с рабочим кабинетом. Здоровый камин с потухшими углями. Особенность заключалась в том, что две стены были заняты книжными полками с бесконечными фолиантами. Возле окна, выходящего в сад, располагался резной письменный стол, обставленный стульями из тяжёлой древесины. Одна из стен была украшена всевозможными музыкальными инструментами: арфами, виолами, лютнями, кифарами, гитернами.

Подойдя к полкам, Мольх начал читать заголовки книг и свитков, которыми они были забиты до отказа: "Учимся говорить публично", "Агитация и демагогия", "Пропаганда: как подчинять людей", "Сила слова и магия общения", "Красиво говорим", "Освобождение голоса и живое слово", "Влияние на людей через публичные выступления", "Искусство убеждать толпу".

Мольх ещё раз внимательно пробежался глазами по содержимому шкафа, взгляд остановился на тёмно-бордовом фолианте под названием "Удар Сансэдарских Богов". Он питал слабость к книгам и, зайдя в незнакомый дом, первым делом искал книжные полки. Если таковые находил, то внимательно изучал, что читает владелец.

Подцепив и вытащив фолиант, повертел издание в руках, отметил, что обложка выполнена из качественной свиной кожи, с бархатистыми рунами. Провёл пальцами, удовлетворился рельефной чеканкой знакомых ему символов. Открыл на первой попавшейся странице и начал изучать, отметив, что слово "сансэдарцы" везде вычеркнуто от руки и заменено на слово "верузийцы", как и некоторые другие моменты:

"С точки зрения сансэдарцев верузийцев и близких им народов, хоббиты - не такие, как другие народы. Сансэдарцев Верузийцев поражают в хоббитах некоторые особенности: отсутствие совести, стыда, справедливости, доброты, сострадания. А так же - склонность ко лжи, ненормальная жадность, паразитизм, кровожадность, презрение и ненависть к другим народам верузийцам, и другие нелицеприятные качества. Наконец, в хоббитах полностью отсутствует человечность и добродушие. Почему? Напрашивается главный и тщательно скрываемый мировыми заговорщиками вывод: хоббиты - не люди!".