Чтение онлайн

Как показало время, некоторые правители проявляли здравое суждение, другие — нет. Когда дело дошло до конфликта, отважные христиане выступили против государства, ссылаясь на более высокую власть. Томас Бекет сказал английскому королю: «Мы не боимся никаких угроз, поскольку тот Суд, которому мы подчиняемся, привык отдавать приказы императорам и королям».

Миссионеры, которые несли Евангелие в другие культуры, чувствовали необходимость бросить вызов некоторым обычаям, практиковавшимся в других странах, что приводило их к прямому конфликту с государством. В Индии они ополчились против кастовой системы, брака с несовершеннолетними, сжигания невест и приношения в жертву вдов. В Южной Америке они остановили человеческие жертвоприношения. В Африке они выступали против полигамных браков и рабства. Христиане понимали, что их религия не является просто частной и благочестивой, но что она оказывает влияние на все общество.

Не случаен тот факт, что христиане, например, оказались пионерами в борьбе против рабства именно из-за своих теологических убеждений. Такие философы, как Дэвид Юм, признавали чернокожих более низкими существами, и лидеры деловых кругов рассматривали их как дешевую рабочую силу. Некоторые смелые христиане за утилитарной пользой рабов смогли разглядеть их неотъемлемое достоинство — достоинство человеческих существ, созданных Богом. Эти христиане и проложили путь к их освобождению.

Несмотря на все недостатки, которые церковь проявляла время от времени, она распространила учение Иисуса о благодати по всему миру, хотя, честно говоря, довольно фрагментарно и несовершенно. Именно христианство (и только христианство) положило конец рабству, и именно христианство сновало первые больницы и приюты для больных. Та же самая сила стала причиной появления движения профсоюзов, избирательного права для женщин, привела к запрещению продажи спиртных напитков и к организации кампаний по борьбе за права человека и гражданские права.

Что касается Америки, Роберт Белла говорит, что «в истории Соединенных Штатов не существовало ни одной великой идеи, по поводу которой религиозные институты не высказали бы свое мнение публично и громогласно». В истории последних столетий основные лидеры движения по борьбе за гражданские права (Мартин Лютер Кинг Младший, Ральф Эйбернафи, Джесси Джексон, Эндрю Янг) были клерикалами, и их активные выступления это продемонстрировали. Церкви черных и белых предоставляли здания, коммуникации, идеологию, добровольцев и теологическую базу для поддержания этого движения.

Позднее Мартин Лютер Кинг младший расширил сферу своей деятельности и включил в нее заботу о бедных и организацию оппозиции войне во Вьетнаме. Лишь в последнее время, когда политическая активность перешла в русло консерватизма, участие христиан в политической жизни стало вызывать беспокойство. Как предполагает Стивен Картер в книге «Культура неверия», это беспокойство просто выдает тот факт, что людей, находящихся у власти не устраивает позиция новых активистов.

Стивен Картер предлагает хороший совет политическим активистам. Для эффективности действия «милосердные» христиане должны проявлять мудрость при выборе тех идей, которые они поддерживают или против которых выступают. История показывает, что христиане всегда проявляли тенденцию ударяться в крайности. Да, мы добились уничтожения торговли рабами и соблюдения гражданских прав. Но протестанты также не чуждались участия в неистовых кампаниях против католиков, иммигрантов, против франкмасонов. Главным образом, сегодняшнее беспокойство в обществе по поводу активной деятельности христиан уходит своими корнями в эти жестокие кампании. Как же обстоят дела сегодня? Проявляем ли мы мудрость, выбирая себе поле битвы? Очевидно, что вопросы легализации абортов, проблемы сексуальных меньшинств и определения, даваемые жизни и смерти, достойны нашего внимания. Когда я читаю литературу, написанную евангелическими христианами, занимающимися политикой, мне также встречаются высказывания о праве на ношение оружия, нападки на Министерство по образованию, статьи о торговых соглашениях NAFTA («Североамериканское соглашение о свободной торговле»), об использовании Панамского канала и об ограничении сроков пребывания конгрессменов в их креслах. Несколько лет назад я слышал выступление президента «Национальной ассоциации евангелических христиан» (National Association of Evangelicals), один из десяти основных пунктов которого гласил: «Отмена налога на прибыль». Слишком часто вопросы, стоящие на повестке дня консервативных религиозных групп, слово в слово повторяют вопросы, стоящие на повестке дня консервативных политических партий, и не основывают свои приоритеты на трансцендентных понятиях. Как и все остальные, евангелические христиане имеют право высказывать свои аргументы по любым вопросам, но в тот момент, когда мы представляем их как часть «христианской платформы», мы предаем наши моральные основы.

Когда в середине шестидесятых появилось движение в защиту гражданских прав, великий крестовый поход нашего времени во имя нравственности, евангелические христиане, по большей части, стояли в стороне. Многие церкви на Юге, как и та церковь, в которой я состоял, со страхом противились переменам. Постепенно появились такие ораторы, как Билли Грем и Орэлл Роберте. Только сейчас такие евангелические общины, как «Братство пятидесятников Северной Америки» и «Южные баптисты», готовы объединиться с общинами чернокожих. Только сейчас такие стихийно возникшие движения, как «Хранители обещаний» (Христианская организация, призывающая мужчин взять иа себя ответственность за состояние семей, церквей и общества (прим. теол. редактора)), ставят во главу угла вопросы примирения рас.

К нашему стыду, Ральф Рид признает, что современная вспышка увлечения евангелических христиан политикой была вызвана не беспокойством по поводу абортов, нарушений прав человека в Южной Африке или иными подобающими нравственными проблемами. Нет, администрация Картера породила новую волну активности, когда потребовала от внутренней налоговой службы подвергнуть проверке частные школы на предмет того, не имеют ли они намерения сохранить расовое разделение. Полные возмущения по поводу этого пролома в барьере, разделяющем церковь и государство, евангелические христиане вышли на улицы.

Слишком часто в своих набегах в сферу политики христиане показывали себя «мудрыми, как голуби» и «простыми, как змеи» — полная противоположность того, что предписывал Иисус. Если мы ожидаем от общества, чтобы оно серьезно воспринимало наш вклад в общее дело, то нам следует проявлять больше мудрости, когда мы делаем выбор.

Мой третий вывод об отношениях между церковью и государством — это принцип, который я позаимствовал у Г. К. Честертона. Хорошие отношения между церковью и государством идут на пользу государству и во вред церкви.

Я уже предостерегал против превращения церкви в «защитника нравственности» в глазах мира. На самом деле, государство нуждается в защитниках нравственности и готово приветствовать их, как только церковь на это согласится. Президент Эйзенхауэр сказал в обращении к народу в 1954 году: «Наше правительство не имеет никакого смысла, пока оно не будет основываться на глубоко прочувствованной религиозной вере, и мне совершенно безразлично на какой». Раньше я смеялся над утверждениями Эйзенхауэра, пока однажды на выходных я не попал в ситуацию, которая показала мне простую истину, стоящую за его словами.

Я, вместе с десятью христианами, десятью евреями и десятью мусульманами, принимал участие в одном форуме, проходившем в Новом Орлеане в разгар масленицы. Мы остановились в католическом приюте, расположенном далеко от шумного города, но в один из вечеров некоторые из нас отправились во французский квартал посмотреть, как будет проходить один из карнавальных парадов. Это было пугающее зрелище.

Тысячи людей заполонили улицы так плотно, что нас снесло людской волной, и мы не могли от нее освободиться. Молодые женщины на балконах кричали: «Грудь за украшения!» В обмен на безвкусные пластмассовые бусы, они поднимали свои футболки и оголялись. За более красивое ожерелье они раздевались догола. Я видел пьяных мужчин, которые вытащили девочку-подростка из толпы и кричали ей: «Покажи свои титьки!» Когда она отказалась это сделать, они сорвали с нее футболку, подняли ее на плечи и хватали ее руками, несмотря на ее протестующие крики. Своим пьянством, похотью и даже насилием гуляки на масленице продемонстрировали, что происходит, если позволить человеческим страстям вырваться из-под контроля.

На следующее утро, вернувшись назад в приют, мы поделились друг с другом впечатлениями о вчерашнем вечере. Некоторые женщины, ярые феминистки, были сильно потрясены. Мы поняли, что в каждой из наших религий было что-то, что они могли принести всему обществу. Будь то мусульманство, христианство или иудаизм. Мы все помогали обществу осознать, почему такое скотское поведение было не просто неприемлемым, но настоящим злом. Религия дает определение злу и предлагает людям нравственную силу в качестве рецепта того, как ему противостоять. Будучи «совестью государства», мы доносим до мира информацию о справедливости и праведности.