Шрифт:
Александр Плонский
БЛИЗКИ К ЦЕЛИ
Фантастический рассказ
– Остановись! Поверни назад, - нашептывал туман.
– Нет! Ни за что!
– задыхаясь, твердил Тор.
Липкая, удушливая муть застилала все вокруг. Казалось, грозовая туча опустилась на землю и погребла под собой чахлую траву, серые скрюченные деревья, овраги и пригорки. Сгустившаяся мгла мерцала дальними всполохами. Звуки вязли в ней, словно в тине, и Тор не слышал ни хруста ломаемых ветвей, ни даже собственных шагов. Лишь голос тумана навязчиво бубнил:
– Вернись, зачем тебе умирать. Ведь ты лучший из всех. Ты выиграл Игры, победил самого Мимфа, ответил на вопросы двенадцати жрецов. Ты гордость своего племени. Вернись же!
– Нет, нет, нет!
– Вот уже триста лет, каждый год,, сюда приходит полный сил юноша. Такой как ты. Но никто еще не преодолел Кольцо. Оно ниспослано свыше. Это данность, которую надо принимать безропотно, смириться с нею.
– Ни за что!
– Хочешь, я назову имена твоих предшественников? Двести девяносто девять имен. Те, кому они принадлежали, стали прахом. Он устилает твой путь. Неужели и ты хочешь остаться здесь?
– Я дойду. Во что бы то ни стало!
Каждый шаг давался с запредельным трудом. Казалось, силы уже оставляют его. Но он продолжал идти, хватая ртом влажную горечь, сквозь стену тумана, обволакивающего тело душным коконом.
– Вспомни Нору, твою любимую, - вкрадчиво уговаривал туман.
– Она не хотела тебя отпускать, умоляла остаться, рыдала, висла на плечах. Ты оттолкнул ее, ушел не оглянувшись.
– Я сделал так ради нее. И ради всех!
– Ох уж мне это "ради"!
– хохотнул туман.
– Удобное словечко, им можно оправдать все, что угодно. Тебе внушили, что ты должен пожертвовать собой ради светлого будущего. Но то же говорили и всем твоим предшественникам. А светлое будущее отодвигалось, точно горизонт перед путником. Не пора ли понять, что оно мираж? Надо жить своим временем, сделать свое настоящее счастливым. Ну, скажи, чего тебе недоставало для счастья? Разве ты не был бы счастлив с Норой уже сейчас?
– Я хочу, чтобы счастливыми стали все.
– Это несбыточная мечта.
– Пусть. Я все равно буду добиваться ее осуществления.
– Мне жаль тебя...
– клубился туман.
– Ты не пройдешь сквозь Кольцо. Да это никому не принесло бы счастья...
Под низкими сводами, за грубым деревянным столом сидели двое. Каменные стены едва виднелись в темноте, и лишь лица сидевших были скупо освещены горевшей перед ними свечей. Одно было тяжелое, иссеченное морщинами, обрамленное всклокоченными седыми волосами, другое - совсем юное, покрытое нежным пушком.
– Скажи мне, о знающий из знающих, - робко спросил Младший жрец, - зачем мы посылаем на смерть самых отважных юношей? Неужели они не принесли бы пользы нашей общине? Или я чего-нибудь не понимаю?
– Это традиция, завещанная нам предками, - помолчав, ответил Старший жрец.
– Так поступали наши отцы, деды и прадеды.
– Жестокая традиция... И мне, о прости, знающий, она кажется бессмысленной. Ведь если из поколения в поколение лишать себя самых лучших, то как это скажется на продолжении рода?
– Да, традиция жестока, но преисполнена великого смысла. Мы отторжены от остального мира Кольцом. И не ведаем, что за ним. А человек стремится к познанию, без этого он не был бы человеком. Нас обрекли на жизнь в Кольце, и, может быть, именно потому мы стремимся вырваться из него.
– А если за этим Кольцом второе, за ним третье и так до бесконечности?
– Возможно, ты прав, - сказал Старший жрец.
– Но не призвание ли человека преодолевать Кольцо за Кольцом на пути к абсолютному знанию?
Младший жрец смахнул слезу.
– Наверное, я слишком глуп, но мне так жаль Тора. Я рос вместе с ним. Он жених моей сестры. Думал, они проживут долгую, счастливую жизнь. А сейчас с ужасом смотрю на свечу. Как судорожно колеблется ее огонь, это Тор борется со смертью. И я молю: не гасни, ведь пока ты горишь, он жив.
– Да, как только Тор умрет, свеча погаснет, - кивнул Старший жрец.
– Нора не переживет этого!
– Никто не заставлял его идти сквозь Кольцо. Он мог бы не участвовать в Играх или же уступить победу другому.
– Вы не знаете Тора!
– Тогда бы я не был знающим из знающих. Ты не ошибся: он умрет. Но заметь: с каждым годом свеча не гаснет все дольше. Значит, вновь идущий сквозь Кольцо проникает глубже, чем его предшественник. Все глубже и глубже! И рано либо поздно оно будет прорвано.
– Когда же это, наконец, произойдет?
– Через год или тысячелетие. Но произойдет обязательно. Свеча засияет ровным светом. И тогда пойдут все. Ведь если дошел один, то должны дойти остальные.
Идти становилось все труднее. Да он и не шел уже, а брел, едва переставляя ноги. Хотелось опуститься в пожухлую траву и отдаться покою. Абсолютному. Всепоглощающему. Вечному.
– Приляг, отдохни, - колыбельной песней струился туман.
– Ты и так прошел дальше всех. Ты сделал все, что мог!
– Нет, не дождешься!
– скрипел зубами Тор.
– Я дойду. Слышишь, дойду!
Он вспомнил свой поединок с Мимфом. Противник был сильнее и опытней, все прочили ему победу. Но Тор выстоял. И когда казалось: сил больше нет, он вот так же бросил в лицо Мимфу: "не дождешься!", и тот дрогнул, засуетился и сник как-то враз, точно понял, что соперника не побороть.
– Не дождешься!
– повторил Тор и вдруг почувствовал, что туман начал редеть.
– Ты победил, - зашелестело вслед, и в этом шелесте Тору почудилась насмешка.
– Но не пожалей о своей победе!
Впереди просветлело, он ускорил шаг, потом побежал, словно не валился с ног минуту назад, и тотчас замер на месте...
Все, что угодно, был он готов увидеть на другой стороне Кольца, только не это: перед глазами простиралась знакомая дорога, по которой совсем недавно (час, день, месяц назад?) его провожала Нора. И она стоит на том самом месте, где он оторвал от своих плеч ее руки.