Чтение онлайн

– У нас тест, - твердо сказала я и пододвинула к Никите листок.

С вздохом сожаления он отложил планшет в сторону.

Десять минут спокойствия для меня и напряженной (я надеюсь) работы для них закончились как-то слишком быстро. Я собрала листки, причем Тимофей опять попробовал невзначай коснуться моей руки. В отместку я вызвала его первым. По одному тесту сложно понять, кто что знает. Побеседовать с каждым за один урок я все равно не успею, а вот помучить нескольких - запросто.

– Tim, tell us a few words about yourself, - сказала я.

Вроде бы простое задание, но, как я хорошо помнила из практики, способное поставить в тупик большинство школьников. Я злорадно ожидала, что Тимофей начнет сейчас мямлить что-то до боли очевидное вроде I live in Russia или I study at school. Но я ошиблась.

– I was born under a lucky star to a man of considerable fortune and a woman of considerable beauty, - начал он серьезно с произношением, достойным выпускника Оксфорда - I benefited from both of these gifts and really can't thank my parents enough for giving me the best they could and then withdrawing from my life...

Прямо Диккенс, усмехнулась я про себя. Вся группа сидела с открытыми ртами. Я не сомневалась, что как минимум половина ни слова не понимала из речи Тимофея. Обнаружить в классе такого способного ученика было приятно. Но, честное слово, я бы предпочла, чтобы им оказался не Никольский.

Его соседка Рита подтвердила мою теорию и, запинаясь на каждом слове, выдала банальное «My name is Rita, I am 16, I like reading», после чего беспомощно замолчала.

Мила, которую я пожалела и спросила о более конкретной вещи - хобби, бойко оттараторила зазубренный текст. Отличницу было видно сразу. Длинноносый Костя Марцев неплохо рассказал о своем увлечении - скейтборде, хотя до Тимофея ему было далеко. Настя Абрамова и Оля Устинова не знали практически ничего.

Но кто бы мне ни отвечал, я старалась не выпускать средний ряд из поля зрения. Тимофей шептался с Ритой, Никита опять углубился в чтение. Кира смотрела через плечо Леры в ее смартфон и над чем-то хихикала. Сидели спокойно только Денис и Аня, да и то Аня время от времени заглядывала в один из своих проспектов.

– Kira, your turn now, - сказала я, когда покрасневшая от усилий Оля Устинова наконец села на место.
– Tell us, please, what you are reading now. It must be very interesting.

Она даже не поняла, о чем я говорю. Мне пришлось повторить, а потом перевести. Кира медленно встала, ее изумрудные глаза сузились, губы сжались в прямую линию. Воплощенная Анжелика в гневе, никак не меньше.

– I don't reading nothing, - выговорила она.

Акцент у нее был ужасен. Даже Настя Абрамова говорила лучше. Я задала ей несколько простых вопросов, с плачевным результатом. Красавица Кира не знала абсолютно ничего.

– Ничего страшного, Кира, - сказала я мягко.
– Я тебе помогу.

Ее губы искривились в презрительной усмешке.

– Спасибо. Обойдусь.
– Она села на место и снова уткнулась в смартфон Леры, как будто меня не существовало.

Учитель должен всегда себя контролировать, но тут я разозлилась конкретно. И, как это часто бывает, пострадал не тот, кто виноват, а тот, кто попался под горячую руку.

– Я сказала, убери эту штуку!
– рявкнула я и выхватила планшет из рук Никиты.

Никто в группе не сказал ни слова, пока я шла с планшетом к своему столу и запихивала его в ящик. Я чувствовала себя полной идиоткой. Но гораздо хуже было то, что я чувствовала себя Аллой Семеновной из моей школы. Прошло семь лет, всего лишь семь лет, и вот я уже превратилась в монстра, и единственное, чего мне не хватает для полного сходства, это очков и золотого зуба.

Но как бы я ни раскаивалась, отступать было поздно.

– Заберешь планшет после уроков, - сказала я как можно спокойнее и стала диктовать домашнее задание.

На следующей перемене я удрала в учительскую, где открыла на своем планшете электронный журнал с адресами 11 «А» и принялась составлять график посещений учеников. Нужно было учесть множество факторов, от профессии (а вдруг кто-то из родителей работает на дому?) до моего собственного расписания.

Дело не шло. Я путалась в фамилиях, находила на карте и тут же теряла улицы и через некоторое время обнаружила, что у меня открыт журнал не 11 «А», а 11 «Б».

Вокруг говорили, не умолкая ни на секунду. О распоряжении директрисы насчет визитов к школьникам, о сломанной парте в кабинете труда, о мозолях после узких туфель, о новых тестах для ГИА и ЕГЭ, о Завайкине, шлепнувшемся с козла на физкультуре, о подгоревшей каше, о нулевых познаниях Дымовой в алгебре, о туши с суперобъемным эффектом и дешевой стоматологии на углу.

– Здесь у вас не получится поработать, - шепнул мужской голос мне на ухо.

Я повернула голову и увидела информатика, который примостился на подоконнике. Он был совершенно прав. Я со вздохом закрыла планшет. Придется посидеть над списком ночью, а сегодня пойду наугад.

– Игорь Владимирович, куда вы спрятались? Вас тут совсем не видно...

Это была Александра, которая налила большую чашку чая и несла ее к дивану.

– Вы о себе никогда не позаботитесь. Я положила две ложки сахара, как вы любите.

Информатик сдержанно поблагодарил, а я отодвинулась, чтобы, передавая чай, Александра не плеснула на меня кипятком. От нее можно было ожидать и такого. Александра тут же втиснулась на свободное место и принялась расхваливать свой чай. Разговоры стихли. Вся учительская с сочувственным интересом следила за ее попытками разговорить информатика. Мне захотелось рассмеяться и, чтобы не поддаться этому неразумному импульсу, я побыстрее выбралась из учительской.

По коридору навстречу мне шла Аня Финникова со своими проспектами. Ее синее платье по колено обрисовывало каждое движение.

– Дарья Дмитриевна, вы случайно Игоря не видели?
– спросила она и тут же поправилась.
– Игоря Владимировича, по информатике?

Я кивнула на учительскую.

– Он там.

Анино лицо омрачилось.

– Мне надо ему передать проспекты, - сказала она.
– Инна просила. То есть Инна Федоровна... Это насчет одной выставки...

– Давай я передам, - предложила я.