Бочка пришельцев
Шрифт:
— Ко мне домой. В Шинбар.
— Что такое Шинбар?
— Ё-мое!.. Это город, где я живу. Где я учусь магии. Понял?
— Нет…
Эрин зарычала и пустила лошадь мощным галопом. Вновь перед глазами моими заскакал лес, запрыгало небо, а еще внутри у меня все завибрировало, словно при выходе на суборбиту. Прямо самые настоящие перегрузки, клянусь Криллийскими Священными Жабами!
ПЖ тем временем разглагольствовал, советуя мне держать язык за зубами. Дескать, момент для того, чтобы раскрывать карты, еще не наступил, и, вероятно, не скоро еще наступит. А потому в моем шатком положении лучше всего наблюдать и собирать информацию. Главное — осторожность.
"Ладно. Прикинусь, что я нарочно засланный в примитивный мир разведчик-цивилизатор", — подумал я.
Интересно будет посмотреть, что из этого получится…
Быстро все-таки могут передвигаться местные ездовые животные. Эрин заставила его развить такую скорость, что я порядком испугался. Это, сами понимаете, не скутер, тут никто не может поручиться, что в следующий момент не случится катастрофа. Я только представил себе, как мы летим вверх тормашками, как в моем плонийском животе все закружилось. Страх и ужас!
Чтобы ничего не видеть, я зарылся лицом в плащ Эрин и еще крепче стиснул руками ее тонкое туловище. В тот же миг девушка рявкнула: "Полегче!" Я снизил уровень мышечного усилия, опасаясь нарушить какой-нибудь местный обычай. Может быть, здесь не принято так стискивать людей, заранее не заручившись их нотариально заверенным согласием.
В общем, долгое время я ничего не видел. ПЖ вообще ушел в подполье и не проявлял признаков жизни.
В конце концов, Эрин заставила лошадь перейти на трусцу, и я рискнул посмотреть, что теперь вокруг нас.
Впереди возвышались мощные каменные ворота, ведущие в город. Такие я видел на очень древних картинках в учебнике истории вымерших цивилизаций Центра Галактики, и даже обомлел. Вот, оказывается, и до сих пор где-то такие есть. Имелась и крепостная стена, сложенная из каменных блоков, и башни с бойницами, через которые защитникам полагалось стрелять такими деревянными шутками с металлическими иголками на конце… да, стрелами! А еще, если внизу собиралась целая толпа, на головы негодяям лил кипяток и горящее масло… Развлекались примитивные народы достаточно экзотично. Вам тоже так кажется?
На всякий случай я внимательно осмотрел стены и убедился, что на меня никто вылить ничто горячее не собирается. Повезло.
Над воротами развевался какой-то флаг. Обычный такой, типа того, что гордо реет над Верховной Директорией Галактического Союза Миров, только потрепанный, пожульканный, сроду нестиранный. Рисунок на нем я различить не мог, а Эрин спроситься стеснялся. Что он символизировал, осталось загадкой.
Мы поехали к воротам. Лошадь шла неспешным шагом и фыркала, словно тем самым выказывала двум вооруженным существа свое негодование. Существа эти походили на меня или на мою спасительницу. В большей степени на меня, только эльфами, очевидно, не являлись. Мы с ПЖ поскрипели мозгами и сделали вывод, что они — люди. Особи человеческого вида, но мужского пола. На их лицах тоже росли волосы, не очень длинные, но очень спутанные.
— Если будут что спрашивать, сделай морду кирпичом, — сказала Эрин через плечо, пока мы подъезжали к зеву ворот.
— Что?
— Ты выглядишь аристократом, поэтому посмотри на них свысока, тогда не посмеют привязаться. Сегодня дежурят паршивые вымогатели.
— Что?
Эрин втянула в себя воздух и медленно выдула обратно.
— Ну подожди… Когда приедем… А пока просто вообще не смотри на стражу!
Кроме нас в ворота стремились протиснуться и другие существа. Я их с интересом разглядывал. Были тут и гномы, и эльфы, похожие на меня нынешнего, и какие-то большие, грубые создания с низкими лбами. Люди составляли большинство в толпе, которая с гомоном и криками втекала в город.
Я смотрел во все глаза, чувствуя себя первооткрывателем неизведанного мира. Кто-то ехал на лошади. Кто-то на повозке. Кто-то шел пешком в одиночку, кто-то в компании. Кто-то налегке, а кто-то из последних сил волок на горбе нечто большое и сыпал, по определению ПЖ, "местными непарламентскими выражениями".
— А почему все такие злые? — спросил я у Эрин, не удержавшись.
— Злые? — удивилась девушка. — Ха, ты не видел, что творится в Шинбаре во время традиционной осенней ярмарки!
— А сейчас ярмарки нет?
— Она осенью, а сейчас лето.
— Угу.
— Слушай, Три-Хипп-чего-там-дальше-не-знаю! Ты из какой психушки сбежал? Нет, серьезно!
ПЖ перевел мне, что такое "психушка", и я ответил, что никогда в жизни не был в Центре Психического Восстановления и Реабилитации.
— А надо было бы… — произнесла Эрин. — Вот эта штука, о которой ты сказал, тебе не помешает, эльф.
Наша лошадь вошла под арочный свод ворот, где звуки стали куда более громкими. Эхо общего гомона ударило мне по ушам.
Следуя совету Эрин, я усиленно не смотрел на стражников, подпирающих стены, и старался выглядеть важно. ПЖ высказал мнение, что "рожа кирпичом" — это эвфемизм понятия серьезность в туземном просторечном диалекте. Странно. Как мог, я изобразил, что серьезнее меня и существа во Вселенной не сыскать, и услышал: "У чувака явно запор!" Автором комментария был какой-то толстый человек, восседающий на большой бочке на колесах, которую тянула маленькая лошадка. В толпе засмеялись. Спектр голосов был широк, от тоненького визга до басистого низкочастотного уханья.
Эрин ничего не сказала, а только пришпорила лошадь, заставляя пешеходов разойтись. Мы буквально вылетели на площадь перед воротами. Я смотрел внимательно, все подмечая, и то же самое делал ПЖ, умеющий видеть моими глазами.
Здания, окружающие площадь, конечно, не имели ничего общество с высокотехнологическими жилищами Плона. Между ними лежала такая пропасть, что и думать было жутко. Построенные из кирпича или камня, дома претендовали на некоторое изящество, но работа, ввиду примитивности инструментов, была весьма грубая. Впрочем, туземные мастера старались.