Чтение онлайн

Но именно в этот вечер охота оказалась безуспешной. Лес был непривычно тих. Даже зеленые ящерицы и маленькие птички куда-то запропали.

Потом в сплетении корней засыхающей фиги Свейн увидел большого свернувшегося кольцами удава, который лежал там, переваривая пищу.

Осторожно приблизившись, мальчики остановились в восхищении.

— Он прекрасен, — пробормотал Джак.

— Проклятие, но он большой! — сказал Свейн. Констриктор действительно был двух футов в обхвате, не говоря уже о том месте, где выпирала переваривающаяся туша — похоже, боа заглотнул целиком дикую свинью. Кожа змеи была глянцевито-коричневой, по ней шли черные полосы в красную и желтую крапинку. С массивной копьеобразной головы на чужаков настороженно взирали два черных глаза, в то время как чувствительный длинный язык метался в воздухе, пытаясь определить степень опасности.

— Сколько он весит, как думаете? — спросил Свейн.

— Большой, как дракон, — сказал Джак.

— Большой, как большой дракон, — поправил Релкин.

— А кожа как у кожистоспинника, — заметил Джак.

Змея поглядывала на них с возрастающей тревогой. Не обращая на это внимания, Свейн подошел ближе и потрогал яркое кольцо:

— Да нет, он очень гладкий и совсем не похож на кожистоспинника. Скорей уж — на шелковисто-зеленого.

— Некоторые из кожистоспинников гораздо нежнее других, Свейн. У Влока, например, шкура довольно шершавая, а другие — очень даже гладкие.

Свейн пропустил слова Джака мимо ушей:

— На ощупь холодный. Он объелся. Релкин внимательно разглядывал змеиные глаза. Зрачки рептилии расширились до невозможности.

— По-моему, он еще и очень недоволен. Я бы сказал, ему сейчас не хочется компании. Собственно, на твоем бы месте, Свейн… — Предупреждение Релкина несколько запоздало.

Змеиная голова внезапно взметнулась и ударила в сторону Свейна. Огромные белые клыки сверкнули в большой пасти. В тот же момент Свейн отпрыгнул назад.

— Проклятая тварь может проглотить тебя целиком, Джак.

Мальчики отошли на несколько ярдов и держались в стороне, пока громадный констриктор, недовольно шипя, не уполз под корни.

— Дружелюбный парнишка, — сказал Релкин. «

— Я только похвалил его очаровательную кожу.

— А он бы сцапал тебя, Свейн, и слопал.

— Мы бы избавились от кучи хлопот, — сказал Джак с озорным видом. Он оглянулся на Релкина:

— Думаю, мы и вправду чуть не потеряли старину Свейна.

— Я сейчас тебя самого потеряю, маленький Джак, если догоню, конечно.

Джак состроил старшему и более сильному парню гримасу, но предпочел держаться на безопасном расстоянии.

Релкин успел пройти на несколько ярдов вперед в поисках новой подходящей поляны. Он громко свистнул, и остальные тут же прибежали на зов. Они сразу же увидели, что эта поляна — весьма необычное место. Деревья здесь были тоньше, а под ногами вместо упавших стволов расстилалась мостовая из больших каменных блоков. Сквозь лианы видны были остатки разрушенных зданий. Некоторые деревья проросли через мостовую, выворотив тяжелые блоки в фут толщиной.

Поляну полукругом окаймляли насыпанные человеческой рукой холмы, на вершине у каждого угадывалась сквозь деревья древняя пирамида, к которой вели по склону холма каменные ступени. Чуть дальше можно было разглядеть высокую стену, отдельные участки которой все еще возвышались над молодыми деревьями.

— Древнее место, — сказал Свейн, подойдя к развалинам.

— Кто это построил? — спросил Джак. Релкин пожал плечами. Мир древен, многие народы приходили в него и исчезали бесследно.

— Люди живут лишь мгновения. — Релкин цитировал молитву Великой Матери. — Их города — только один день. И в конце все мы обращаемся в пыль.

— Охо-хо! — вздохнул Свейн. — Мудрец из Куоша снова за свое.

Релкин кинул в него камешком. Свейн вскарабкался на каменный пьедестал. Неподалеку неясно вырисовывалась стена.

— Эй! — воскликнул, подпрыгнув, Джак. — Смотрите!

Они подошли ближе к стене.

На самом верху был виден кусок барельефа. В уцелевшем изображении можно было узнать нижнюю половину человека, обутого в боевые сапоги и вооруженного мечом. Вокруг вился богатый орнамент, образуя раму.

— А вот и еще, — показал пальцем Джак. Две высокие стены поднимались над разрозненными деревьями. Между ними существовала некогда арка, обрамлявшая проход на какую-то огромную площадь, возможно арену, окруженную изогнутой стеной. Эти стены тоже были украшены изнутри резьбой. Мальчики хором вздохнули, увидев на камне изображение драконов.

— Виверны, — сказал Свейн, — здесь, на темном континенте.

— А я думал, они пришли с севера.

— Мало ли чему учили Мануэля, — сказал Редкий. Впрочем, некоторые детали ставили их в затруднение. Животные на камне были нарисованы верно, это определенно были рептилии того же типа, что и драконы-виверны, но их туловища были огромны по сравнению с фигурками людей, вырезанными там же. Верхние конечности этих гигантов были непропорционально малы, чего нельзя было сказать о вивернах и крылатых драконах — при необходимости они могли с легкостью ходить на четвереньках. Головы каменных драконов были слишком велики.

— — Уж и не знаю, что сказать, глядя на все это — виверны ли это?

Ответом был громкий присвист.

— Если те — виверны, то кто — эти? — Джак показал еще на один участок стены с хорошо сохранившейся резьбой, обнаружившийся чуть дальше предыдущего.

На нем были ясно изображены четвероногие звери огромных размеров с длинными шеями, маленькими головками и длинными-длинными хвостами. На заднем плане виднелся человек в повозке, которую тянули маленькие, похожие на лошадей животные. И человек, и лошади казались карликами по сравнению с фантастическими чудовищами.

Свейн протер глаза:

— Они несколько преувеличили размеры дракона, рисуя это.

— Это вообще не драконы, — воскликнул Джак, — посмотри на их головы — слишком малы для драконов. Релкин, как ты думаешь, кто это?

— Не знаю. Но они большие. Они крупнее всего, что я когда-нибудь видел.

— Они должны быть драконами. Чем же еще они могут быть? — проворчал Свейн.

— А как насчет этого? — закричал Джак, тыча пальцем в новое изображение.

Это чудовище и вовсе ни на что не походило. Его даже сравнить было не с чем — большое неуклюжее животное с почти квадратным телом, а к нему приставлены длинный хвост и большая голова, на которой выступают три длинных рога.