Чтение онлайн

Русский офицер-минер Л. Г. Гончаров (ныне вице-адмирал советского Военно-морского флота) впервые в мире спроектировал для этого корабля трехтрубные торпедные аппараты для одновременной (залповой) стрельбы тремя торпедами.

Эсминцы стали принимать участие в повседневных операциях флота и в крупнейших боях. Миноносцы же водоизмещением в 500-600 тонн, с более слабым вооружением были оставлены для использования вблизи берегов, в узких проходах среди прибрежных островков.

Пока на виду у всех эсминец вырастал в крупный корабль-торпедоносец, в тиши секретных цехов и испытательных бассейнов велась напряженная работа по созданию подводного корабля – минера, подводной лодки. Задача оказалась трудной, и к началу первой мировой войны этот класс кораблей еще не успел завоевать признание: от подводных лодок мало кто ожидал больших успехов. Но именно в первую мировую войну подводные лодки приобрели славу опаснейших кораблей – минеров и торпедоносцев.

Свои первые, еще малочисленные и редкие победы одержали в этой войне торпедные катера и самолеты – минеры и торпедоносцы.

Так начали видоизменяться корабли – минеры и торпедоносцы (надводные, подводные и даже воздушные), новые грозные противники кораблей-артиллеристов, транспортных II торговых судов.

Русский эсминец «Новик», вступивший в строй в 1912 году, -один из лучших кораблей этого класса во время первой мировой войны.

Первые и еще небольшие боевые успехи мины и торпеды заставили кораблестроителей подумать о защите крупных боевых кораблей от подводного удара. На броненосцах появилась специальная, очень скорострельная противоминная артиллерия, а корпус корабля «прорезали» пересекающиеся продольные и поперечные переборки, разделившие внутренность корабля на отдельные, изолированные друг от друга помещения – «отсеки». Удар мины или торпеды открывал воде доступ только в один или два отсека-дальше вода не проникала. А в середине корабля – там, где помещались его котлы и машины, у бортов размещались угольные бункеры. Они еще надежнее защищали «сердце» корабля от подводного удара. Так почти одновременно с появлением брони зародилась и подводная противоминная защита корабля.

Борьба между броней и пушкой продолжалась, и началась новая борьба – между минным оружием и подводной защитой корабля. Боевые корабли, их устройство я вооружение непрерывно совершенствовались- приспосабливались для наилучшего сопротивления ударам артиллерии и минного оружия противника.

Несмотря на большие успехи подводных лодок в первую мировую войну, многочисленные и очень важные недостатки в их устройстве были очевидны. Военные специалисты я без практики войны звали об этих недостатках и ясно видели те пути, по которым следует пойти, чтобы превратить подводную лодку в еще более грозный боевой корабль, которым она оказалась во второй мировой войне. По этим путям и шло дальнейшее развитие подводных лодок. Вот почему об устройстве, вооружении и боевых действиях подводных лодок, иллюстрирующих их современные боевые качества, будет рассказано в той части книги, которая посвящена современным кораблям – минерам.

Но все то, чего достигли к этому времени моряки и кораблестроители в улучшении устройства и вооружения надводных кораблей и умении применять новую технику в Пою. выявилось именно в морских сражениях первой мировой войны. Основные надводные корабли – линейные корабли, линейные крейсера, тяжелые и легкие крейсера, эсминцы- выступили в этой войне как уже сложившиеся боевые единицы флота. Те их боевые достоинства и недостатки, которые выявились в морских сражениях, были использованы для новых, дальнейших улучшений в их современном устройстве и вооружении. Вот почему в следующей главе даны рассказы о некоторых интересных морских сражениях первой мировой войны.

Летом 1915 года немцы наступали вдоль побережья Балтики по территории нынешней Латвии, подошли к начальным, южным излучинам Рижского залива и… остановились. До сих пор их балтийский флот, свободно получавший крупные силы из Северного моря, оказывал сухопутным войскам сильную поддержку, помогал им осуществлять наступательные операции. Теперь же войскам предстояло двигаться по берегу Рижского залива. Войти в него германские корабли. могли только через узкий Ирбенский пролив. Но хозяевами закрытого Рижского залива были корабли русского Балтийского флота. Они надежно заперли Ирбенский пролив и бдительно охраняли его. Минные заграждения перегородили входные фарватеры, и миноносцы, тральщики и боевые суда других классов свободно делами свое дело на просторах залива.

Командование германских сухопутных войск не переставало взывать о помощи к своим военно-морским силам. Шифрованные немецкие радиограммы, которыми обменивались армия и флот, наполняли эфир. Но немцы не знали одного очень важного факта: в самом начале войны в Балтийском море наскочил на камни и был захвачен русскими моряками германский крейсер «Магдебург».

Командир крейсера постарался скрыть от русских моряков самую важную ценную тайну боевого корабля – сигнальные книги и так называемый шифр (его называют «код»), с помощью которого составляются и читаются секретные военные радиопередачи. Все это он выбросил за борт, отправил на дно морское вместе с надежным грузок.

Не найдя кода на захваченном корабле, отважные и умелые русские водолазы спустились на дно, обшарили его вокруг крейсера и добыли ключ к секретным сообщениям врага. Немцы же были уверены в том, что их важнейшая военная тайна надежно скрыта на дне моря.

Примерно к середине лета командование русского флота знало, что вот-вот немцы попытаются крупными силами прорваться через Ирбенский пролив и вытеснить русские корабли из Рижского залива. Надо было подготовить достойную встречу.

Но сделать это было не так просто. Крупные русские корабли базировались на порты Финского залива. Пройти в Рижский залив через северный проход – Моон-Зундский пролив – и в случае необходимости быстро вернуться через него же обратно они не могли: пролив этот отличался мелководьем и был непроходим для крупных кораблей с большой осадкой. Значит, надо было итти кружным путем, обогнуть острова, запирающие Рижский залив, и пройти затем через Ирбенский пролив. Большие силы, если бы даже им удалось совершить такой путь незамеченными, оказались бы запертыми в Рижском заливе, а Финский залив и подходы к Петрограду остались бы без защиты. Поэтому для отпора немецким морским силам больше всего приходилось полагаться на минные заграждения Ирбенского пролива и бдительность прикрывающих его малых боевых кораблей и миноносцев во главе со знаменитым уже «Новиком».

И только один линейный корабль «Слава», насчитывавший к тому времени двенадцать лет службы во флоте, был направлен (18 июля) на помощь защитникам Рижского залива. Немцы настолько не ожидали этого, что и не особенно наблюдали за подходами в проливу со стороны открытого моря.

«Слава» незаметно проскользнула по извилинам пролива, прошла сквозь минные заграждения, не задев ни одной мины, и четыре ее могучих орудия калибра 305 миллиметров и вспомогательная артиллерия основательно усилили оборону пролива.

Прошло несколько дней: В ночь на 26 имя русская разведка предупредила защитников залива о приближении к проливу мощной немецкой эскадры. 7 линейных кораблей (додредноутного типа), 10 крейсеров и много кораблей других классов бросили немцы против обороны пролива, чтобы действовать быстро и наверняка.

Уже ранним утром корабли обороны были на своих боевых постах у пролива, подстерегая появление противника. Крупных кораблей еще не было видно, они скрывались в набегавшем с моря тумане, подальше от пролива. Атаку начали колонны немецких тральщиков. Под защитой легкого крейсера и большого числа миноносцев эти корабли выпустили свои тралы и стали расчищать проходы для своих главных сил. Русские корабли открыли энергичный и меткий огонь. Их снаряды заставляли вражеские тральщики сбиваться с курса, панически метаться среди минных заграждений. Вскоре один из германских миноносцев наскочил на мину и тут же затонул. Тем временем к залпам артиллерии русских кораблей присоединились бомбы наших гидросамолетов. Они падали среди многочисленных неприятельских кораблей, которые представляли собой хорошую, легко поражаемую цель. Вот уже больше часа длится бой, и немцы не могут продвинуться сквозь неприступные «ворота» пролива. И вдруг новый сильный взрыв поднял водяной столб над вражеским кораблем, на этот раз над легким крейсером – вожаком миноносцев, прикрывающих тральщики: корабль подорвался на мине. С пробоиной в корпусе крейсеру уже не до прорыва. Его командир отзывает тральщики с минных полей, и вся флотилия уходит в юго-западном направлении.