Чтение онлайн

— 25 тысяч.

Шум двигателей нарастал все больше и больше. Он заглушал голоса членов моей команды, которые только что отсчитывали последние секунды, и им оставалось надеяться лишь на удачу. Только бы сложились расстояния до планеты и до «Энтерпрайза»! Мы обязательно должны войти в этот узкий коридор допустимого.

— Ускорение 0,92, Пайпер, — произнесла Мэрит. Ее голос уже слегка дрожал. — 0,95; 0,98;

0,99…

— Скеннер, пора.

От последовавшего за этим удара мы все свалились на пол со своих кресел. Ни человек, ни вулканец не в состоянии противостоять внезапному удару такой силы. "Банановая Республика" использовала планету в качестве якоря, а сама выполняла роль приводного ремня, тормоза между инерционной массой планеты с одной стороны и силой ускорения «Энтерпрайза» — с другой.

Все переборки, оболочки, перекрытия нашего старенького «Короля» внезапно попали под испытание на прочность, результатом которого могла стать либо жизнь, либо смерть. Я оказалась отброшенной к переборке и зажатой между аварийным выходом и контрольной панелью так, что вообще не могла повернуться. "Банановая Республика", как бусина на воображаемом ожерелье, остановилась на невидимой оси между планетой и «Энтерпрайзом», найдя наиболее удобный для себя угол, позволяющий ей выжить и избежать, насколько это возможно, действия разрывающих ее в противоположные стороны сил. Никогда раньше она не решала задачи сдерживания большого космического корабля от действия его мощных ускорителей.

Освещение командирской рубки сразу потускнело: не хватало мощности энергоустановок. На помощь нам пришло аргелийские солнце, косыми лучами проникавшее через порталы. В коридорах едва мерцали маленькие аварийные лампочки. Статическое электричество трещало в динамиках и мешало работе электроники. А снаружи оглушающе ревели двигатели, треск и скрежет направляющих катушек вселял в нас ужас.

На корабле вышла из строя система искусственной гравитации.

Автоматика пыталась подключить ее вновь, в аварийном режиме. А тем временем наши тела тянуло одновременно в разных направлениях, словно невидимая сила поставила своей целью разорвать нас на части. Кто-то закричал, но его крик был почти не слышен из-за грохота, вызванного механическими перегрузками в корпусе. Я боролась с ними, но все, что мне удалось, — это зацепиться за привинченный к полу стул и ждать, пока внешняя оболочка развалится на куски, и наша драгоценная атмосфера со свистом вырвется в космос, прежде чем нас самих разорвет на мелкие куски…

Но как внезапно все это началось, так же неожиданно и закончилось.

Перетряхивание всего и вся завершилось. Тяговые лучи, к нашему счастью, автоматически компенсировали падение ускорения, иначе мы могли бы оказаться похороненными под грудами металла на поверхности планеты.

Командный отсек наполнился стонами. А на заднем плане продолжали скрипеть и плеваться двигатели, все тише и тише, поскольку мощность нашей энергоустановки катастрофически упала, и системы аварийной поддержки были не в состоянии помочь ей чем-либо.

Маккой с трудом поднял Сарду на ноги, и вскоре мы все вместе собрались на покосившейся на сторону палубе, поскольку система искусственной гравитации уже не обеспечивала никакой центровки.

Пересчитав всех по головам, я медленно добралась до своего кресла.

Все были в не слишком хорошей форме, но все же живы, что отодвигало их на второй план после проблем, связанных с самим кораблем. Мы со Скеннером почти одновременно добрались до монитора внешнего наблюдения.

Прихрамывающий Сарда ковылял за нами.

"Энтерпрайз" оставался там же, где и был… или почти там же.

— Боже! — воскликнул Скеннер. — Его ускоритель согнуло набок!

И действительно, гондола с основным двигателем-ускорителем «Энтерпрайза» была смещена в сторону от центральной оси. Не отломана, но согнута достаточно, чтобы оказался расстроенным тот хрупкий баланс всей конструкции, без которого невозможна работа ускорителя вообще.

— Отлично, — выдохнул Сарда. Доктор Маккой вклинился между нами, желая самому убедиться в фактах. Все его мысли отразились сразу же на его лице. Тихо, с торжественной неприкосновенностью момента он произнес:

— Падший ангел…

Я пристально посмотрела на него. Мрачность его тона, с которым он обратился через космос к нашему капитану, задела меня за живое.

Мэрит прервала воцарившуюся тишину пророческими словами:

— Думаю, что для корабля-лаборатории вполне достаточно.

Маккой выпрямился и ткнул пальцем в тот беспорядок, который творился за нашими спинами.

— На вашем месте я бы отремонтировал все это еще до прибытия сюда капитана.

Через несколько секунд все мы и наш «Король» вновь начали борьбу за жизнь. Рядом со мной стоял внезапно помрачневший Сарда, он дышал так же неровно, как и все мы.

— Доложите обстановку, — приказала я. Он с трудом добрался до своего пульта.

— Идет проверка.

Скеннер все еще удивленно рассматривал «Энтерпрайз», который теперь начал поворачиваться в космосе под странным углом. Исковерканная гондола ускорителя делала его похожим на брошенную детскую игрушку.

— Как вы собираетесь объяснить Кирку, зачем вам понадобилось так изуродовать его корабль?

— Теперь они неспособны на ускорение, — подумала я вслух, — и когда прибудет помощь Федерации, Морни все еще будет вынуждена оставаться здесь.

— Не знаю, как вы, — прохрипел он, — но я здорово испугался, когда вы завели разговор об этих тяговых арканах. Я подумал, что это конец…

— Сарда, когда вы все-таки доложите нам о состоянии нашего корабля?

Мне действительно необходимо это знать, к тому же я спросила дважды.

Вулканец низко склонился над экраном монитора.

— Мощность ускорителя истощена… мощность тягового луча снижена на 86 процентов… импульсный двигатель не запускается… имеются грубые структурные дефекты в центральной части корпуса… внутреннее напряжение в металлических конструкциях достигло опасной черты… имеется риск утечки в системе "вещество/антивещество"… система автоматического контроля за герметичностью еще функционирует, но другие системы, находящиеся на электроснабжении, практически прекратили свою работу, — он замолчал, затем выпрямился и обратился ко мне:

— Пайпер, система жизнеобеспечения вышла из строя.

Я почувствовала, как Маккой, находившийся рядом со мной, едва удержался от того, чтобы не повторить то же самое, что он только что уловил сам. А такая новость, даже услышанная дважды, не сделает информацию менее правдивой и не поможет найти решение. Мэрит, однако, не выдержала, устремилась к пульту Сарды и сама уставилась на экран.

Я заставила себя спросить:

— Сколько времени нам осталось, Сарда?

— На имеющейся аккумуляторной батарее мы протянем не более восьми минут.