Чтение онлайн

– А ты, как я посмотрю, уже нахватался местного жаргона, - пробормотала Габи себе под нос.

– Я не плод твоего воображения, - проворчал он.

– Как раз наоборот. А теперь уходи. Я занята.

Когда она взглянула ещё раз, его уже не было. Её затопило чувство облегчения... ровно на две секунды. Большое тёплое тело прижалось к ней сзади, рука легла на живот и медленно заскользила вниз. Глаза Габи расширились, когда она почувствовала, как его ладонь легла на вершину её холмика, а затем его пальцы слегка погладили её между ног.

С трудом сглотнув, Габи откашлялась. Исподтишка двинув назад локтем, она уперлась в... пустоту. Теперь его теплое дыхание ласкало ей ухо.

– Это тоже плод твоего воображения, Лунный Цветок?

– Если ты существуешь на самом деле, то покажи себя.

– Я уже это неоднократно делал.

– Для них!

– С какой целью?

– Тогда они перестанут смотреть на меня, словно на выжившую из ума, которая разговаривает сама с собой!

– И тебя это порадует?

– Не то слово.

– Будь, по-твоему.

Габи подняла голову, чтобы взглянуть на людей, стоявших на противоположной стороне стола. Они, не мигая, уставились на неё или на что-то позади неё. Она видела, как побелели их лица. Наконец почти одновременно все заморгали и обменялись недоуменными взглядами.

– Похоже, они скорее поверят в массовую галлюцинацию, чем в призрака, - поняла Габи.

– Хочешь что-нибудь более драматичное?
– промурлыкал Анка ей в ухо.

– Почему бы и нет?
– ответила Габи легкомысленно, однако её голос предательски дрогнул, испортив весь эффект.

В то же мгновение мумия вздрогнула и села, а затем из неё материализовался Анка, и она с глухим стуком упала назад, как брошенное на пол пальто.

Габи пошатнулась и прижала руку к внезапно заболевшему сердцу. Издав вопль ужаса, женщина и двое мужчин, находившихся в комнате, стремглав бросились к выходу. Анка перерезал им путь к отступлению и застыл в дверях во всем своём царственном великолепии.

– Я Анка! Как вы посмели осквернить мой храм?
– заорал он яростно.
– Я превращу ваши земли в пустыни! Я нашлю мор на ваш скот и выжгу ваши посевы! Ваши члены усохнут, а женщины будут бесплодны!

На несколько секунд все замерли на месте, словно окаменели. Затем разверзся ад, и все начали кричать и бегать по кругу, пытаясь найти выход. Наконец, столкнувшись несколько раз лбами, все дружно развернулись и бросились в самый дальний угол комнаты в поисках укрытия.

Когда Габи, наконец, удалось отвести взгляд от скорчившихся в углу сотрудников музея и гостей, она повернулась и обнаружила Анку, который просто лучился от удовольствия. Он медленно подошел к ней, обнял и с силой прижал к своему телу.

– Теперь ты рада, моё сокровище?
– спросил он самодовольно.

Габи замешкалась с ответом, пытаясь собраться с мыслями.

– Они все чуть в штаны не наложили!
– сказала она с укоризной.

Он повернулся, посмотрел на ютившихся в углу людей и с пренебрежением принюхался.

– Не совсем.

– Это такое выражение!
– отрезала Габи сердито.

Он дерзко усмехнулся.

– Я знаю. Я неплохо освоил и ваш язык, и культуру и нахожу их ужасно интересными.

– Боже мой!
– ахнула Габи, как только до неё начало понемногу доходить, что все действительно видели его и слышали его неповторимую «божественную» речь. Может быть, она не сошла с ума?

– Да?

– Что?
– спросила она растерянно.

– Ты сказала «мой бог»?

Габи сердито посмотрела на него.

– Я не имела в виду тебя.

Он огляделся.

– А другого здесь нет.

– Ты не бог!

Он склонил голову, выражая удивление, но в глазах у него плясали черти.

– Биакцы считали меня богом.

Люди из города, которые построили для него храм?

– Потому что ты заставил их в это поверить.

Он пожал плечами.

– Примитивные создания.

– Господи! Ты не представляешь, что наделал! Теперь они расскажут об этом всем.

– И все будут считать, что они сошли с ума, - отмахнулся он.

– А что, если нет? Что… если им поверят? За тобой по пятам будут гоняться репортеры. Ты понятия не имеешь, каково это. А я знаю.

– Это не имеет значения, - ответил он равнодушно.
– Если они начнут меня раздражать, то я заставлю их пожалеть об этом, - добавил он.

– А как насчет меня?

– Если они начнут и тебя раздражать, ты только скажи, и я заставлю их пожалеть о том дне, когда они родились на свет.

Габи вздрогнула, задумавшись, на что именно он был способен.

– Практически на всё.

– Ты читаешь мои мысли!
– воскликнула она в ужасе, поняв, наконец, что он знал всё, о чем она думала раньше.

– Это красивые мысли, - сказал он ласково.

– Я не приглашала тебя копаться в моей голове, черт возьми!
– сказала Габи, пытаясь оттолкнуть его. Наконец он отпустил её, выражая при этом крайнее недовольство.

– Тебе чертовски трудно угодить, - проворчал он с досадой.

– Мне невозможно угодить!
– отрезала Габи.
– И теперь, когда ты все понял, уходи!

– Маленькая лгунья, - прошелестел его голос у неё в голове. Потом он посмотрел на неё так, что она покраснела и пожалела, что не может залепить ему пощечину. Он скрестил руки на груди, изучая её со смешанным чувством досады и удивления.

– Мне кажется, что ты недостаточно хорошо понимаешь, что я оказал тебе великую честь, выбрав тебя.

– Только не надо заводить опять эту песню с деторождением! Да, я глубоко польщена, но я не могу. Тебе придется одарить своими почестями кого-нибудь ещё.