Чтение онлайн

Мамиллий, всегда избегавший даже малейшего намека на женоподобие, взглянул на золотое с алым знамя над военным кораблем, приближающимся к триреме. Таран корабля поравнялся с баржей. На этот раз краска покинула лицо юноши безвозвратно.

– Что нам делать?

– Если хочешь, можешь надеть шлем.

– У меня от него голова болит.

– Дипломатия, – сказал Император. – У него солдаты – вон их сколько! Зато у нас – ум. Если не получится его умиротворить, нам придется худо.

– А как же я?

– Полагаю, тебе будет безопаснее в Китае.

Император оперся на руку Мамиллия и ступил на берег, затем в сопровождении внука направился к боевому кораблю. Толпа людей с корабля заполонила трирему и стекалась по причалу ко входу в порт, так что там было не протолкнуться. Заключенные, несчастные сирийцы, рабы. Фанокл, в полной растерянности моргающий близорукими глазами, и солдаты – множество солдат. Последние тащили за собой огромные узлы и мешки, как будто собирались устроить в порту рынок, и были разряжены в красно-желтые одеяния. Тяжелые трофеи мешали маршировать, но при виде белой тоги с пурпурной каймой солдаты вытянулись в струнку. Император остановился у трапа. На стене порта за его спиной сидели приглашенные им спутницы под вуалью, насмерть перепуганные, как женщины Трои. На военном корабле протрубили в огромный латунный горн, послышался лязг оружия. По трапу сошел высокий смуглый человек, грузный, вооруженный до зубов и полный решимости.

– Добро пожаловать домой, Постум, – улыбнулся Император. – Мы хотели повидаться с тобой, но ты нас опередил.

Постум молчал. Алый с золотом плюмаж воина на полтора фута возвышался над головой Императора. Красивое темно-оливковое лицо напряглось, как будто его обладатель был занят вычислениями.

– Где вы прячете свои войска?

Император удивленно поднял брови.

– В саду найдется несколько стражей и, пожалуй, еще у туннеля. Право же, Постум, у тебя куда более внушительная свита.

Постум отвернулся и отдал краткие распоряжения офицерам. Отряд вооруженных легионеров выстроился вдоль причала, отрезая Императору путь. Со стены донеслись рыдания, перешедшие в равномерный тихий вой. Император невозмутимо пригласил Постума к барже. «Амфитрита» продолжала медленно вращаться вокруг якоря.

Постум остановился.

– Вовремя же я вернулся.

Снова грянул гром. Император окинул взглядом сомкнутые ряды солдат в конце причала.

– Не меньше сотни. Салют в честь Императора?

Постум хмыкнул.

– Можно и так сказать. Сейчас в порт заходят новые корабли. Их достаточно, чтобы мы достигли согласия по всем важным вопросам. Однако же какая удача – застать вас обоих на причале.

Мамиллий откашлялся и тонким дрожащим голосом произнес:

– Постум, ты ошибаешься.

– Мамиллий в доспехах!..

– Просто хотел покрасоваться. Я вовсе не намерен быть Императором.

– Вот как!

Постум шагнул к нему, и Мамиллий отшатнулся, наступив на собственную накидку. Постум угрожающе поднял палец.

– Ты, может, и не намерен. Зато он ради тебя готов построить мост через Адриатику.

Император порозовел.

– Ты никогда не искал моей любви, Постум, а значит, не страдал от ее отсутствия. Хоть я по глупости верил, что общество Мамиллия не грозит мне ничем, кроме обычных сплетен, мне все же хватает ума понять, что из тебя выйдет лучший правитель Империи, пусть и чуждый мне по духу.

– У меня иные сведения.

– По крайней мере ты мог бы не обсуждать наши разногласия публично.

Вместо ответа Постум выудил из-под нагрудника сложенный лист бумаги.

– «Кому: Постуму и т. д., законному наследнику и т. д.

От кого: от СIII

У ближайшего к туннелю причала строят и перестраивают корабли и орудия. Император и господин Мамиллий принимают личное участие в создании «Амфитриты», корабля неизвестного типа, из бывшей зерновой баржи, а также метательной машины (типа VII), расположенной на причале и обращенной к морю. Также они проводят опыты с приготовлением отравленной еды в больших количествах. Судя по всему, господин Мамиллий пребывает в состоянии восторга и предвкушения…»

– Постум, клянусь!..

Постум повысил голос:

– «Он ведет тайную шифрованную переписку с Императором и прочими важными лицами, замаскированную под стихи…»

– Оставь в покое мои стихи! – взорвался Мамиллий.

– «Пока нам не удалось разгадать шифр. По мнению XLVI, он состоит из цитат из Мосха, Эринны, Мимнерма и некоторых неопознанных авторов. Мы продолжаем работу».

По щекам Мамиллия потекли слезы ярости.

– Мерзкая тварь!

– Напрасно ты грубишь, Постум.

Постум спрятал бумагу обратно под нагрудник.

– Итак, Император, шутки в сторону. Пришло время регентства.

– Он не хочет быть Императором.

– И не будет, – фыркнул Постум.

Из-под доспехов Мамиллия послышалось тихое звяканье металла. Император положил руку Постуму на плечо.

– Постум, если тебя беспокоят корабль и метательная машина, я могу все объяснить. Будь же справедлив. – Он повернулся к офицерам и сказал громче: – Приведите ко мне грека.

Постум кивнул. Вскоре Фанокл стоял перед ним, растирая запястья.

– За все в ответе этот человек.

– Господин Постум, я занимаюсь преобразованием мира.

– Он всегда так странно изъясняется, Постум.

– Уголь и железо заменят рабов. Разные концы земли будут сообщаться.

Постум зловеще рассмеялся.

– Люди смогут летать.

Постум подозвал офицеров.

– Полковник, почему корабли не заходят в порт?

– Видимость, господин.

– Будь проклята видимость! Подайте им сигнал или отправьте гонца.

Он снова повернулся к Фаноклу.