Чтение онлайн

— А ну, пошли вон! — Герасим зыркнул на Авдотью с Тимофеем.

Те, кланяясь каждую секунду, попятились к выходу.

— И ток попробуете подслушать…– Царь погрозил указательным пальцем. — На дыбу оба пойдёте…

Едва двери залы закрылись, Герасим сразу прекратил хмуриться, а лицо его стало выглядеть несчастным.

Еремеев от такой метаморфозы впал в еще большие волнения. Ежли царь, не скрываясь, свои слабости показывает, как бы Илье Никитичу потом зенки не выкололи к чертям собачьим. За то, что он это видел.

— Еремеев, беда. — Герасим подобрал край парчового халата и плюхнулся в кресло, стоявшее у дальней стены. — Дочь моя…дура…сбежала из терема, прихватив скатерть-самобранку и ковёр-самолёт…

— Ох ты ж в рот мне тёщина нога…– Еремеев аж слюной подавился от неожиданности. — Это ведь потеря потерь, батюшка-царь. Волшебные вещи стоят, с полцарства каждая. Их не напасешься.

— Верно мыслишь, боярин. Ток дело не в этом. Знаешь, куда эта змеюка с ними отправилась? К Яге! Записку мне написала. Так, мол, и так…Богатыря иномирного ей не привезли, а она доподлинно знает, что где-то такой богатырь шляется. Кто-то донёс Машке…понял? Не ты ли?

Царь снова нахмурился, уставившись на Еремеева.

— Ды ты что, государь, разве можно? Я царевну Марью знаю, как облупленную. С детства. Она всегда более мать напоминала. В ту породу змеиную пошла. На кой ляд мне с ней делиться секретною информацией? — Боярин вытаращил зенки, стараясь, чтоб они выглядели полными искренности.

А потом, на всякий случай пару раз стукнулся лбом о пол. Размашисто, с чувством. Аж в глазах заискрилось. Ежли так пойдёт, то скоро у Еремеева на лбу здоровенная шишка вырастет. Эх… Что ж за черная полоса потянулася… А еще, сегодня ночью, после очередной неудачи, супруга Ильи Никитича с горечью сказала, мол, на кой черт ей муж, от которого толку никакого…

— Кто-то донёс царевне…В любом случае, дочь моя неумная отправилась с волшебными вещами к Бабе-Яге.

— Вот! Видишь, надежа и опора, а я ведь тоже говорил, спелися эти две гадины…– Боярин весьма заметно оживился.

— Похоже, на то. Скатерть-самобранка, чтоб Ягу накормить яствами, ковер-самолет, чтоб через лес без проблем добраться. А еще, написала Машка, что расскажет этой ведьме правду. Про Темное зло, нами с тобой разбуженное. И ты ведь понимаешь, боярин, чем это грозит… Так что у нас с тобой, времени только до рассвета. Придумать, как дальше быть. Машка — дура. Она не знает, что на ковре противоугонное заклятие стоит. Он ее над лесом кружить будет без конца. Пока Машку не одолеет болезнь аглицкая… Эта… Морская. Ага… Но как солнце встанет, ее Яга может заметить. Эта гадина с ковра точно заклятие снимет. И вот тогда, Еремеев… Всем чертям тошно станет… А уж нам с тобой — точно конец.

— Что это? — Водяной посмотрел на меня, потом на коня. Физиономия его, которая и без того напоминала сильно удивленную рыбину, стала выглядеть ещё более обалдевшей.

С коня взгляд жабьих глаз Водяного перескочил на девицу, гордо восседавшую на Буяне.Что выглядело, между прочим, вполне логично. Не знаю, почему Водяной удивился. Было бы странно, окажись все наоборот. Если бы Буян, к примеру, приехал на красавице, наряженной в откровенные шмотки танцовщицы стриптиза. Тогда, да. Тогда и я бы охренел.

Надо признать, при виде незнакомки речной царь немного «поплыл». Он уставился на Жар-птицу с откровенным интересом и даже облизнулся. Раз пять. Та в свою очередь игриво стрельнула глазками на Водяного, а потом принялась активно изображать скромницу, что в ее наряде сделать было достаточно сложно.

Зато прикрыла лицо прозрачным шарфиком. Умрёшь. У нее грудь чуть ли не вся наружу вылезла из украшенного блестками бюста, а она невинно прячет физиономию. В общем… черт знает что. Когда Марыся придёт в себя, а я очень на это надеюсь, думаю, разумно будет сразу Птичку убрать с глаз долой. А то у ревнивой русалки случится очередной приступ.

Закончив изучать прелести восточной красавицы, Водяной, наконец, уставился на свою ненаглядную Марысю.

Марыся, кстати, по-прежнему признаков жизни не подавала. Висела тряпочкой на моих руках. Просто я не рискнул поить ее Живой водой непосредственно на месте, во дворе замка Марьи Моревны. Да и не до этого немного было. Решил, разберёмся вместе с Водяным. А то я опять что-нибудь не так, как нужно, сделаю. Уже понятно, эти сказки сильно отличаются от тех, которые рассказывали мне в детстве. Может, Живая вода побочные эффекты имеет. Может, у Марыси лишние конечности вырастут. Нет… Я больше никакой инициативы проявлять не буду.

Хотя, если честно, тащить русалку удолбался. Она, конечно, существо волшебное, все дела, но формы у Марыси — Дженифер Лопес отдыхает. И весит Марыся совсем немало.

— Это, Нечисть, тебе обмен предлагают. Две девки вместо одной мёртвой. — Заржал Буян.

Я, кстати, понял, почему его Кощей сплавил этой Марье Моревне под видом подарочка. Пока мы обратно к реке добирались, убедился в своем предположении окончательно. За хреновое чувство юмора. Вот за что. И, между прочим, стражники должны хозяйке спасибо сказать, что она лишила их возможности понимать речь Буяна.

Шуточки у этой лошади препоганейшие. Остаётся только удивляться, почему прежний хозяин его вообще на колбасу не отправил. Лично я бы так и поступил.

Правда, врать не буду, насчёт стражников конь реально помог. Отвлек их на совесть. Я не только успел воды набрать, но и с Жар-птицей разобраться. Оказалось, это — имя той самой красавицы, которая обнаружилась в шатре.

Когда выскочил из сада с бутылкой Живой воды в одной руке и с радостной девицей, висевшей на другой руке, невольно вспомнилась школьная программа по литературе. То самое, любимое классиками выражение — немая сцена.

Ибо люди, бестолково мечущиеся по двору в попытке спрятаться от безумного коня, круп которого по-прежнему украшала оконная рама, при моем появлении натурально замерли истуканами. Не знаю, что их больше поразило. Девка, у которой сверху едва ли не вся грудь вываливалась из бюста, а внизу шаровары висели практически на честном слове, имея еще и разрезы по бокам, в которые виднелись весьма приятные для взгляда пышные бедра. Или стражников до глубины души задел факт наличия левого человека на вверенной им территории.