Чтение онлайн

чтобы мы все единодушно, от мала до велика, кто только называет себя товарищем и

хранит святую благочестивую истинную веру, покинувши все свои занятия,

немедленно собирались ко мне. Поручаю вас Богу. Из Лубы. 11-го октября 1637 года».

Это восстание нашло себе в то время особенно восприимчивую почву. Кроме того,

что южнорусский народ всегда рад был возможности подняться на панов, в этот год

был неурожай и вследствие его настала дороговизна; бедняки голодали; священники по

причине дороговизны хлеба разрешали в пост есть мясо, а голод, как известно, всегда

наилучший товарищ народным мятежам. На призыв Павлюка прежде всего и охотнее

всех отозвались на левой стороне, Днепра так называемые новые слободы, населенные

беглецами с правой стороны: они искали там избавления от панской юрисдикции и от

панщины, но не могли найти этого на долгое время нигде, куда только досягал строй

Речи-Посполитой. Эти слободы расположены были вдоль Днепра до Кременчуга и

ниже; из тех поселений жители первые стали прибегать к Павлюку. Вслед затем в

разных местах стали собираться шайки; закричали: на свободу, на свободу!—говорит

современник:'—зашумела в кабаках горилка; одни спешили к Павлюку и Скидану,

другие стали расправляться со шляхтою и с жидами. Нападет такая шайка на панский

двор, ограбят державцев или их наместников, отнимают у них камышины, знаки

власти, дают им в руки в насмешку кии и приказывают доставлять себе одежду,

лошадей, запасы, порох, оружие. Владельцы получали от полковника Скидана

увещания не препятствовать своим подданным идти в козаки. В имениях Киселя

образовалась сильная шайка под начальством Мурки и Носка. Кисель убежал. Соседи

его бежали.

Сам Павлюк, по написании универсала, отправился в Сич, а в Украине остался

Скидан, избранный в достоинство Чигиринского полковника на раде, избравшей

Павлюка старшим.

С своей стороны Конецпольский, услышав о смятении, приказал поль-

88

ному гетману Николаю Потоцкому стянуть войско, расставленное по квартирам на

правой стороне Днепра. Потоцкий приказал отрядам собираться в Наволочь, куда

прибыл и сам. Но пока войско собралось, наступил ноябрь. Прошел срок платежа

жалованья. Жолнеры стали требовать уплаты, иначе отказывались от службы и грозили

составлять конфедерации. Кроме жалованья, их волновала еще и другая причина:

многих из них за своевольства и бесчинства требовали к суду; придираясь к

жалованью, они хотели, чтобы за то, что они согласятся ждать, им дали экземпты, т.-е.

изъятия от суда. Весть о таком беспорядке в польском войске придала бодрости

русским. Скидан, называя себя опекуном всей Украины, продолжал рассылать во все

стороны универсал за универсалом — и к народу, и к реестровым козакам, призывал

всех, кто только хочет быть товарищем, спешить как возможно скорее, и на коне и

пешком, добывать .прав и свободы против душманов ляхов, врагов веры. В Нежине,

старостве Потоцкого, русские составлявшие городскую стражу, отказали старосте в

повиновении, побросали свои знамена, привлекли к себе толпу соседних хлопов. и

ушли к Скидану. восстание охватило Вишневеччину — средину тогдашней

левобережной Украины, названной так от находившихся там имений, принадлежавших

князьям Вишневецким. В Полтаве организовался отряд под предводительством

Остранина; подобный отряд шел к Скидану из Гадяча. На правой стороне Днепра полк

Чигиринский, а на левой—переяславский первые из реестровых перешли на сторону

восстания. Остальные еще колебались: Скидан грозил им смертью, если они не

пристанут к нему. Народное негодование уже постигало всякого, кто не сочувствует

общему делу. Но, с другой стороны, близость польского войска держала в страхе

правобережную Украину: 26-го ноября Потоцкий издал к реестровым универсал,

.приказывал ловить мятежников и самим присоединяться к войску. «Если же будет

иначе, — кончал он свой универсал,—то знайте, что ваши жены и дети погибнут и вы

сами падете под мечами войска его королевского величества». Когда польское войско

собралось в Паволочи, корсунский полк, устрашенный угрозами Потоцкого, прислал

изъявление покорности и готовности бить мятежников; но потом, когда услыхали

козаки, что в польском войске безладица, корсунцы перешли к Скидану и он назначил в

Корсуне раду на 29-е ноября. Белоцерковский полк сначала покорился, когда Потоцкий

прибыл в Белую-Церковь: козаки вышли к нему на встречу, кланялись до земли в знак

покорности. Потоцкий сначала по-начальнически накричал на них, а потом приказывал

склонять к повиновению Козаков других полков. По когда он уехал из Белой-Церкви в

Наволочь, белоцерковцы, ободренные слухом о беспорядке в польском войске, ушли к

Скидану. За ними киевский полк ушел к нему же по Днепру. Русские, полагая большую

надежду на безладицу, возникшую между поляками, стали роптать на Павлюка, зачем