Чтение онлайн

– Чем меньше их дойдет до Шедета, тем лучше будет нам. Знаешь, сколько этих нищих в Городе!

Бина урезонивала старшую подругу:

– А мы кто? Мы тоже беженцы и нищие.

– Мы – нет! Но пока об этом никто не должен знать.

Караван и без того двигался медленно, а когда заболели две женщины сразу, и вовсе встал на месте. Незер злилась:

– Ну почему из-за этих развалин мы должны ждать? Стонать можно и лежа в носилках!

Ее пыталась урезонить одна из едущих рядом с ними женщин:

– Они обе беременны и плохо переносят дорогу.

– Значит, надо было сначала родить, а потом ехать! Я тоже беременна, но я же иду. И не прошу останавливаться.

– Садись на мое место, я уступаю тебе свои носилки, – живо откликнулась девушка, видно, дочь собеседницы. Незер резко дернула плечом:

– Обойдусь!

Она упорно шагала, словно вся жизнь теперь сосредоточилась в том, чтобы дойти до Шедета.

Бина попыталась выяснить:

– А нам обязательно в Шедет? Может, останемся в Сохаге? Хотя бы пока ты не родишь?

– Ты с ума сошла?! В Шедете Шеритра и вообще…

Она не могла сказать, что там рядом Нармер. Нужно успеть в Город Мертвых, пока Нармер не закончил Сфинкса, не то завершит скульптуру и уплывет к своему любимому Менесу. Незер злилась тем сильней, чем больше становилась заметна ее беременность. Это Менес виноват, обрюхатил ее и в кусты, а она теперь носи ребенка, рожай его и потом думай, как растить!

Временами становилось стыдно от собственных мыслей, ведь Менес просто не знал о ребенке. Но Незер быстро убеждала сама себя, что права, Менес виноват во всем.

Когда они добрались до Сохага, часть каравана отделилась, чтобы переправиться на восточный берег и дальше на северо-восток, но больные женщины остались в их части. Сообразив, что можно было бы и им пройти с той частью почти до Файюма, Незер злилась, что не догадалась об этом сразу.

– Мы можем нанять лодку и поплыть, если ты так спешишь.

Но Незер категорически отказалась:

– Это очень дорого, а у нас каждый шетит на счету.

Бина с изумлением смотрела на старшую подругу, их мешок полон шетитов, на которые можно не нанять, а купить лодку. Но Незер настаивала:

– Мы пойдем! Я выдержу.

– Хотя бы ослика найми.

Незер прислушалась и купила двух животных – себе и Бине. К несчастью, оба ослика оказались настоящими ослами – упрямыми и ленивыми, с трудом соглашавшимися на поклажу, но не желавшими везти на спине даже Бину. Пришлось, как и прежде, пользоваться одним.

Двух лентяев Незер продала, потребовав от нового владельца пообещать, что станет нагружать их сверх меры. Тот согласился, а когда один из проданных не пожелал идти вперед, так хлестнул его хворостиной, что животное побежало. Незер раздосадованно фыркнула:

– Знала бы – обломала о тебя хворостину!

Она подняла камешек и с силой запустила во второго ослика, перепуганное животное заревело и пустилось бегом, задрав хвост.

В тот же день освободились большие носилки, в которые они поместились все трое – Серкета, Бину и Незер. Стало немного легче, но не настолько, чтобы не страдать от жары и пыли. Бесконечной пыли, поднимаемой сотнями ног бредущих к Нилу людей. Превращающей целые города в воспоминание.

Караван двигался на север по самому краю пустыни и зеленой, плодородной земли.

– Почему мы не можем идти ближе к реке?

Караванщик разводил руками:

– Там поля и сады, никто не позволит вытаптывать их.

Незер зло кивнула на множество серых фигурок, которые, едва добредя с запада до зелени, бросались в поля, не задумываясь, вытопчут или нет.

Караванщик только сокрушенно покачал головой, и был прав, поскольку хозяева старались защищать свои посевы, набрасываясь на любого пришлого со стороны пустыни. Эта война была уже привычной и нередко кровавой.

Все время пути до Шедета справа у них был зеленый мир жизни, хотя до самого Нила еще целый дневной переход, а слева мир песка и смерти. Однажды Незер пришло в голову, что зеленая долина Нила – это цвет Гора, а красная пустынная – Сета. Сравнение было ужасным, не в пользу бога тьмы, и Незер впервые стало жалко людей, приходящих оттуда – с запада, где их дома погибли, как дом Бекена и Сешет, а города занесены песком, как Харга.

Но от сентиментальной жалости ее быстро излечил случай.

Во время короткой остановки они с Биной отошли, чтобы набрать воды, носильщики тоже отправились по своим делам, в носилках осталась только Серкета.

Вдруг Незер услышала вопль матери и увидела страшную картину – от носилок убегал какой-то оборванец с их мешком в руках! Незер и Бина были слишком далеко, чтобы догнать вора, остальные равнодушно взирали.

И тут следом за похитителем метнулась Серкета. Незер вообще никогда не видела, чтобы мать бегала, а уж так!.. Они с Биной тоже бросились следом.

Серкета сумела догнать и даже сбить с ног вора. К тому времени, когда Незер добежала до матери, ее нога уже вжимала в песок голову налетчика, тот бился из последних сил, задыхаясь.

– Наше! – Серкета с довольным видом протянула Незер мешок.

А вокруг уже собрались любопытные, раздавались самые разные суждения, мол, женщина не в себе, ее нужно прогнать… Незер разозлилась окончательно, уперев руки в бока, она оглядела окружающих и заорала:

– Что, смотрели, когда он крал, а теперь ругаете женщину, которая спасла свои пожитки?!