Боги горы
Шрифт:
Я не ел с тех пор, как мир был очень молод, и плоть человечья была нежней, чем ныне. Эти, младые боги, учились есть у львов.
У р а н д р :
О старейший из богов, насыться, насыться.
А г м а р :
Не подобает мне есть. Никто не ест, кроме зверей, людей да младых богов. Солнце, луна, быстрая молния да я -- можем мы убивать да сводить с ума, но не едим.
А к м о с :
Кабы поел он нашей пищи, не смог бы устоять пред нами.
В с е :
О древнее божество, насыться, насыться!
А г м а р :
Довольно. Пусть будет довольно того, что те опустились до зверского да человечьего.
И л л а н а у н : {Акмосу}
И все ж похож он на нищего, коего видел я совсем недавно.
У р а н д р :
Но нищие едят.
И л л а н а у н :
Никогда не знал я нищего, что откажется от чаши Пустынного вина .
А к м о с :
То не нищий.
И л л а н а у н :
И все ж предложим ему чашу Пустынного вина.
А к м о с :
Дурно сомневаться в нем.
И л л а н а у н :
Я лишь хочу доказать его божественность. Принесу Пустынного вина {Уходит}
А к м о с :
Он не станет пить. Но коли выпьет, тогда не сможет устоять пред нами. Предложим ему вина.
{Возвращается Илланаун с кубком.}
П е р в ы й н и щ и й :
То Пустынное вино!
В т о р о й н и щ и й :
Пустынное!
Т р е т и й н и щ и й :
Кубок Пустынного вина!
Ч е т в е р т ы й н и щ и й :
О благословенный день!
М л а н :
О счастливые времена!
С л э г :
О мудрый мой господин!
{Илланаун берет кубок. Все нищие, включая Агмара, протягивают к нему руки. Илланаун дает его Aгмару. Тот спокойно берет кубок и очень аккуратно выливает его содержимое на землю.}
П е р в ы й н и щ и й :
Он пролил вино.
В т о р о й н и щ и й :
Он пролил вино. {Агмар вдыхает запах и говорит}
А г м а р :
Подходящее возлиянье. Наш гнев слегка утих.
Д р у г о й н и щ и й:
Но то было Пустынное!
А к м о с : {встав на колени перед Агмаром}
Господин, я бездетен, и я...
А г м а р :
Не отвлекай нас ныне. Настал час, когда боги всегда говорят с богами на языке богов, и коли услышит нас Человек, догадается он о тщетности жизни своей - что дурно для Человека. Прочь! Прочь!
О д и н и з г о р о ж а н з а д е р ж и в а е т с я и говорит:
Господин...
А г м а р :
Прочь!
{Задержавшийся уходит. Агмар берет кус мяса и начинает его есть, нищие встают и распрямляются, они смеются, но Агмар жадно ест.}
У г н о :
О! Ныне нам повезло.
Т а н :
Ныне у нас есть подаянье.
С л э г :
Господин! Мудрый мой господин!
У л ь ф :
Ныне добрые дни, добрые, но все ж остался во мне страх.
С л э г :
Чего боишься ты? Бояться нечего. Нет человека мудрее моего господина.
У л ь ф :
Я боюсь богов, коими мы притворились.
С л э г :
Богов?
А г м а р : {отняв мясо от губ}
Приблизься, Слэг.
С л э г : {подходя к нему}
Да, господин.
А г м а р :
Сторожи дверь, пока я насыщаюсь. {Слэг подходит к дверному проходу } Сиди подобно богу. Скажи, коли подойдет кто из горожан.
{Слэг садится в дверном проходе, подражая богу, спиной к зрителям.}
У г н о : {Агмару}
Но, господин, будем ли мы пить Пустынное вино?
А г м а р :
Мы получим все, коли вначале будем мудры - недолго.
Т а н :
Господин, подозревают, кто мы?
А г м а р :
Мы должны быть весьма мудры.
Т а н :
Но коли не будем, господин?
А г м а р :
Что ж, тогда придет к нам смерть...
Т а н :
О господин!
А г м а р :
...медленно.
{Все взволнованно ежатся -- кроме бездвижно сидящего в дверном проходе Слэга.}
У г н о :
Верят ли нам, господин?
С л э г : {наполовину поворачивая голову}
Кто-то идет.
{Слэг вновь возвращается на место.}
А г м а р : {откладывая мясо}
Теперь уж скоро узнаем.
{Все садятся подобно богам. Входит Горожанин, говорит.}
Г о р о ж а н и н :
Господин, мне нужен тот бог, что не ест.
А г м а р :
То я.
Г о р о ж а н и н :
Господин, мое дитя в полдень укусила за горло гадюка. Пощадите его, господин; он еще дышит, но медленно.
А г м а р :
Он вправду твое дитя?
Г о р о ж а н и н :
То несомненно, господин.
А г м а р :
Ты мешал ему играть, пока был он силен и здоров?
Г о р о ж а н и н :
Никогда не мешал ему, господин.
А г м а р :
Чье дитя Смерть?
Г о р о ж а н и н :
Смерть -- дитя богов.
А г м а р :
И ты, никогда не мешавший своему дитяте играть, просишь этого от богов?
Г о р о ж а н и н : {с некоторым ужасом, поняв, что Агмар имеет в виду}
Господин!
А г м а р :
Не рыдай. Ибо все дома, возведенные людьми, игровая площадка для этого дитяти богов.
{Мужчина молчаливо, не рыдая, уходит прочь.}