Боги слепнут
Шрифт:
«И только-то?» – хотел спросить Курций. Но не спросил.
«Это все Вер… он дал мне глотнуть амброзии… он отравил меня. И я стал одним. Одним из бессмертных его когорты. Воин Логоса, который обнимает весь мир».
Ожидание затягивалось. Зрители на скамьях изнывали от жары. Акробаты и мимы прошлись по песку арены в третий раз. Разносчики лимонада и мороженого сновали туда-сюда. Зрители волновались – им надоело ждать. Сегодня им обещали преступника, которого растерзает лев, как в старые добрые времена. Лев изредка рычал в своей клетке, тревожно метался и бил по худым бокам хвостом. Преступник задерживался. Лев рычал все громче. Бенит взглянул на хронометр. Представление запаздывало на час.
– Где Курций? – повернулся он к новоявленному префекту вигилов, трусливому бледному человеку с жидкими черными волосами. Меж прядей проглядывала красная шелушащаяся кожа.
– Не знаю, – отвечал префект и тоже посмотрел на хронометр.
В этот момент Бенит увидел, как к императорской ложе протискиваются несколько людей в черном. И это ему очень не понравилось. Исполнители не должны появляться в таких местах как Колизей.
Исполнитель вошел в ложу и склонился над Бенитом. От него пахло потом, тухлой рыбой и тухлыми яйцами. Даже нечувствительный к запахам Бенит сморщился.
– Ну что еще? – спросил он, внутренне закипая.
– Его освободили.
– Кто?!
– Весталка Валерия. Мы ничего не могли поделать. Таков закон.
– Какой еще к воронам, закон? Весталка должна попасться навстречу преступнику случайно. А она шла намеренно! Все было подстроено, идиоты!
Бенит вырвался из ложи смерчем. Скатился по ступеням. Прыгнул в авто. Через минуту он уже был у ворот Дома весталок. Охрана беспрепятственно его пропустила. И Бенит ворвался за ограду. Здесь в тени огромных пиний царил покой. Над водоемом белые статуи Великих весталок стерегли кусок отраженного римского неба. Бенит нырнул в открытую внутреннюю галерею, толкнул ближайшую дверь с золотой узорной решеткой. Девушка лет семнадцати расправляла складки белого платья. При виде мужчины девушка взвизгнула.
Бенит толкнул следующую дверь. Перед ним стояла Валерия. Она смотрела насмешливо на диктатора, будто ждала его появления здесь. И эта ее уверенность и надменность на мгновение ошеломили Бенита.
Валерия заговорила первой.
– Бенит, ты нарушил законы Рима. Ты не имеешь права входить сюда.
– Имею! – взревел он.
– Только Великий понтифик имеет на это право, а ты не Великий понтифик. Ты всего лишь диктатор. Покинь Дом весталок, пока тебя не обвинили в святотатстве.
Он смотрел на Валерию черными неподвижными глазами. Наглая тварь. Как она смеет так с ним говорит. Убить! Растоптать! Он шагнул к наглой старой деве.
– Ты нарушаешь законы Рима. Если ты ударишь меня, завтра это дело будет в суде. – Ледяным тоном заявила Валерия.
Бенит зарычал и завертелся на месте. Он прекрасно понимал, что Валерия именно так и поступит. Дециево отродье! Сестра Элия – такая же дрянь, как и ее братец! Ну ладно, ладно, он уйдет. Но пусть не воображает, что такое ей сойдет с рук. Бенит с ней рассчитается.
Он пулей вылетел из комнаты и кинулся к выходу. И тут только понял, что зря поддался гневу – надо было приказать найти Курция и волочить его в Колизей, а он зря потратил столько времени на весталку!
– Куда увезли Курция! – заревел он и вновь повернулся к новому префекту вигилов, который ждал его у входа, но даже не попытался помешать Бениту ворваться в Дом весталок.
– Не знаю.
– Так узнай. И вели схватить его. Немедленно!
Бенит направился на Палатин. Его душила злость. Неужели кто-то думает, что может противостоять ему, Бениту? О нет, он раздавит любого, стоит тому лишь что-то пискнуть против. Как мразь, как паука, как слизняка, как…
Он метался по своему таблину готовый разить и крушить.
И потому префект вигилов долго не отваживался войти А когда наконец решился, о замер у двери, выпучив глаза и раскрыв в плаксивой гримасе рот.
– Ну! – прорычал Бенит.
– Курция отвезли в Эсквилинскую больницу.
– Твои люди его схватили?
– Но… но… его там нет…
Курций сбежал. Ну что ж, тогда Валерия заплатит Бениту за все.
Конец третьей книги
ГЛОССАРИЙ
Август – титул правителя Римской Империи.
Авентин – один из семи холмов Рима, он был местом, куда в знак протеста против засилья патрициев удалились плебеи. Отсюда название Авентинской партии.
Аид – царство мертвых, подробно описано в «Энеиде» Вергилия.
«Акта диурна» – ежедневные ведомости, издавались в древности на отбеленной гипсом доске. В романе – центральная газета Империи.
Алеаториум – игорный дом.
Амфитеатр – монументальное сооружение для публичных зрелищ преимущественно эллипсовидной формы.
Амфора – глиняный сосуд с двумя ручками, суживающийся к низу, служил для хранения жидких и сыпучих тел.
Амфора – мера объема, равна 26,26 л.
Антиганимед – урод.
Антиной – фаворит императора Адриана, сохранилось огромное количество его статуй.
Апиций – римский оратор и писатель, автор кулинарной книги. Его имя стало нарицательным именем чревоугодника.
Аполлон Теменит – колоссальная статуя на Палатине.
Аппиева дорога – первая римская мощеная дорога. Проложена при цензоре Аппии Клавдии Слепом между Римом и Капуей, позже доведена до Брундизия.
Архиятер – врач на государственной службе. Его услуги оплачивались из казны. Он так же раздавал бесплатные лекарства пациентам.
Аспазия – знаменитая гетера и вторая жена Перикла, отличалась умом, красотой и образованностью.
Асс – мелкая монета, равна четверти сестерция.
Атрий – центральное помещение в доме, куда выходили двери всех помещений, нечто вроде холла, с бассейном в центре.
Аулеум – занавес, напоминающий декорацию. Он не опускался, а поднимался из специальной прорези.
Аурей (золотой) – равен ста сестерциям.
Базилика – здание прямоугольной формы, разделенное рядами колонн на несколько нефов. Предназначалась для судебных заседаний и других публичных собраний.